Глава 25 — Страшные тайны. (Гермиона)

Страшные тайны. (Гермиона) Меня трясло перед закрытыми дверями. Сказать кому, что ботаника и заучку Грейнджер может трясти перед началом столь желанных дополнительных занятий — не поверят. Мало того, засмеют. А вот стою и трясусь. — Котенок, успокойся. — Так меня еще никто не называл. Дрожь куда-то ушла. Странно, но я сейчас действительно ощущаю себя кошечкой, которую сильная уверенная рука почесывает за ухом. Осталось только заурчать. — На небе — солнышко. В коридоре никого, кроме нас с тобой. Дафна, Драко и профессор Флитвик скоро придут. Все хорошо. — Вглядываюсь в зеленые смеющиеся глаза. — Гарри... — Да? — Ведь это ты сделал. — Сделал что? — Косички... — Ну, надо же. Девушка, которая лично засвидетельствовала, что я не приближался к столь надоевшим косичкам — обвиняет меня в их уничтожении. А говорят еще, что паранойя не заразна. — Гарри, ты либо сделал это сам, либо покрываешь кого-то. — Герми, объясни, на кой бы мне это понадобилось? — Ты обиделся на то, как она отзывалась о твоих неудачах в чарах. — Мальчик сползает по стене, не в силах сдержать смех. Я ошиблась? — Герми. Во-первых, на правду — не обижаются. Люмос у меня действительно получился только один раз. А во-вторых, даже если бы это было не так — ты серьезно думаешь, что меня заботит мнение обо мне Лаванды Браун? — Гарри, ведь ты специально прижал меня к себе, чтобы я не видела вспышки. Ты знал, что получится именно вспышка, а не светлячок. Заранее знал. И ты не отпустил меня после вспышки, чтобы я не увидела, как срезают косички. Вывод: ты либо знаешь того, кто это сделал, либо срезал их сам. — Кажется, что Гарри сейчас рассмеется, и объяснит, какая я дурочка, но потом его взгляд резко меняется. Выглядит это так, как будто он слушает кого-то, кого не слышит никто больше. — Ладно, котенок, тебе признаюсь — это действительно сделал я. — Но... Но зачем? Если тебе не важное мнение...? — Понимаешь, слово «грязнокровка» меня раздражает и само по себе, а будучи примененным к тебе — просто бесит. Несказанно. — В зеленых глазах мелькают золотые искры. Только что их не было. Что бы это значило? — Тебя заботит мнение Лаванды Браун обо мне? — На мнение мне плевать. В отличие от оскорблений. — Но ведь ты сам сказал — на правду не обижаются. Я и правда магглорожденная. — Обретенная. — Какая разница? Магглорожденная, Обретенная, грязнокровка — эти слова обозначают одно и то же. — Разница — огромна. Когда-нибудь я объясню тебе. А пока — просто поверь. — И все-таки? — Хорошо... я не хотел затрагивать такие вещи, но... — Да? — Если бы те, кто так гордится своей чистокровностью, понимали, что происходит — у дома твоих родителей уже стояла бы очередь из желающих заключить брачный контракт. — А что происходит? — Вырождение. — Ты уверен? — Ой, а я даже не заметила, как подошли Дафна и Драко. — Конечно. Вспомни рассказы о деяниях магов прошлого — сейчас их просто не способны повторить. — Раньше и Солнце было ярче, и мед слаще. — Драко явно не хочется соглашаться с Гарри. — Хорошо. Возьмем сегодняшнее поколение чистокровных. Кого из них стоит уважать? Тебя, Дафну, Уизли (не всех), может быть еще кого-то со Слизерина, с кем я не знаком... А вот обратных примеров — сколько угодно. Кребб, Гойл, Паркинсон, Браун, мне продолжать? — Не стоит. То, что ты говоришь — страшно. — Но он прав. — Дафна смотрит на нас, как будто у нее под ногами пропасть. — М-да, моя задача усложняется... — Драко тяжело вздыхает. — Держись. У меня есть идея. — Какая? — Среди безнадежности и неуверенности мелькает надежда. — Сопоставим генеалогические древа Малфоев и Поттеров, и посмотрим, что получится. Что-то подсказывает мне, что с Паркинсонами вы и так слишком близки. — Думаешь? — Почти уверен. — А для полной уверенности — добавим и древо Гринграсс. — Мне немного стыдно, что я ничем не могу помочь друзьям. — А Гермиона поможет нам все это анализировать. Поможешь? — Конечно. — Тут я вспоминаю, с чего, собственно, начался разговор. — А как ты... — Позже, и не здесь. — Гарри смотрит в дальний конец коридора, где уже показалась маленькая фигура профессора Чар. — Вы пришли на дополнительные занятия вместе с Гарри? — Да, профессор. — Тогда — проходите.