Глава 4 — Глава 2

Глава вторая. Привыкай, раз уж попал — Впрочем, всё не так уж плохо, — пробормотал Су Мин, разглядывая своё отражение. — Это пухлое лицо даже симпатичное, не уродливое. Вот только лишний вес всё портит. Похудеть бы — и, глядишь, будет ничего. Хорошо хоть черты лица правильные, а то, будь они кривыми, спасения бы не нашлось. Он и не подозревал, что именно эти сто восемьдесят с лишним килограммов спасли ему жизнь. Если бы не такая тяжесть, что обрушила потолок в кладовке, он давно бы болтался в петле, как безвольная кукла. Спустя какое-то время Су Мин вышел из ванной и опустился на краешек кровати. Выдохнул, чуть слышно, — голова всё ещё ныла, но уже не так, как раньше. Пока он спал, разум переварил изрядную долю воспоминаний. Что-то ещё оставалось неясным, но это уже не мешало. Он поднял взгляд и окинул комнату. Уютная, красиво обставленная, она радовала глаз множеством изящных вещиц: полки ломились от моделей и фигурок. Су Мин поднялся, подошёл к стеллажу. Там красовались статуэтки командирш в строгих мундирах — гордые, уверенные, с развевающимися волосами. А рядом — крутые макеты мехов и космических кораблей. Но больше всего выделялась чёрная модель звёздного истребителя. Пусть это был лишь макет, он выглядел как настоящий: блестящий, угольно-чёрный корпус, пушки и пусковые шахты проработаны до мельчайших деталей. От него веяло мощью и холодной красотой. Это был "Серый Ангел" — легендарный флагман старой Федерации. Су Мин потёр лоб и вернулся к кровати, плюхнувшись на неё с лёгким вздохом. В этом теле с детства жила мечта: вступить в армию, пилотировать мех, встретить прекрасную и утончённую капитаншу. Но мечты — это одно, а суровая правда — совсем другое. Он старался, зубрил ночи напролёт, да только таланта не хватало. Учёба давалась средне, не больше. Скрип. Дверь отворилась, и в комнату вошла женщина в чёрной униформе домработницы. Лицо её усеивали веснушки. Увидев Су Мина, она встрепенулась: — Молодой господин, вы проснулись? Су Мин обернулся. Одного взгляда хватило, чтобы узнать её — Чэнь Хуэй, их служанка. Он кивнул в ответ, медленно, почти лениво. Чэнь Хуэй, не теряя времени, бросилась вниз по лестнице. В просторной, залитой светом столовой уже хлопотала Чжао Нин. Стол ломился от яств: аромат жареной курицы смешивался с густым духом тушёного мяса и жирных свиных локтей. — Госпожа, госпожа! — голос Чэнь Хуэй дрожал от спешки. — Что случилось? — Чжао Нин обернулась, вопросительно глядя на служанку. — Молодой господин проснулся! — Проснулся? Чудесно! Я как раз наготовила его любимого, скорее отнеси ему! — Чжао Нин расплылась в улыбке. — Сейчас, — кивнула Чэнь Хуэй. Но тут по винтовой лестнице спустился сам Су Мин. — Не нужно, я уже здесь, — бросил он, глядя на радостную мать. — Сыночек мой дорогой, ты в порядке? Ничего не болит? — Чжао Нин подскочила к нему, едва сдерживая волнение. — Лучше, чем было, — слегка кивнул он. Чжао Нин тут же потянула его к столу, усадила и, чуть ли не с материнской скорбью в голосе, заговорила: — Мой мальчик, ты же сутки толком не ел, наверное, голодный как волк! Вот, всё твоё любимое, ешь побольше. Сердце Су Мина дрогнуло от тепла её слов. Эта женщина — его новая мать — искренне любила своего сына, и это чувствовалось в каждом её взгляде. Он невольно присмотрелся к ней. Высокая, метр семьдесят, в облегающем красном платье. Кожа белая, черты лица мягкие, у губ — маленькая родинка, добавляющая шарма. Каждое движение дышало благородством. — Что-то не так? — Чжао Нин заметила, как он её разглядывает, и улыбнулась. — Да нет, ничего, — мотнул он головой и перевёл взгляд на стол. Перед ним раскинулся настоящий пир: горы мяса, жирного, аппетитного. Но вместо радости Су Мин ощутил неловкость. С таким телом, как у него, налегать на это — верный путь к беде. Чжао Нин, видя, что сын не шевелится, нахмурилась: — Сынок, тебе не нравится? — Да нет, просто… аппетита особого нет. Есть овощи? Хочу чего-то лёгкого, — выдавил он, стараясь звучать убедительно. Чжао Нин и Чэнь Хуэй замерли, переглянувшись. — Что-то не так? — Су Мин занервничал под их взглядами. — Да нет, сынок, всё в порядке! Чего захочешь — мама достанет. Сейчас же закажу в «Маклонсе», завтра утром будут овощи, обещаю! — затараторила Чжао Нин. — Заказывать? Не стоит, можно просто на рынке взять. Обычные овощи, ничего особенного, — удивился он. — Сынок, ты что, забыл? Овощи — редкость, их так просто не купишь, только по заказу, — ласково, но с ноткой жалости пояснила Чжао Нин. Чэнь Хуэй тут же подхватила: — Госпожа, не переживайте, молодой господин никогда овощи не любил, вот и не помнит. Это нормально. Су Мин вдруг осознал: в его памяти и правда не было овощей. Отчасти потому, что он их не жаловал, но больше — из-за их цены. В этом мире овощи — роскошь, почти как драгоценности. А мясо? Мясо дешёвое, выращенное в искусственных фермах на кормах из жира каких-то чудовищ. Чжао Нин, видя, что сын молчит, решила, что он расстроился, и принялась его утешать: — Ну, мой хороший, сегодня потерпи, а завтра будут твои овощи. — Ладно, съем немного, — кивнул он и взял кусок мяса. На вкус — объедение: сочное, нежное, тает во рту. За первым куском последовал второй, третий… Чжао Нин сидела рядом, глядя на него с умилением. Но на восьмом куске Су Мин вдруг замер. Глядя на мясо, зажатое в палочках, он мысленно выругался: — Что за ерунда? Это сколько я уже съел? Хватит! Разум кричал: "Стоп!" Но тело, словно предатель, тянулось за новой порцией. Рука с палочками дрожала, то поднося мясо к губам, то отдёргиваясь. Су Мин сражался с собой: мясо то приближалось к рту, то удалялось. Наконец, стиснув зубы, он швырнул его обратно на тарелку и резко встал. — Сынок, ты что, не будешь больше? Не вкусно? Может, сладкого принести? — всполошилась Чжао Нин.