Рассвет седьмого июля застал Чу Сяогэ в полете на мече. На высоте двадцати тысяч чжанов он рассекал бескрайнее море белых облаков, оставляя за собой холодный призрачный след.
Сердце его терзала тревога. Презирая яростный, режущий плоть встречный ветер, он несся вперед. Полы его лазурных одежд и иссиня-черные волосы исступленно бились на ветру, издавая резкий хлопающий звук. На открытой коже и висках выступила ледяная изморозь, перемежающаяся тонкими кровавыми порезами, но Чу Сяогэ лишь сильнее вливал энергию в меч. Он жаждал быть еще быстрее!
В последние дни мир практиков полнился слухами: его ближайший друг Шэнь Ао, прозванный Алхимическим Демоном и величайшим еретиком Поднебесной, вот-вот соберет воедино все осколки древнего божественного сокровища – Жемчужины Первозданного Хаоса. Поговаривали, он намерен переплавить и восстановить артефакт, чтобы с его помощью вознестись к божественности и обрести Истинное Дао.
В сотне ли впереди Чу Сяогэ уже видел очертания Горы Божественных Трав – логова Алхимического Демона. К середине склона, подобно черному приливу, неумолимо подступали закованные в броню воины империи Даюй. Их черные доспехи зловеще поблескивали в кровавых лучах зари, лес клинков перекрывал горные тропы, а аура смерти и заклания пронзала небеса.
В воздухе роились тысячи магических артефактов; поднятые ими вихри пригибали вековые сосны так, что ветви едва не лопались, а оглушительный грохот заставлял снежные шапки на вершинах осыпаться лавинами.
Чу Сяогэ напрягся всем телом, готовясь к рывку, но внезапно из облаков вынырнула тень и преградила ему путь.
— Старина Чу, нельзя! — Воскликнул преградивший дорогу. — Я только что проведал: глава Восточного Бюро собрал шестерых мастеров первого ранга. Они уже здесь. Гора Божественных Трав заблокирована со всех сторон – запад, восток, север и юг в кольце. Это мертвая ловушка! Кто бы сейчас туда ни сунулся – погибнет.
Рассмотрев преградившего путь, Чу Сяогэ узнал в нем толстяка, стоявшего на артефакте в форме счет: лицо круглое и лоснящееся, тело пухлое – вылитое очищенное куриное яйцо.
— Ли Даньчжу? — Чу Сяогэ укротил полет меча, во взгляде его промелькнуло недоумение. — А ты-то здесь что забыл?
Перед ним стоял знаменитый на всю империю Даюй торговец артефактами. Говорили, что через его руки проходит едва ли не пятая часть всех магических предметов, циркулирующих среди вольных практиков. Личность влиятельная, пронырливая, способная найти общий язык с кем угодно.
Однако этот делец был столь же известен своей трусостью и лисьей осторожностью; он всегда за версту обходил всё, что могло угрожать его жизни. Что же заставило этого осторожного малого сегодня броситься в самый центр шторма, всколыхнувшего весь мир практиков Даюй?
Ли Даньчжу тяжело вздохнул и понурил голову.
— Да я и сам не хотел появляться, — удрученно признался он. — Но два месяца назад я пообещал отдать Шэнь Ао два осколка Жемчужины Первозданного Хаоса в обмен на флакон Пилюли Гордого Бессмертного.
«Пилюля Гордого Бессмертного?»
Чу Сяогэ о таком снадобье никогда не слышал. В голове его воцарилось замешательство: неужели Шэнь Ао изобрел еще одну диковинную пилюлю? А этот Ли – безумец, раз осмелился купить новое творение Алхимического Демона. Не боится, что тот его в могилу сведет своими экспериментами?
— С этой пилюлей что-то не так? — Спросил Чу Сяогэ.
— Да я тот флакон еще перепродать не успел, — Ли Даньчжу покачал головой и с горечью, смешанной с виной, посмотрел на пик Горы Божественных Трав. — Проблема в том, что меня зажали ищейки из Восточного Бюро. Осколки жемчужины у меня, но я никак не мог доставить их на гору.
Чу Сяогэ почувствовал, как сердце ухнуло вниз. Он уже открыл рот, чтобы расспросить подробнее, как вдруг со стороны вершины Горы Божественных Трав в небо ударило кровавое солнце. Его сияние было ослепительнее девяти небесных светил и неистовее адского пламени; в мгновение ока облачное море на высоте двадцати тысяч чжанов окрасилось в багряное золото, подобно раскаленному стеклу.
Зрачки Чу Сяогэ сузились, он инстинктивно активировал защитную энергию.
Грохот!
Мир содрогнулся. Видимая глазу ударная волна разошлась от вершины. Вековые деревья полегли, словно спелые колосья, а скалы рассыпались в пыль.
Железный строй армии Даюй перед этой сокрушительной мощью оказался не прочнее бумаги. Их зачарованные доспехи мгновенно испарились, клинки расплавились, превратившись в жидкий металл. В долю секунды тела десятков тысяч людей в вихре огненных брызг обратились в кровавый туман. Множество артефактов в небе детонировали один за другим; яростный ветер закрутил половину облачного моря в пылающий водоворот.
— Все кончено! — Ли Даньчжу в отчаянии топнул ногой по своим счетам. — Шэнь Ао потерпел неудачу при вознесении. Оказавшись в тупике, он взорвал и душу, и плоть!
Чу Сяогэ застыл, пораженный до глубины души. Меч под его ногами неистово дрожал в порывах шторма.
Он не мог в это поверить. Тот самый человек, с которым они распивали вино и спорили о Дао; с которым вместе громили логова демонов, сражаясь плечом к плечу; и который не раз подкладывал ему свинью своими новыми пилюлями – этот несносный нарушитель спокойствия просто… погиб?
— Какая безупречная ловушка! — Выдохнул Чу Сяогэ, и в глазах его вспыхнула ярость. Костяшки пальцев, сжимавших эфес, побелели.
Бронированные воины двора, ищейки Восточного Бюро и эти лицемерные «праведники» первого ранга – они расставили свои сети и не только отняли жизнь у Шэнь Ао, но и растоптали надежду всех вольных практиков империи.
Как несправедлив этот мир! Великие кланы держат в руках все пути к чинам, монополизировав право на силу. Дети знатных домов с рождения стоят выше прочих, а бедный практик должен лоб расшибить в земных поклонах ради жалкой методики совершенствования. Простому же человеку пробиться наверх и вовсе труднее, чем взойти на небеса!
Шэнь Ао лишь хотел найти иной путь, вне государственной системы; будучи вольным практиком, он дерзнул вопрошать Небеса. Разве в этом был его грех? Но четыре великих ордена под знаменем защиты праведного пути заклеймили его демоном и уничтожили, не гнушаясь никакими средствами.
— Шэнь Ао! — Простонал он, глядя на угасающее кровавое зарево. — Как ты мог так уйти? Ты хоть знаешь, сколько практиков ждали, что ты разобьешь эти оковы?!
※※※※
Два дня спустя в покойницкой префектуры Тайтянь фитиль лампы с тунговым маслом с треском лопнул, рассыпавшись искрами.
Юноша лет семнадцати, одетый в парчовые одежды, с красивыми и четкими чертами лица, внезапно открыл глаза.
Это были глаза, которые невозможно забыть. Казалось, кто-то стер в порошок сияние целой галактики, смешал его с древним льдом из самых глубин северной пучины и в довершение зажег в глубине два пляшущих призрачных огонька.
«Я все еще жив?»
«Тайное искусство перерождения действительно сработало! Повезло. На Ли Даньчжу, этого прохвоста, положиться нельзя, хорошо, что я припас два поддельных осколка из Зала Божественных Инструментов. Восстановленная жемчужина сохранила большую часть своей силы».
В глазах юноши дрогнуло призрачное пламя:
— И все же, спасибо Жемчужине Первозданного Хаоса – она очистила энергию и помогла мне на миг достичь первого ранга. Хоть я и не пробил оковы по-настоящему, зато познал тайны высшего ранга и сумел под носом у врагов провести ритуал, благополучно перенеся душу и жизненную силу сюда. Тело неплохое: три высшие души рассеялись, семь низших исчезли, но, что редкость, чиновничья жила еще не пресеклась. Теперь нужно лишь переплавить эту плоть, чтобы дух и тело слились воедино.
Обновлено: 02.02.2026