Глава 7 — Глава 7: Недоразумение и месть

— А-а-ам, — протяжно зевнув, Кан Джу сменила руку, на которую опиралась подбородком. Шли скучные будни, тянулся унылый послеобеденный час, такой же серый и однообразный, как ветви платана, торчащие за окном класса. В этот момент телефон на парте завибрировал. «Я сейчас зайду к тебе в класс». Прочитав сообщение от Тэ Уна, Кан Джу вскочила с места. Её щеки тут же залил румянец. Ён Хи мельком взглянула на подругу: — Что такое? — Тэ Ун идет сюда. — О-о, у вас тут прямо любовь-морковь? Всё и правда идет как по маслу. С сияющей улыбкой, которую было невозможно скрыть, Кан Джу выбежала из класса. По коридору навстречу ей уже шел Тэ Ун. — Ты уже вышла? — Да. Что-то случилось? Тэ Ун помахал перед её глазами листом бумаги формата А4. Прочитав крупный заголовок «Заявка на участие в забеге в связке», Кан Джу с трудом сдержала ликование. Изначально это было соревнование между классами, но когда формат изменили на командный, это стало важным событием Спортивного фестиваля, требующим отдельной регистрации. — Хочу сегодня подать её. Сердце Кан Джу забилось чаще, словно подача этой заявки была неким официальным шагом к тому, чтобы они стали парой. Взяв бумагу из рук Тэ Уна, она вдруг вздрогнула, заметив И Джэ, идущего неподалеку. Игнорировать его было непросто — его яркая внешность невольно приковывала взгляд. — Что с тобой, Кан Джу? — А? Да нет, ничего. В этот момент она встретилась взглядом с И Джэ. Его взор переместился с Кан Джу на Тэ Уна, а затем на лист бумаги, трепещущий между ними. То ли ей показалось, то ли это была игра воображения, но губы И Джэ искривились. Это явно не было похоже на дружелюбную улыбку. Заметив, как прищурились его глаза, Кан Джу крепче сжала заявку. «Что это за взгляд? Почему он так неприятно смотрит? Проходи уже быстрее!» Кан Джу сделала вид, что не замечает тяжелого взгляда И Джэ, и повернулась к Тэ Уну. — Так, посмотрим. Где тут нужно вписать имя... Тэ Ун вдруг посмотрел ей за плечо, и Кан Джу с недоумением обернулась. Лицо И Джэ, изящное, как у модели, возникло прямо перед ней. Она едва не упала от неожиданности. Он слегка наклонился, чтобы быть на одном уровне с ней, и на его лице играла лукавая улыбка. Даже в такой момент она не могла не восхититься его красотой. Однако следующие слова И Джэ заставили её буквально подпрыгнуть от шока. — Ты чего? Разве не со мной ты собиралась участвовать в забеге в связке? — Что? — Мы же договорились бежать вместе. — Да когда я... — Как жестоко. Я ведь ради тебя даже извинился перед той девчонкой. Потому что ты так сказала, потому что ты этого хотела. От такой наглости Кан Джу потеряла дар речи. — Ты ведь знаешь, я не такой уж и добряк. Я сделал это всё... только ради тебя. В голосе И Джэ, сделавшем ударение на словах «всё ради тебя», сквозили скрытый упрек и гнев, которых Тэ Ун мог и не заметить. — Это правда? Лицо Тэ Уна окаменело, выражая сложную гамму чувств. Казалось, он вспоминает всё, что было связано с И Джэ до этого момента. Кан Джу отчаянно замахала руками, протестуя, но И Джэ тут же перехватил её за запястье. — Если ты не можешь отказать ему из жалости, я сделаю это за тебя. И Джэ посмотрел прямо на Тэ Уна. — Извини, но она уже договорилась со мной. Так что ищи себе другого партнера. Затем И Джэ снова повернулся к Кан Джу: — У тебя такой вид, будто ты хочешь много чего сказать. Если так, встретимся там, где мы всегда встречаемся. — Что? О чем ты вообще... И Джэ снова прервал её на полуслове: — Там, где мы обычно встречаемся. С этими словами он легонько щелкнул её по лбу длинным пальцем. Со стороны это могло показаться жестом нежности, но удар был ощутимым, и лоб Кан Джу мгновенно покраснел. — Тэ Ун! Она должна была всё объяснить. Но Тэ Ун уже развернулся и решительно зашагал по коридору, а И Джэ ушел в противоположную сторону. Поколебавшись мгновение, Кан Джу бросилась вдогонку за Тэ Уном. — Тэ Ун, это недоразумение! — Какое еще недоразумение? Ты и раньше вела себя странно рядом с Юн И Джэ. Любому понятно, что... Тэ Ун покачал головой, явно не желая продолжать разговор. — Хватит. О чем тут еще говорить? Если ты не хотела бежать со мной в связке, почему не сказала прямо? — Я хочу бежать с тобой! Правда! Я же говорю — с тобой! — Если ты говоришь это из жалости, не стоит. Извини, мне нужно в учительскую. Если не собираешься идти со мной до конца, лучше не иди за мной. Глядя на удаляющуюся спину Тэ Уна, Кан Джу замедлила шаг. Силы внезапно покинули её, навалилась апатия. — Я же и правда хотела бежать именно с тобой... Внутри закипела ярость. — Юн И Джэ, подонок! «Там, где мы всегда встречаемся!» Кан Джу резко развернулась и прибавила шагу. Она почти бежала в сторону медпункта. Её лицо снова пылало, но теперь не от волнения, а от ярости. Бах! Она распахнула дверь медпункта. И Джэ, который как раз собирался юркнуть под одеяло, невозмутимо уставился на неё. — Когда это я обещала бежать с тобой в связке?! Когда?! Когда?! — Не ори. Уши болят. Я же сказал, это всё из-за тебя. Если бы ты не начала ко мне цепляться, я бы этого не сделал. Я вообще не знал, кто ты такая. — Цепляться? Когда это я к тебе цеплялась? Это ты называешь «цепляться»? И разве это одно и то же? Ты хоть знаешь, как я ждала этот забег с Тэ Уном... Он же теперь всё превратно понял! Как ты мог так всё переврать? — А какая разница? То, что ты сделала со мной, и то, что я сделал сейчас — в чем разница? Я, по крайней мере, не преследовал человека и не делал тайком снимки. И уж тем более не опускался до того, чтобы шантажировать этой пленкой. — Это фото! Эта пленка! Она хотела сказать, что собиралась выбросить её в любом случае, вне зависимости от его действий, но понимала, что это прозвучит как жалкое оправдание. Он всё равно не поверит. — Я спать хочу. Здесь шуметь нельзя, так что если хочешь покричать — иди на улицу. Словно издеваясь, И Джэ натянул на себя белоснежную простыню и, вытянув руку к окну, задернул шторы, полностью отгораживаясь от мира. Кан Джу задрожала от обиды и сжала кулаки. «Юн И Джэ, ты только что дернул спящего льва за усы! Я это так не оставлю!» — И что, ты собираешься снова его сфотографировать? Ён Хи, которая слушала рассказ, лежа на кровати Кан Джу, приподнялась. Кан Джу, с решимостью солдата, идущего на фронт, проверила пленку в камере и убрала её в сумку. Надев пиджак, она обернулась к подруге: — Обязательно сделаю новый снимок и устрою этому подлецу «веселую жизнь»! — Но ведь ты сама виновата вначале. То, что ты осознала ошибку и не собиралась использовать фото во вред, знаем только ты и я, которая тебе верит. Ты ведь сама признаешь, что у Юн И Джэ есть все основания злиться. Может, пора остановиться? — Ты просто не видела лица Тэ Уна. Он смотрел на меня так, будто я какая-то ненормальная. Ён Хи, понимая чувства подруги, лишь тяжело вздохнула. Но через мгновение она пожала плечами и добавила: — Будь на твоем месте любая другая девчонка, она бы не злилась, а в обморок упала от счастья. — Что? — Если бы Юн И Джэ при другом парне начал капризничать, что я якобы обещала бежать с ним в связке, я бы на месте бросила Тэ Уна и вцепилась бы в Юн И Джэ обеими руками. Ён Хи скорчила забавную гримасу и протянула руки к пустоте, будто там стоял Юн И Джэ. Но Кан Джу всё еще была хмурой. — В любом случае, я этого так не оставлю. И еще, Ён Хи... — М-м? Кан Джу взяла со стола заявку на участие в забеге в связке и вложила её в руки подруги. — Передай это Тэ Уну вместо меня, пожалуйста. В заявке аккуратным почерком были вписаны имена Тэ Уна и Кан Джу. — Обязательно скажи ему, что я очень хочу бежать именно с ним. — А не лучше ли тебе самой отдать? Кан Джу тяжело опустилась на кровать рядом с подругой. Маленькая односпальная кровать спружинила под её весом. — Я буду заикаться перед ним. Мне неловко, и я боюсь, что в порыве оправданий ляпну лишнего и признаюсь, что он мне нравится. — Да просто признайся уже честно. — Не хочу. — Почему? Боишься, что отвергнет? Но ведь Тэ Ун первым предложил тебе бежать вместе. Подумай сама: если бы ты была ему безразлична, стал бы он так злиться и ревновать из-за Юн И Джэ? Кан Джу вздохнула, её хрупкие плечи едва заметно дрогнули. — Не знаю. То ли смелости не хватает, то ли не хочу признаваться первой, то ли просто стыдно. В общем, пока не могу. Какое-то время они молча смотрели на заявку. Тишину прервал Кан Хо, бесцеремонно распахнувший дверь. — Я же говорила стучаться! — Было тихо, я думал, никого нет. О, Кругляш, ты тут? Глядя на Кан Хо, который рылся в коробках с дисками, Кан Джу встала и подхватила сумку с камерой. — Уходишь? — Ага. Ён Хи, ты дописывай конспект и иди, не бросай на полпути. Ён Хи кивнула. Было видно, что она хочет сказать что-то еще, но сдерживается при брате. Кан Джу специально уходила сейчас, чтобы избежать дальнейших нотаций подруги. Когда Кан Джу вышла, Ён Хи снова легла на живот и взяла ручку. Кан Хо, выбрав диск, уже собирался выйти, но мельком оглянулся на неё. — Ты как? Ён Хи переспросила, не поднимая головы: — В смысле? — Тот забег... Ладно, забей. Кан Хо уже выходил из комнаты, когда голос Ён Хи заставил его на секунду замереть: — Спасибо, Со Кан Хо. На лице Кан Хо, когда он закрывал дверь, промелькнула мимолетная усмешка. Прислонившись к стене перед клубом, Кан Джу достала из сумки камеру. Но в ушах вдруг зазвучал голос Ён Хи: «Ты ведь сама виновата вначале. Ты ведь сама признаешь, что у Юн И Джэ есть все основания злиться. Может, пора остановиться?» С коротким вздохом она уже хотела убрать камеру обратно, как в голове всплыл голос Тэ Уна: «Какое еще недоразумение?» Она впервые слышала его таким рассерженным. Кан Джу крепко сжала камеру. Пока голоса этих двоих кружили в её голове, создавая неразбериху, рука с камерой то ныряла в сумку, то появлялась снова. — Ай! Голова раскалывается. Прижав камеру к груди, она другой рукой потерла лоб. Подняв глаза, Кан Джу едва не подпрыгнула на месте от неожиданности — прямо перед ней стоял мужчина. — К-кто вы? Мужчина в безупречном костюме нахмурился: — Я менеджер этого заведения. А вот ты кто такая и почему постоянно ошиваешься перед входом? Когда взгляд мужчины упал на камеру в её руках, Кан Джу инстинктивно спрятала её за спину. — Да так, ничего. Просто стояла. В глазах мужчины, смотревшего на неё сверху вниз, зажглось подозрение. — Я уже видел тебя здесь в прошлый раз. И камера у тебя тоже была. — Я же говорю, просто мимо проходила и присела отдохнуть. Хотя он явно сомневался, доказать ничего не мог, поэтому отступил на шаг. Однако он указал пальцем на надпись на вывеске: «Лицам до 18 вход воспрещен». — Не ищи неприятностей и иди ошивайся в другом месте. Это заведение не для таких школьниц, как ты. — Хорошо. Развернувшись, Кан Джу вдруг о чем-то задумалась и снова посмотрела на мужчину. В самом деле, ну сделает она фото, и что с того? Если она правда отнесет его в учительскую, проблем станет только больше. Но ведь был и другой способ насолить Юн И Джэ. — А здесь правда запрещено находиться несовершеннолетним? — Разумеется. — Точно? — Говорю же тебе. Может, в другие клубы школьники и пробираются, но наше заведение принципиально не пускает малолеток. — А я вот видела, как к вам заходил несовершеннолетний. Вам бы получше проверять документы. — Быть такого не может. — Говорю вам, видела! Такой... лицо маленькое, сам высокий. Глаза большие, нос прямой, кожа светлая. Мужчина нахмурил брови: — И Джэ? — Да! Вы знаете Юн И Джэ? Ему девятнадцать. Он несовершеннолетний. «Ну всё, Юн И Джэ, больше ты в этот клуб и шагу не ступишь. Обидно? Так тебе и надо! Будешь знать!» Мужчина тут же достал телефон. — Это я. Позовите И Джэ на улицу на минуту. «Так он внутри?» Схватив сумку, Кан Джу виновато улыбнулась менеджеру и начала медленно пятиться. — Ну, я пойду. — Погоди. Давай сначала проверим, тот ли это парень, о котором ты говоришь. Кан Джу замахала руками: — Нет-нет, у меня срочные дела, мне пора. В этот момент дверь клуба открылась, и на пороге появился И Джэ. Кан Джу невольно отступила еще на шаг. Судя по тому, как он в прошлый раз хватал её за шиворот, сейчас она могла и получить. — Ты. И Джэ тоже узнал её и широко раскрыл глаза от удивления. Мужчина, представившийся менеджером, переводил взгляд с И Джэ на Кан Джу. — Тот несовершеннолетний, о котором ты говорила — это И Джэ? Кан Джу, испуганная грозным видом парня, только сейчас заметила поверх его одежды фартук. Не дождавшись ответа от неё, менеджер снова обратился к И Джэ: — Ты несовершеннолетний? Ты же сказал, что тебе двадцать. — Менеджер... — Даже если ты работаешь на кухне, я ясно давал понять при приеме на работу: наше заведение закрыто для несовершеннолетних, и мы их не нанимаем. — Простите. Видя, как И Джэ низко поклонился, Кан Джу только сейчас осознала: он приходил в клуб работать. — Мне жаль, но больше тебе приходить не стоит. — Менеджер! И Джэ окликнул его, но тот, холодно развернувшись, скрылся в дверях клуба. И Джэ медленно перевел взгляд на Кан Джу. Она чувствовала, что должна что-то сказать, но слова застряли в горле, губы лишь беспомощно дрожали. — Я... послушай. Под его тяжелым, пронзительным взглядом она снова замолчала. И Джэ не спеша развязал и снял фартук. Его рука рассекла воздух, скомканная ткань пролетела мимо неё и упала на землю. Он молча развернулся. Кан Джу, собравшись с силами, крикнула ему в спину: — Юн И Джэ! Он остановился. — Прости. Я не знала, что ты работаешь. Думала, ты просто развлекаешься здесь. Правда. Поверь мне. Теряясь от чувства вины, Кан Джу продолжала извиняться перед его спиной. — Прости. Мне очень жаль, правда. Но И Джэ, так и не обернувшись, пошел прочь. Кан Джу стояла на месте, не в силах пошевелиться, пока его силуэт не растаял вдали.