Аплодисменты шли, как проливной дождь.
Даже после того, как
Лу Чжоу ушел со сцены, аплодисменты все еще продолжались. Люди
стремительно рвались к передней части зала, пытаясь поближе рассмотреть
белую доску, некоторые пытались даже сделать фотографии. Декан Цинь наблюдал за происходящим шепотом обратился к сотруднику рядом: — Не стирайте с доски, я хочу сохранить ее… Через пару десятилетий она станет исторической реликвией! Сотрудник сглотнул и растерянно кивнул. — Ладно… И не потому что он не понимал, а просто он пребывал в шоке. Проработав столько лет тут, он никогда не видел ничего подобного. Тем
временем, профессор Чжан Шоу-У все еще сидел на месте. Он посмотрел
на обезумевшую толпу и белую доску, пребывая в полном восторге. — Невероятно…
Я вижу в его методах что-то от Гротендика, но в тоже время это нечто
другое. Он действительно… плохо разбирается в алгебраической геометрии? Сюй Чэньян, сидевший рядом с профессором Чжаном, ухмыльнулся и ответил: — Разве я не говорил, что он человек, что творит чудеса. В другой части зала встал профессор Акшай. Его не волновала толпа, он повернулся спиной к сцене и собрался покинуть зал. Шольце заметил, что он собрался уйти, и улыбнулся. — Куда ты собрался? Акшай поправил очки и ответил: — Метод
анализа гиперэллиптических кривых очень уникальный инструмент. Значение
ε все еще можно улучшить, поэтому я хотел провести некоторые изучения
в отеле… А тебе не интересно? — Дело не в том, что мне
не интересно, просто я не спешу. — Шольце пожал плечами. — Я готов
поспорить, что значение будет меняться множество раз в течении следующих
дней. Акшай немного подумал и кивнул. — Согласен. — Поэтому,
друг мой, какой смысл решать подобные элементарные задачки? Просто для
того, чтобы опубликовать пару статей? Забудь, посмотри, что делает
профессор Лу? — Шольце улыбнулся. — У значения ε есть возможности для
развития, но пусть это делают другие люди. Мы же включимся, когда другие
встрянут. Акшай подумал, а затем с улыбкой закрыл свой блокнот. — Ты прав… Может, нам пойти и что-нибудь съесть? Мне не очень нравится шведский стол в отеле. Шольце улыбнулся: — Мой
профессор физики, которые приехал сюда с докладом, рассказал о хорошем
месте поблизости, где готовят утку, мы можем пойти попробовать её… В заднем ряду зала. Ван
Чжэнфэй, который задремал, проснулся под бурные аплодисменты. Внезапно
он огляделся и увидел толпу, устремившуюся к передней части. Он фыркнул
и спросил: — Все закончилось? Его помощник кивнул. — Кажется, да. Ван Чжэнфэй быстро спросил. — Какой результат? Помощник неловко сглотнул. — Кажется, мы победили? Помощник не знал, почему он использовал слово победили. В конце концов, он понятия не имел, что происходило. Однако эти аплодисменты интуитивно вызвали у него такую ассоциацию. Множество
пар восторженных глаз говорили об одном. Кто-то победил Фальтингса,
используя логику, тем самым заслужив уважение математиков всего мира… Отныне эта история войдет в легенды математики, чтобы передаваться из поколения в поколение вместе с новой теорией. Весь мир запомнит Лу Чжоу. Однако его начальник не дал ему времени в полной мере оценить этот момент. Когда Ван Чжэнфэй увидел, что Лу Чжоу направляется выходу, он быстро встал. — Скорее пошли. Он пришел на этот доклад, чтобы связаться с Лу Чжоу. Он наконец-то пережил нудный отчет, будет обидно, если у него не получится поговорить с Лу Чжоу. ……………………. Шум толпы постепенно стих. Лу Чжоу медленно направился к комнате отдыха. Он уже собирался переодеться в костюм, когда услышал позади знакомый голос. — Учитель! Он обернулся и увидел бегущую к нему Хань Мэнци с пакетом в руке. Ее хвост подпрыгивал вверх-вниз, как хвост белки. Лу Чжоу посмотрел на нее и улыбнулся — Что такое? — Ничего… Я просто переживала, что вы голодны. — Хань Мэнци протянула пакет. — Вот, я принесла немного мяса на гриле с рисом. — С тмином? — Да!
— Она кивнула. — На улице идет дождь, поэтому не удобно было бы идти
в столовую. Я подумала, что после доклада вам захочется есть… Поэтому
я купила поесть. — Спасибо. Лу Чжоу взял у нее пакет. — Кстати, ты уже поела? Хань Мэнци показала другой пакет в руке и улыбнулась. — Пока нет, давай поедим вместе. За разговором они прошли в гостевую комнату. Лу Чжоу
поставил миску с мясом на стол. Он посмотрел на костюм, а потом перевел
взгляд на Хань Мэнци, которая взволнованно ломала свои одноразовые
палочки для еды. После чего решил переодеться после. Этот доклад отнял у него много сил, которые ему нужно восстановить. Лу Чжоу
сломал палочки для еды и уже собирался есть, как внезапно дверь
открылась и вошел старик лет семидесяти с двумя сотрудниками. Лу Чжоу показалось, что он выглядит знакомым, но он не смог его узнать. Однако старик не стал смущать лу Чжоу, он улыбнулся и представился: — Академик
Лу, приятно с вами познакомиться! Я генеральный директор Huawei Ван
Чжэнфэй. Прошу прощения, что отвлекаю вас, но доклад был просто слишком
потрясающим! Интересно, могу ли я пообедать с вами… Ван Чжэнфэй собирался пригласить Лу Чжоу на обед, когда заметил миску с рисом около Лу Чжоу. Ты стоишь миллиарды, и все еще ешь фастфуд? Он на инерции спросил: — Что вы едите? — Мясо на гриле с рисом, мне оно нравится. — Беспечно ответил Лу Чжоу. — Вы изучали гипотезу Римана? Лу Чжоу был в хорошей форме. Даже если бы он весь день ел нездоровую пищу, он все равно был бы в порядке. Больше всего интересовало Лу Чжоу, зачем этот генеральный директор приехал к нему. Подобное интересует высшее общество в наши дни? Вместо клубов и концертов они посещают скучные научные доклады? — Я не изучал ее, но это мое увлечение… ха-ха. — Ван Чжэнфей смутился. Первоначально
он планировал притвориться, что немного разбирается в математике,
но вспомнил, что Лу Чжоу обладатель Филдсовской премии. Подавляющее
большинство людей выглядело бы перед ним дураками… Для него лучше всего просто признать свою неопытность. Лу Чжоу догадался о скрытых мотивах генерального директора Вана, поэтому он улыбнулся и спросил: — Так какая тогда настоящая причина, по которой вы здесь? Ван Чжэнфэй перестал притворяться и улыбнулся. — Вы видете меня насквозь. Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул. — Все нормально, но меня уже беспокоит моя красота, которая тянет ко мне людей. Все с недоумением посмотрели на Лу Чжоу. Хань Мэнци, которая с жадностью ела еду, внезапно подавилась куском мяса. Со слезами на глазах она начала искать салфетку. Лу Чжоу заметил реакцию остальных, кашлянул и сказал: — Просто шучу. Ван Чжэнфэй выдавил улыбнулся. — Академик Лу, а вы шутник. Черт! Ну кто так шутит?! Лу Чжоу осмотрелся, а потом задумался: — Ладно, это не место для разговоров, давайте договоримся о встрече? Генеральный директор Ван быстро сказал: — Когда вам удобно! Лу Чжоу немного подумал. — Тогда через три дня. В отеле на Пурпурной горе. Поговорим о том, что вас интересует.
Лу Чжоу ушел со сцены, аплодисменты все еще продолжались. Люди
стремительно рвались к передней части зала, пытаясь поближе рассмотреть
белую доску, некоторые пытались даже сделать фотографии. Декан Цинь наблюдал за происходящим шепотом обратился к сотруднику рядом: — Не стирайте с доски, я хочу сохранить ее… Через пару десятилетий она станет исторической реликвией! Сотрудник сглотнул и растерянно кивнул. — Ладно… И не потому что он не понимал, а просто он пребывал в шоке. Проработав столько лет тут, он никогда не видел ничего подобного. Тем
временем, профессор Чжан Шоу-У все еще сидел на месте. Он посмотрел
на обезумевшую толпу и белую доску, пребывая в полном восторге. — Невероятно…
Я вижу в его методах что-то от Гротендика, но в тоже время это нечто
другое. Он действительно… плохо разбирается в алгебраической геометрии? Сюй Чэньян, сидевший рядом с профессором Чжаном, ухмыльнулся и ответил: — Разве я не говорил, что он человек, что творит чудеса. В другой части зала встал профессор Акшай. Его не волновала толпа, он повернулся спиной к сцене и собрался покинуть зал. Шольце заметил, что он собрался уйти, и улыбнулся. — Куда ты собрался? Акшай поправил очки и ответил: — Метод
анализа гиперэллиптических кривых очень уникальный инструмент. Значение
ε все еще можно улучшить, поэтому я хотел провести некоторые изучения
в отеле… А тебе не интересно? — Дело не в том, что мне
не интересно, просто я не спешу. — Шольце пожал плечами. — Я готов
поспорить, что значение будет меняться множество раз в течении следующих
дней. Акшай немного подумал и кивнул. — Согласен. — Поэтому,
друг мой, какой смысл решать подобные элементарные задачки? Просто для
того, чтобы опубликовать пару статей? Забудь, посмотри, что делает
профессор Лу? — Шольце улыбнулся. — У значения ε есть возможности для
развития, но пусть это делают другие люди. Мы же включимся, когда другие
встрянут. Акшай подумал, а затем с улыбкой закрыл свой блокнот. — Ты прав… Может, нам пойти и что-нибудь съесть? Мне не очень нравится шведский стол в отеле. Шольце улыбнулся: — Мой
профессор физики, которые приехал сюда с докладом, рассказал о хорошем
месте поблизости, где готовят утку, мы можем пойти попробовать её… В заднем ряду зала. Ван
Чжэнфэй, который задремал, проснулся под бурные аплодисменты. Внезапно
он огляделся и увидел толпу, устремившуюся к передней части. Он фыркнул
и спросил: — Все закончилось? Его помощник кивнул. — Кажется, да. Ван Чжэнфэй быстро спросил. — Какой результат? Помощник неловко сглотнул. — Кажется, мы победили? Помощник не знал, почему он использовал слово победили. В конце концов, он понятия не имел, что происходило. Однако эти аплодисменты интуитивно вызвали у него такую ассоциацию. Множество
пар восторженных глаз говорили об одном. Кто-то победил Фальтингса,
используя логику, тем самым заслужив уважение математиков всего мира… Отныне эта история войдет в легенды математики, чтобы передаваться из поколения в поколение вместе с новой теорией. Весь мир запомнит Лу Чжоу. Однако его начальник не дал ему времени в полной мере оценить этот момент. Когда Ван Чжэнфэй увидел, что Лу Чжоу направляется выходу, он быстро встал. — Скорее пошли. Он пришел на этот доклад, чтобы связаться с Лу Чжоу. Он наконец-то пережил нудный отчет, будет обидно, если у него не получится поговорить с Лу Чжоу. ……………………. Шум толпы постепенно стих. Лу Чжоу медленно направился к комнате отдыха. Он уже собирался переодеться в костюм, когда услышал позади знакомый голос. — Учитель! Он обернулся и увидел бегущую к нему Хань Мэнци с пакетом в руке. Ее хвост подпрыгивал вверх-вниз, как хвост белки. Лу Чжоу посмотрел на нее и улыбнулся — Что такое? — Ничего… Я просто переживала, что вы голодны. — Хань Мэнци протянула пакет. — Вот, я принесла немного мяса на гриле с рисом. — С тмином? — Да!
— Она кивнула. — На улице идет дождь, поэтому не удобно было бы идти
в столовую. Я подумала, что после доклада вам захочется есть… Поэтому
я купила поесть. — Спасибо. Лу Чжоу взял у нее пакет. — Кстати, ты уже поела? Хань Мэнци показала другой пакет в руке и улыбнулась. — Пока нет, давай поедим вместе. За разговором они прошли в гостевую комнату. Лу Чжоу
поставил миску с мясом на стол. Он посмотрел на костюм, а потом перевел
взгляд на Хань Мэнци, которая взволнованно ломала свои одноразовые
палочки для еды. После чего решил переодеться после. Этот доклад отнял у него много сил, которые ему нужно восстановить. Лу Чжоу
сломал палочки для еды и уже собирался есть, как внезапно дверь
открылась и вошел старик лет семидесяти с двумя сотрудниками. Лу Чжоу показалось, что он выглядит знакомым, но он не смог его узнать. Однако старик не стал смущать лу Чжоу, он улыбнулся и представился: — Академик
Лу, приятно с вами познакомиться! Я генеральный директор Huawei Ван
Чжэнфэй. Прошу прощения, что отвлекаю вас, но доклад был просто слишком
потрясающим! Интересно, могу ли я пообедать с вами… Ван Чжэнфэй собирался пригласить Лу Чжоу на обед, когда заметил миску с рисом около Лу Чжоу. Ты стоишь миллиарды, и все еще ешь фастфуд? Он на инерции спросил: — Что вы едите? — Мясо на гриле с рисом, мне оно нравится. — Беспечно ответил Лу Чжоу. — Вы изучали гипотезу Римана? Лу Чжоу был в хорошей форме. Даже если бы он весь день ел нездоровую пищу, он все равно был бы в порядке. Больше всего интересовало Лу Чжоу, зачем этот генеральный директор приехал к нему. Подобное интересует высшее общество в наши дни? Вместо клубов и концертов они посещают скучные научные доклады? — Я не изучал ее, но это мое увлечение… ха-ха. — Ван Чжэнфей смутился. Первоначально
он планировал притвориться, что немного разбирается в математике,
но вспомнил, что Лу Чжоу обладатель Филдсовской премии. Подавляющее
большинство людей выглядело бы перед ним дураками… Для него лучше всего просто признать свою неопытность. Лу Чжоу догадался о скрытых мотивах генерального директора Вана, поэтому он улыбнулся и спросил: — Так какая тогда настоящая причина, по которой вы здесь? Ван Чжэнфэй перестал притворяться и улыбнулся. — Вы видете меня насквозь. Лу Чжоу улыбнулся и вздохнул. — Все нормально, но меня уже беспокоит моя красота, которая тянет ко мне людей. Все с недоумением посмотрели на Лу Чжоу. Хань Мэнци, которая с жадностью ела еду, внезапно подавилась куском мяса. Со слезами на глазах она начала искать салфетку. Лу Чжоу заметил реакцию остальных, кашлянул и сказал: — Просто шучу. Ван Чжэнфэй выдавил улыбнулся. — Академик Лу, а вы шутник. Черт! Ну кто так шутит?! Лу Чжоу осмотрелся, а потом задумался: — Ладно, это не место для разговоров, давайте договоримся о встрече? Генеральный директор Ван быстро сказал: — Когда вам удобно! Лу Чжоу немного подумал. — Тогда через три дня. В отеле на Пурпурной горе. Поговорим о том, что вас интересует.
Обновлено: 12.01.2026