- Почему здесь такая хорошая изоляция? - Невольно пробормотала я.
Я сама видела, как служанка Хуа Мэйжэнь держала его долгое время и не ожидала, что суп будет таким горячим. Должно быть, у Чжун Сиу слишком тонкая и нежная кожа и не может выдержать высокую температуру.
Увидев явно беспомощную половину лица Чжун Сиу, я поняла, что только что сказал. Не дожидаясь, пока я сглажу ситуацию, он снова спросил:
- Ты опять думаешь, что я слишком изнежен?
Могут ли люди из этой императорской семьи читать мысли?
Чжун Сиу пошевелился и, казалось, хотел повернуться ко мне лицом. Я поспешно сделала несколько шагов вперед и сжала его плечо:
- Государь, не двигайтесь. Сейчас я нанесу вам лекарство.
Братец, ты не одет. Стоять позади мне уже неловко, а ты еще и хочешь повернуться?
Но я жила в современном обществе, поэтому с трудом, но могла смириться с такого рода двусмысленной сценой. Просто Чжун Сиу – человек из древнего мира. Во время этого феодального строя находиться голым перед своей невесткой - о чем он думает?
Неужели это и есть то легендарное - жена старшего брата подобна матери*?
* жена старшего брата подобна матери (для младших братьев и сестёр, если нет матери).
Думая об этом про себя, я не осмеливалась расслабить руки. Я вытащила пробку из маленького фарфорового флакончика и зачерпнула немного мази кончиками пальцев.
Я чувствовала, что атмосфера в это время казалась немного неловкой, поэтому решила отвлечься разговором:
- Как император мог принести с собой мазь от ожогов?
- Это не мазь от ожогов, это обезболивающее. Давай сначала покончим с этим, - Чжун Сиу ответил мне, даже не пошевелившись.
Я нахмурилась. А какой смысл носить с собой обезболивающую мазь?
- События во дворце быстро меняются*, поэтому иногда необходимо заранее подготовиться к возможной опасности.
* букв. в одно мгновение десять тысяч изменений - обр. в знач.: молниеносно изменяться; меняться буквально на глазах.
Чжун Сиу взял на себя инициативу ответить на мой мысленный вопрос, как будто у него были глаза на затылке, но почему он так разоткровенничался? Действительно ли он относится ко мне как к одному из своих людей?
Быстрыми движениями рук я намазала мазью ожоги у него на спине, а потом отступила на несколько шагов назад и сказала:
- Император, можете одеться.
После долгого молчания я не смогла удержаться и подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, что Чжун Сиу странно смотрит на меня, склонив голову набок. «Гао Юй еще не принёс мою одежду», - сказал он.
- Тогда я выйду наружу и подожду евнуха Гао. - Я не могла дождаться, когда выйду на улицу.
- Хуа Цянь, - прозвучал голос Чжун Сиу, и я, примирившись с судьбой, остановилась, понимая, что он так просто меня не отпустит.
- Только что за каменной горкой ты постоянно упоминала Му Яо... Что ты имела в виду?
- Му Яо слишком хороша, поэтому у У Шомо тоже плохие намерения, - любезно напомнила я императору, снова начав фабриковать обвинение.
Глаза Чжун Сиу округлились, он на мгновение задумался и сказал:
- Почему... Откуда ты знаешь?
Я не обратила внимания на его проблемы с речью, встретилась с ним взглядом и сказала:
- Скрыть влюблённый взгляд невозможно. Когда император смотрит на меня и Му Яо, это в корне отличается. Я женщина, естественно, я могу это заметить.
После того, как я закончила говорить, я подумала про себя: не провоцирую ли я этих людей как можно скорее начать войну за Му Яо?
Я перевела взгляд на Чжун Сиу. Он запрокинул голову, и у меня не получалось разглядеть выражение его лица, но через некоторое время он снова обернулся... Я была так напугана, что быстро отвернулась. Я вовсе не подглядывала, это неприлично*.
* букв. на то, что не соответствует ритуалу, нельзя смотреть.
В его голосе послышался смех:
- Конечно, то, как я смотрю на нее, отличается от того, как я смотрю на тебя.
Премного благодарна за то, что ты еще раз сообщил мне этот факт.
Скрывая в душе недовольство, я услышала голос евнуха Гао: «Государь внутри?»
«Он здесь, здесь», - поспешно ответила я.
Я собиралась воспользоваться этой возможностью, чтобы уйти. Немного поразмыслив, я остановилась и, всё так же стоя спиной к Чжун Сиу, сказала: «Хочу поблагодарить императора за своё спасение. Хуа Мэйжэнь - это мой ответный подарок императору, чтобы впредь вам не пришлось сомневаться в лояльности поместья Хуа. Человек, затаивший недоброе, никогда не будет преграждать себе путь».
Сказав это, я направилась прямо к двери. Не успела я до конца открыть ее, как вперёд вытянулась мужская рука и захлопнула её.
Я была так напугана, что не могла унять дрожь. Почему этот человек передвигается так бесшумно?
У меня за ухом раздался голос:
- Сколько раз я должен повторить это, прежде чем ты поверишь, что я больше не буду сомневаться в тебе?
- Не то чтобы я в это не верила... - Я беспомощно повернула голову, чтобы ответить, но мое внимание отвлекла алебастровая атлетическая грудь.
Он же голый!
Этот император - эксгибиционист? В панике я быстро повернула голову назад, но скорость была слишком велика, чтобы ее контролировать, и я с грохотом ударилась головой о дверь.
Рука, давившая на дверь, была опущена, а затем я услышала беззастенчивый смех, от которого моему лицу на некоторое время стало сначала жарко, затем холодно.
Я закрыла глаза и, собрав волю в кулак, открыла дверь и быстро вышла. Цянь Чжи побежала за мной, в то время как выглядящий сбитым с толку евнух Гао с подносом в руках застыл у двери.
Обновлено: 15.02.2026