Жители Хембау, как я должен был понять из культурной оценки, включенной в досье, которое я пролистал, были склонны к экстремизму. Точнее, к фанатизму, хотя этот термин вводит в заблуждение. По крайней мере, так утверждалось в документах.
— Лорд Ситх! Есть минутка вашего времени?
Наша маленькая группа из трех человек прогуливалась по Променаду Спасения не более пяти минут, прежде чем нас впервые окликнули. Теперь, спустя почти два полных часа, это стало ожидаемым и обыденным. Естественно, у нас был план действий на этот случай.
И нетрудно было догадаться, чья очередь его исполнять.
— Всегда, — сказал я, едва сдерживая улыбку. По привычке правая рука уже протянулась для приветствия. — Нестор, ученик лорда Эгатио из Империи ситхов.
— Мити, — мужчина, нервно улыбаясь, с явным энтузиазмом пожал мою руку. — Честь… то есть… честь, что вы посетили наш мир. Этот мир.
— Это честь для меня, Мити. — сказал я. — Это прекрасное место для посещения. Жаль, что я не могу остаться здесь достаточно долго, чтобы по-настоящему оценить его.
— Действительно, очень жаль. — сказал мужчина, все еще явно нервничая. Он что-то пошарил у себя на поясе, вызвав у меня кратковременный приступ паранойи, но достал только маленькую камеру. По крайней мере, то, что я принял за камеру. Когда-нибудь, пообещал я себе, я найду каталог техники и просмотрю его, чтобы понять, что к чему. — Я... Я могу получить голо?
— Конечно. — без колебаний согласился я.
Через несколько мгновений Мити получил свою фотографию, я - немыслимое количество ненужных благодарностей и вновь присоединился к своей процессии. Вернее, к ее части: Хибал отделился, чтобы поболтать с местным продавцом в одной из лавок. Кондитером, судя по всему. Пестрые вывески, запах сахара и ряды пирожных говорили сами за себя.
Второй ученик, Элхо, выглядел вполне счастливым, просто махая толпе.
— Неплохо. — коротко бросил он, пока мы шли. Вскоре к нам присоединился третий член группы, теперь с пакетом шариков, похожих на сахарные или жареные пончики. Не суть.
— Нестор, — Хибал кивнул мне, заставив еду левитировать у лица. — Следующий поворот твой.
Ах,да.
Точно.
У меня была задача. А именно: пойти куда-нибудь и отвлечь внимание. И, если я правильно понял инструктаж, найти маленькую джедайку, чтобы та слишком увлеклась мной, а не убийством проповедников, восхваляющих Империю.
Возможно. Большая часть инструктажа была окутана эвфемизмами, двусмысленными фразами и подтекстом, так что я лишь в общих чертах представлял себе, каковы мои реальные цели.
И все же, отделившись от двух других учеников, чтобы пройтись по улице с незамысловатым названием Главная, я не мог не заметить, как быстро изменилась атмосфера. Исчезли празднества на Променаде Спасения, исчезли бесчисленные киоски и ларьки, полные местных жителей. Вместо них на каждом однобоком перекрестке стояли небольшие группы людей с табличками и плакатами.
У каждого человека была своя вера, ради защиты которой он готов умереть, и он хотел, чтобы вы - именно вы - узнали, в чем именно заключается эта вера. Брошюры раздавали в изобилии, листовки - тоже, а когда я проходил мимо особенно хорошо одетой группы проповедников, мне вручили не одну визитную карточку.
Они получили мою благодарность, как и все на этой планете, прежде чем я двинулся дальше.
Все три квартала я купался в обожании, как на Променаде. Но после того как я миновал третий квартал на запад, одно ключевое отличие стало ощущаться совершенно отчетливо: популярность Империи здесь была значительно ниже. Меня гораздо реже останавливали для рукопожатий и фотографий. Люди перестали просить у меня подписи или листовки, хотя количество выступающих на каждом углу оставалось неизменным.
К пятому кварталу просьбы обратить на меня внимание совсем стихли. Но люди все равно замечали меня. Люди по-прежнему фотографировали. Но ко мне больше не подходили. Насколько я мог судить, это была нейтральная территория. Лично я не возражал. Как бы мне ни нравилось то, что меня фактически повысили с должности "подай-принеси" до посла, было приятно сделать перерыв.
После двух часов работы.
Да, я передумал. К сожалению. Отдыхать рано.
Наконец я вышел на главную площадь города. Что логично, ибо шёл по Главной улице. Квартал, сровненный бульдозерами, в центре — фонтан с колонной, увенчанной фигурой всадника на существе, напоминающем лошадь, в героической позе. Вокруг — пёстрые баннеры на фонарных столбах.
Мне хотелось присмотреться к ним по внимательнее, но тогда я бы торчал в море людей, проходящих через площадь. Вернее, я бы выделялся на фоне моря людей, движущихся совсем в другом направлении. Таким образом, мне пришлось влиться в поток.
— Не позволяйте себя обмануть, братья и сестры мои! — провозгласил всклокоченный мужчина в серой мантии. Очень напоминающий бродягу, кстати. Несмотря на его довольно удручающий вид, я узнал его лицо. Местный политический агитатор, не состоящий на службе у правительства. Он явно был достаточно популярен, но я не был слишком уверен в степени его влияния. — Империя стремится лишь скормить вас машине, которая будет питать их войну!
Разумеется, причина кругового движения стала ясна. Вокруг массивного фонтана мужчины и женщины стояли на своих ложах и проповедовали то, что им так сильно нравилось. Как, например, этот джентльмен, чье мнение об Империи было слишком легко определить.
Это было мнение, которое на самом деле было не так уж далеко от реальности.
Но, как ни странно для моих работодателей, это было не мнение, которого придерживались представители самых разных слоев общества в этом мире. Нет, если уж на то пошло, то это был один из самых популярных ораторов, расположившихся вокруг фонтана. Аудитория собралась так далеко, что движение пешеходов по площади ограничивалось не более чем четырьмя полосами. И, что еще более важно, слушатели выглядели заинтересованными.
Такая обстановка была мне хорошо знакома по студенческим временам и стала бы приятным ностальгическим отвлечением от текущей ситуации. Однако здесь слушатели внимали с восторгом.
По крайней мере, большинство из них. Задние ряды, как правило, больше перемещались, обычно присоединяясь к аудитории перед другим оратором.
— Давайте будем честными: десятилетие мира, и все еще экономический спад? — скандировала более опрятно одетая женщина. Она тоже была включена в информационное досье. Не имперская служащая, но твердо верящая в имперскую пропаганду. Полезный козел отпущения для Империи. — Десять лет восстановления, а экономика Республики всё падает? И мы хотим, чтобы эти бездари нами правили? Мы с ума сошли?
Обновлено: 17.01.2026