Магия этого мира несколько отличалась от представлений Ли Вэньинь.
В этом мире, где технология и волшебство сосуществовали, магия больше походила на науку, оперирующую магическими частицами.
Каждое волшебство имело свою точную формулу — заклинание. Великие маги были подобны великим математикам, оставлявшим после себя горы сложных и заумных формул, над которыми последующие поколения ломали головы.
Магия как явление возникла благодаря существованию в мире магических частиц и тому, что некоторые люди обладали внутренней магической силой.
Использование магии походило на сложнейший математический расчёт в реальном времени. Волшебник преобразовывал свою внутреннюю силу в различные магические эффекты. Это было испытание как магического резерва, так и умения применять заклинания.
Если провести аналогию с математикой из мира Ли Вэньинь, то это выглядело примерно так: на вас катится огромный валун. Чтобы остановить его магией, вы должны в уме мгновенно рассчитать его импульс, учесть направление и скорость ветра, а также все прочие связанные с этим факторы. Получив верный ответ, вы «одалживаете» свою внутреннюю силу для сотворения магии, которая и блокирует валун.
Короче говоря, учиться магии было очень сложно.
Ли Вэньинь читала книгу, и чем дальше, тем больше запутывалась.
Она-то думала, что это всего лишь роман про Мэри Сью, но откуда тогда такие детально проработанные и логичные правила? Это уже походило на научный трактат «Чудеса магии».
Конкретные заклинания, такие как безмолвие или полёт, не решались простым применением формулы. Они были скорее задачами, требующими объединения множества формул и самостоятельных расчётов.
Ведь вес у каждого человека разный, и сила, необходимая для полёта, тоже. Желание говорить у всех разное, и сила заклятия безмолвия должна варьироваться. Все эти факторы были переменными, которые нужно было чувствовать и учитывать в процессе сотворения заклинания.
Это было как сложная задача с интегралами на экзамене по высшей математике — её невозможно было решить, просто подставив числа в готовую формулу.
Теперь Ли Вэньинь окончательно поняла, почему некоторые студенты за всю жизнь так и не могли освоить заклинание полёта. Точно так же, как она в своей прошлой жизни так и не смогла осилить неопределённые интегралы.
«Как тонко продумано», — восхищённо подумала Ли Вэньинь, с головной болью листая книгу.
Впрочем, в отличие от сухих математических задач на бумаге, столь же сложная и запутанная магия была куда интереснее. Эффект от успешно сотворённого заклинания был мгновенным и ощутимым.
Можно было действительно, силой мысли и расчёта, остановить катящийся валун.
Осознав суть магии и почувствовав её присутствие, Ли Вэньинь ощутила странные изменения в своём теле.
Внутри неё начал медленно циркулировать поток, которого она раньше не замечала. Вероятно, это и была та самая магическая сила.
Чем больше она читала, чем больше заклинаний видела, тем отчётливее становилось это ощущение. Она ясно чувствовала, как внутри неё течёт сила, готовая подчиниться её воле.
Ли Вэньинь решила попробовать.
Она взглянула на первое заклинание на открытой странице, мысленно произнесла его и сосредоточилась.
Фить.
Раздался тихий звук, и на уголке страницы вспыхнул яркий огонёк.
Ли Вэньинь восторженно ахнула.
Получилось! Она успешно использовала базовое заклинание огня!
В тот же миг она почувствовала, как её внутренняя сила немного истощилась. Видимо, это и был «равноценный обмен» магии и силы.
Однако не только сила уменьшилась. В голове на мгновение тоже опустело.
Стоп, не то.
Это же библиотека! А-а-а-а!
Ли Вэньинь подскочила и принялась отчаянно тушить пламя. Шум привлёк внимание старшекурсника из Дубового факультета, следившего за порядком.
Увидев прячущуюся здесь Ли Вэньинь, одетую не в форму их факультета, и почувствовав запах гари, студент в зелёной форме напрягся.
— Ты кто такая? Что ты здесь делаешь? — строго спросил он.
Ли Вэньинь виновато спрятала за спину подпалённую книгу и криво улыбнулась.
— Я тут случайно заблудилась... Старшекурсник, вы поверите?
Конечно, он не поверил.
Так и родилась следующая сцена.
Ли Вэньинь, прижимая к груди стопку книг, неслась по коридору, отчаянно крича на бегу:
— Старшекурсник, не гонитесь! Я правда просто хотела поучиться! Просто посмотреть!
— Стой, мерзкая похитительница книг! — гнался за ней и ругался студент из Дубового. — Я же чувствую запах гари! С какого ты факультета? Тебя подослали, чтобы сжечь нашу библиотеку?!
Один убегал, другой догонял. Хрупкая на вид девушка, обнимая огромную стопку книг, мчалась с невероятной скоростью. Старшекурсник, пыхтя, преследовал её, и чем дольше длилась погоня, тем сильнее он злился.
Другие студенты, пришедшие в библиотеку позаниматься, с изумлением наблюдали за этим представлением. Что за цирк здесь происходит?
Изолятор студенческого совета.
По странному стечению обстоятельств, надзирателем оказался сам президент студсовета, Юйчи Цюань.
Держа в руках рапорт, он, не поднимая глаз, произнёс:
— Третий день в академии. Кража книг, поджог библиотеки Дубового факультета. Студентка Ли, вы меня поражаете.
Ли Вэньинь смирно сидела на стуле в изоляторе и принимала нагоняй.
Голос Юйчи Цюаня был по-прежнему мягким и спокойным, но на этот раз Ли Вэньинь уловила в нём нотки упрёка. Вполне справедливо — в этот раз она действительно была виновата.
— Тут... — виновато начала она, — произошло небольшое недоразумение.
Юйчи Цюань с улыбкой посмотрел на неё, словно предлагая выслушать её версию «недоразумения».
— Старшекурсник из Дубового факультета преувеличил. Никакого поджога библиотеки не было. Так, в лучшем случае... огонёк.
Ли Вэньинь изобразила пальцами что-то крошечное.
— Правда, совсем маленький.
— Настолько? — уточнил Юйчи Цюань.
— Чистая правда, — закивала она. — Вот такусенький.
— А кража книг и незаконное проникновение в библиотеку? Тоже преувеличение?
Вот тут...
Ли Вэньинь опустила голову, её голос стих.
На это ей возразить было нечего.
Президент студсовета выглядел таким добрым и улыбчивым, но слова его были остры как бритва.
Эх, в результате вся её дневная суета пошла прахом. Из-за того, что Ли Вэньинь спалилась с поджогом, тот старшекурсник подал жалобу в студсовет, и её испытание на Дубовый факультет было аннулировано.
Но Ли Вэньинь была как таракан, которого не прибьёшь, и как королева бесстыдства.
Оставались ещё испытания от Макового и Лазурного факультетов, и она смотрела в будущее с неиссякаемым оптимизмом.
Из изолятора её выпустили только вечером.
Ли Вэньинь переночевала в заброшенном корпусе, а на следующий день, полная сил и энергии, уже стояла у ворот Макового факультета.
«Величие, яркость, гордость, воплощённые амбиции».
Девиз Макового факультета произвёл на неё глубокое впечатление. Не только из-за алой формы и цветка мака на гербе, но и потому, что...
На Маковом факультете учились в основном девушки.
Говорили, соотношение девушек и парней было девять к одному. Гордые и амбициозные «маки» были мастерами высококлассной трансмутации и творили своими руками одно чудо за другим.
Спрятавшись в кустах у входа, Ли Вэньинь наблюдала, как мимо проходят уверенные в себе, яркие и прекрасные старшекурсницы.
Алая форма Макового факультета сидела на каждой по-своему, принимая разные фасоны — то ли благодаря магии, то ли индивидуальному пошиву.
Но требования к ношению формы были у них очень строгими. Ли Вэньинь несколько раз пыталась проскользнуть внутрь, но её останавливали. Маковый факультет был единственным из четырёх, где у ворот стояли дежурные, проверявшие форму.
Если она не сможет проникнуть на факультет и подслушать лекции, она не научится трансмутации и не пройдёт испытание.
Поэтому она решила сперва раздобыть себе поддельную форму.
Но где найти такую алую ткань?
Задача оказалась не из лёгких.
Но если хорошенько побродить по академии, что-нибудь да найдётся.
Ли Вэньинь с энтузиазмом принялась слоняться по территории и в итоге, неподалёку от цветочного поля рядом с корпусом Макового факультета, увидела на верёвке для сушки белья развевающийся кусок алой ткани.
Цвет был точь-в-точь как у их формы.
Ли Вэньинь огляделась по сторонам. Никого. С чувством глубокого раскаяния она поклонилась ткани и прикрепила рядом записку:
«Взаймы. Верну позже. — Ли Вэньинь»
После чего стремительно умыкнула ткань, забилась в угол и, поработав ножницами, соорудила нечто, отдалённо напоминающее одежду, и натянула на себя.
В таком виде она и предстала у ворот Макового факультета.
Дежурная старшекурсница смерила её «форму» взглядом, на мгновение застыла, а затем произнесла:
— У вас весьма уникальный вкус.
— Это мой стиль, — хлопнула себя по груди Ли Вэньинь. — Не удивляйтесь.
Хотя выражение лица у старшекурсницы было непередаваемым, она всё же пропустила её.
Вскоре Ли Вэньинь уже вели под конвоем представители студсовета.
Изолятор.
Знакомый потолок, знакомый стул и знакомая Ли Вэньинь на нём.
Президент студсовета Юйчи Цюань сидел на другом стуле, закинув ногу на ногу. Его серебристо-белые ботинки мерно покачивались в такт его мыслям.
Ли Вэньинь сглотнула, не смея поднять на него взгляд.
Юйчи Цюань зажал между пальцами её записку и мягко произнёс:
— Разрезала знамя Макового факультета, сшила из него уродливую одежду и тем самым опорочила честь факультета. Студентка Ли Вэньинь, у вас есть возражения?
— Какую ещё уродливую одежду?! Я не порочила их честь! У меня не было!..
Ли Вэньинь на миг вспыхнула, но под взглядом Юйчи Цюаня, который как бы говорил «продолжайте, я слушаю», тут же сникла.
Откуда ей было знать, что этот кусок алой ткани, чтоб его, оказался заготовкой для нового знамени Макового факультета? На нём же не было ни единого узора... Ли Вэньинь искренне думала, что это какая-то никому не нужная тряпка.
Да, тут ей возразить было нечего. Но вот насчёт того, что она намеренно сшила уродливую одежду, чтобы опорочить факультет, — это была чистой воды клевета! Наговор!
Юйчи Цюань понял её мысль:
— Значит, вы признаёте, что разрезали знамя?
Вытянутая было шея Ли Вэньинь снова вжалась в плечи.
— Согласно правилам, сегодня вы также наказаны четырьмя часами в изоляторе, — Юйчи Цюань встал. — Поджог библиотеки Дубового факультета, порча знамени Макового... Интересно, каким сюрпризом вы порадуете меня завтра, студентка Ли Вэньинь?
В его словах звучала такая нескрываемая ирония, что Ли Вэньинь начала подозревать — за мягкой и доброй улыбкой Юйчи Цюаня скрывается что-то совсем другое.
Она кашлянула и заверила:
— Не волнуйтесь, президент. Мне и самой неудобно вас постоянно беспокоить. Завтра я точно не появлюсь!
Юйчи Цюань с улыбкой промолчал. Он аккуратно положил перед ней рапорт о нарушении, ещё раз мягко улыбнулся и вышел из изолятора.
Ли Вэньинь опустила взгляд на рапорт. Резолюция президента была выведена резким, размашистым почерком, в котором, казалось, сквозила лютая, въевшаяся в бумагу ненависть.
Ли Вэньинь передёрнуло. Дрожа всем телом, она смиренно принялась отбывать наказание.
Ну вот. После такого и испытание от Макового факультета тоже накрылось медным тазом.
Оставался только Лазурный факультет и его задание с усыпляющим зельем.
Лазурный факультет... Лазурный факультет — это хорошо. У неё там были связи.
Нангун Чжи обедал в столовой, когда внезапно возникшее перед ним лицо напрочь отбило ему аппетит.
— Старшекурсник Нангун, вы не знаете, как с нуля за один день научиться варить усыпляющее зелье? — Ли Вэньинь прилипла к его столу, положив подбородок на столешницу.
Нангун Чжи высокомерно вздёрнул подбородок, смерил её холодным, брезгливым взглядом и процедил сквозь зубы:
— Проваливай.
— Ну не будьте таким холодным, старшекурсник. Мы ведь с вами уже почти знакомы, правда? — не унималась она.
Нангун Чжи не понимал, о чём она говорит. Где это они успели познакомиться? Когда она цеплялась за него на церемонии Распределения или когда устроила засаду в мужском туалете?
Нангун Чжи отложил палочки.
Ли Вэньинь с надеждой уставилась на него, думая, что он вот-вот проявит неслыханную доброту и просветит её.
Но вместо этого Нангун Чжи взял в руки свою волшебную палочку.
— Эй-эй, стойте-стойте! — Ли Вэньинь быстро увернулась, выставив перед собой руки. — Старшекурсник, дайте хоть маленькую подсказку! Не надо опять применять ко мне заклятие безмолвия!
Если он снова это сделает, она будет преследовать его денно и нощно, как призрак.
Нангун Чжи замер. Он вперил испепеляющий взгляд.
Обновлено: 21.01.2026