Чат прямого эфира.
— Подло, слишком подло! Кто, блин, мог подумать, что в абсолютно тихой ванной кто-то есть?!
— На самом деле, не стоило так опрометчиво ломиться в санузел. Он повел себя слишком безрассудно.
— Давай, сам попробуй, раз такой умный! В «Историях с Правилами» сбор информации — это приоритет номер один. Если ничего не знать, сдохнешь еще быстрее!
— Повезло, что Группа наблюдения отправила подсказку. Я пришел из другого стрима, там парень умер жуткой смертью…
Поскольку Китай занимает огромную территорию и имеет множество Избранных, люди реагировали на ошибку одного игрока относительно спокойно. Споры, конечно, возникали, но редко переходили границы, чему способствовала и грамотная информационная политика.
Однако в некоторых малых странах ситуация складывалась совершенно иначе.
У страны Фейцзи на данный момент было всего три Избранных.
Один из них оказался в числе тех, кто первым делом направился в ванную комнату. Он точно так же проигнорировал третье Правило ванной комнаты и не заметил, что, пока он внимательно вчитывался в текст правил, из-под двери душевой кабины медленно вытекала лужа кроваво-красной жидкости, стремительно расползаясь по полу.
Лишь когда багровая субстанция коснулась его ботинок, он запоздало осознал опасность.
С криком он отпрыгнул, пытаясь выбежать наружу. Но красная жижа уже поползла вверх по его телу. Очень скоро он не мог издать ни звука — даже его предсмертные вопли были заглушены внутри плотного красного кокона, напоминающего человеческую фигуру.
Прошло не более десятка секунд, и кокон распался. Густая красная жидкость с шумом, подобным водопаду, рухнула вниз, а заламинированный листок с правилами шлепнулся в лужу крови.
Трансляция прервалась, экран почернел, и на нем появилась строка кроваво-красного текста:
[Избранный погиб. Случайная История сходит на территорию страны.]
В чате этого канала воцарился хаос: кто-то сыпал проклятиями, кто-то рыдал, кого-то охватило отчаяние.
Такова стала новая реальность после прихода Аномалий. Гибель многих стран была вызвана не столько резней, устроенной монстрами, сколько безумием самих людей.
На начальном этапе разведки из более чем тридцати тысяч Избранных по всему миру уже погибли сотни. При этом более десяти тысяч человек уже потратили свои возможности подсказки на такие мелочи, как включение света в гостиной, выбор комнаты или кризис в ванной. Были даже те, кто умудрился израсходовать все подсказки разом.
Из отведенных семи дней прошло всего три часа.
Мир Истории. 16:27.
Чэнь Шао, старательно имитировавший выполнение летнего домашнего задания для средней школы, услышал, как в гостиной щелкнула дверь.
Он вздрогнул, положил ручку и вышел из комнаты.
В прихожей стоял молодой мужчина ростом около метра восьмидесяти. Он был одет в оранжевый спортивный костюм, на шее висело оранжевое полотенце. В левой руке он держал черный смартфон, а правая лежала на дверной ручке — похоже, он собирался уходить.
Услышав звук открывшейся двери спальни, парень замер. Он слегка повернул голову, опустил взгляд и молча уставился на Чэнь Шао.
Ощущение было такое, словно тысячи ледяных игл вонзились в тело Чэнь Шао. Казалось, он внезапно оказался на сорокаградусном морозе.
Обычный человек на его месте, вероятно, уже закричал бы от боли, но Чэнь Шао давно привык к страданиям. Поэтому он лишь молча смотрел на парня в ответ.
Спустя мгновение парень вдруг рассмеялся.
— Ты чего сегодня вдруг зашел? — он указал на ванную, и на его лице появилась беспомощная улыбка. — Забыл, что я моюсь?
«Черт, прошлая отмазка была ошибкой!» — сердце Чэнь Шао сжалось.
Думай, нужно найти новое оправдание…
«Я… я только что делал уроки и случайно испачкал руки чернилами, хотел срочно смыть, поэтому…» — он уже собирался произнести это, но слова застряли в горле. В памяти всплыли Правила спальни:
[4. У вас с братом нет секретов друг от друга. Пожалуйста, ничего не скрывайте от брата, он будет очень разочарован.]
Чэнь Шао с трудом проглотил заготовленную ложь.
Подображая настоящему школьнику, он неловко почесал затылок и искренне извинился:
— Прости, я совсем не подумал, что ты там.
Правда могла разозлить этого человека, но ложь могла нарушить правила. Он прекрасно понимал, что из двух зол нужно выбирать меньшее.
Парень усмехнулся. Похоже, он не рассердился, и пронизывающий холод заметно отступил.
— В следующий раз будь внимательнее, — сказал он с намеком. — Если будешь так делать постоянно, мне придется угостить тебя хорошей поркой.
Значит ли это, что многократное нарушение этого правила приведет к смерти?
Чэнь Шао поспешно закивал и тут же перевел тему.
— Летнее задание такое муторное, — он вел себя как обычный ученик, жалующийся на домашку. Важно было не сказать, что задание сложное, а именно «муторное». — Там куча всего, что мы в первом классе даже не проходили. Я уже голову сломал, пока писал.
Парень, как и ожидалось, расхохотался и сочувственно произнес:
— Ничего не поделаешь, школа есть школа, привыкай. Твой брат тоже через это прошел. Вот пойдешь в старшие классы, тогда поймешь, что в средней школе была лафа.
Леденящий холод окончательно исчез, растворившись в звуке его смеха.
Чэнь Шао притворно вздохнул, а затем осторожно спросил:
— Кстати, мама говорила, сколько мне нужно делать в день? Так надеюсь, что поменьше…
Брат, ничего не заподозрив, ответил прямо:
— Не так уж и много, по четыре страницы на каждый предмет. Зная, как ты не любишь писать, я специально торговался с мамой, чтобы выбить для тебя такой объем. Если бы решал папа, он бы заставил тебя закончить всё за три дня.
Он взглянул на время в телефоне и, не давая Чэнь Шао продолжить разговор, протянул руку и сильно взъерошил ему волосы:
— Ладно, я пошел. Мама вернется — скажи ей, что у меня встреча с одноклассниками, ужинать я не приду.
Сказав это, брат толкнул дверь и вышел из квартиры.
Чэнь Шао тяжело выдохнул. Он постоял немного в прихожей, разминая затекшие и онемевшие от напряжения ноги, а затем, пошатываясь, вернулся в комнату и рухнул на кровать.
Сейчас ему не хотелось ни о чем думать. Хотелось просто немного отдохнуть.
Только те, кто лицом к лицу сталкивался с Аномалиями, знали, насколько это ужасно. Ощущения кардинально отличались от того, что можно было увидеть через экран трансляции.
Полежав немного, Чэнь Шао пришел в себя. Его мозг снова заработал, анализируя только что полученную информацию.
Без сомнения, этот молодой человек — «Старший брат», тот самый, которого он застал «моющимся» в ванной.
К счастью, он не солгал. Иначе сейчас, возможно, он уже был бы трупом… Или, что более вероятно, от него даже трупа бы не осталось.
С момента, как он попал в этот мир, и до недавней встречи, брат «мылся» целых три с половиной часа! Это время кажется подозрительным, как и сама длительность процедуры.
[Правила ванной комнаты 1. Принимать душ можно ежедневно с 6:00 до 7:00 утра и с 19:00 до 22:00 вечера.]
Здесь есть два варианта. Первый: это правило касается только «меня», остальные соблюдать его не обязаны. Второй: это правило не может ограничивать брата, в вопросах гигиены он — исключение.
Какая из догадок верна, можно будет примерно определить вечером, посмотрев, когда пойдут мыться другие члены семьи.
В прошедшем диалоге Чэнь Шао насторожили еще три момента.
Брат ясно дал понять: если третье правило ванной будет нарушено слишком часто, Избранный спровоцирует Верный путь к гибели. Это означает, что в будущем перед входом в ванную нужно обязательно стучать. Для страховки лучше убедиться, что папа, мама и брат находятся вне санузла.
Далее — слова брата о том, что он «не придет на ужин».
Это связано с четвертым Семейным правилом и третьим Правилом гостиной. Своевременный прием пищи три раза в день — требование правил. Брат ушел есть наружу, значит, не обязательно есть именно домашнюю еду и не обязательно делать это дома…
Пока что от этого наблюдения мало толку, но стоит запомнить.
Главное вот в чем: «Брат» говорил с «мной» так просто, к слову, или же сказал это специально для «меня»? Если второе, то не значит ли это, что «Брат» с самого начала знает, что я — это не «я»?
Еще один ключевой момент — информация о домашнем задании. 4 страницы по каждому предмету в день. «Я» не люблю делать уроки, брат заступается за «меня», а папа хочет, чтобы «я» закончил побыстрее.
Следовательно, «я» не должен делать слишком много, лучше держаться указанной нормы, чтобы не разрушить роль.
Папа, о котором пока меньше всего информации, выглядит как строгий родитель, мечтающий об успехе сына.
Хорошо, что Чэнь Шао заранее учел, что у школьников обычно бывает прокрастинация и «чудесная ночь» перед концом каникул. Он не спешил писать, а все вычисления проводил в уме, планируя записать их позже, когда выяснит точный объем.
Иначе, с его скоростью, он бы уже исписал страниц десять…
Чэнь Шао, можно сказать, проскочил этот опасный момент. Многие Избранные в панике выбирали ложь и были мгновенно поглощены красной жижей без остатка. Те же, кто не выдержал пронизывающего холода и выдал себя еще до того, как парень заговорил, столкнулись с резким ухудшением отношения брата и потеряли шанс выудить информацию.
В безопасности пока оставались лишь те, кто не пошел исследовать ванную или просто не столкнулся с уходящим братом.
Чэнь Шао вернулся за стол и начал выполнять сегодняшнюю норму, стараясь подделывать уровень знаний под тот, что был виден в тетради.
Время подошло к шести вечера. В гостиной раздался стук в дверь.
— Сяо Чжао, Сяо Шао, открой маме дверь, я забыла ключи дома.
Голос женщины звучал нежно и ласково.
Чэнь Шао отложил ручку и вышел в прихожую.
Не раздумывая, он открыл дверь.
Перед ним стояла женщина в черно-белом деловом костюме. Ее новая одежда была безупречно чистой, ни пылинки, каждый волосок в прическе лежал идеально ровно.
— С возвращением, мама, — послушно поприветствовал ее Чэнь Шао.
Улыбка на губах мамы не дрогнула, голова оставалась неподвижной. Ее взгляд скользнул по гостиной, и когда она посмотрела вправо, радужки полностью исчезли под веками, оставив лишь белки, испещренные коричневатыми кровеносными сосудами.
В следующее мгновение на ее красивом лице проступило удовлетворение.
— Похоже, пока меня не было, ты вел себя хорошо, — сказала мама. — А где Сяо Чжао?
— Брат сказал, что у него сегодня встреча с одноклассниками, он ужинает не дома. Ушел где-то в пятом часу, — честно передал Чэнь Шао.
Женщина беспомощно вздохнула, продолжая улыбаться.
— Ну что за ребенок, опять гулять, целыми днями дома не сидится, — она посмотрела на Чэнь Шао. — Вот бы ваши характеры смешать, было бы идеально. Один слишком шебутной, ни дня покоя; другой слишком тихий, из дома не вытащишь, у меня уже голова кругом.
Чэнь Шао сделал вид, что смущенно опустил голову, мысленно фиксируя ключевую информацию.
Похоже, «я» — человек «тихий» и «спокойный».
Женщина прошла на кухню, попутно спрашивая:
— Что сегодня хочешь на ужин? Раз брата нет, можем поесть кашу.
— Что угодно, — проявил понимание Чэнь Шао. — Готовь на свой вкус, мама, я не привередливый.
— И сельдерей будешь? — мама с интересом обернулась.
Чэнь Шао не знал, стоит ли отрицать, поэтому выдавил неловкую, но вежливую улыбку.
— Мам, ну хватит меня дразнить.
Мама громко рассмеялась:
— И еще говорит «я не привередливый»! Смотри, устрою тебе как-нибудь банкет из сельдерея: бланшированный сельдерей, салат из сельдерея, брокколи с сельдереем, колбаса с сельдереем, пирожки с тофу и сельдереем — всего положу, и буду смотреть, как ты это ешь. Поглядим тогда, какой ты не привередливый!
Значит, «я» не ем сельдерей, а брат не ест кашу.
Чэнь Шао снова неловко улыбнулся и, забирая у мамы сумку, спросил:
— Мам, ты так много работаешь, может, помочь тебе с готовкой?
Мама с улыбкой покачала головой:
— Ой, да что там сложного. Иди учи уроки, нечего тебе на кухне делать.
Похоже, время заходить на кухню еще не пришло.
Чэнь Шао мысленно приказал себе быть осторожнее, кивнул и вернулся в свою комнату.
* * *
Обновлено: 19.02.2026