NPC по имени «Сэцуна Далёких Дней» смотрела на нас. В её взгляде смешивались ожидание, желание оттолкнуть нас и ещё какие-то эмоции… Грубо говоря, это был взгляд, совершенно не похожий на тот, что можно было бы ожидать от куска кода, состоящего из нулей и единиц.
Мы с Ойкаццо мгновенно обменялись взглядами, негласно препираясь, кто будет представляться первым.
— Э-э… здрасьте. Я Санрак, участник номер один из труппы «Весёлые друзья Пенсилгон». А это Эмуль.
— Я Эмуль, дочка Вайсаша, да!
— Я Ойкаццо, участник номер два из «Весёлых друзей Пенсилгон». Будем знакомы.
— Два придурка и маскот, значит.
Эй, алё.
Пока мы с Ойкаццо сверлили Пенсилгон глазами, Сэцуна поочерёдно посмотрела на каждого из нас и заговорила:
— Как бы сказать… Артур, ты собрала впечатляющую компанию.
— Ну да. Сейчас они, конечно, мелкая сошка, но к финальной битве я их натаскаю.
— Я не об этом.
Сэцуна перевела взгляд на меня и указала на свою грудь… А, она имеет в виду мои «проклятия»?
— Впервые вижу человека, на котором висят сразу две мощные ауры Кро-тян. Да ещё и в компании ребёнка Золушки… хе-хе, вспомнила кое-кого из прошлого.
— Эм-м…
— О, не обращай внимания. Просто ностальгия… по очень, очень далёким временам…
Судя по реакции Пенсилгон, прямо сейчас у нас на глазах строился какой-то нестандартный сюжетный флаг… Ойкаццо, сидеть.
— Она, наверное, уже давно мертва, но благодаря тебе я вспомнила те светлые дни. Спасибо.
— А? Э-э… не за что?
Вводных данных было слишком мало, чтобы выдать адекватный ответ. Пока я тупил, момент был упущен, и Сэцуна отвела взгляд. Вытягивать информацию силой и ронять репутацию тоже не хотелось. Я подал Пенсилгон знак глазами, чтобы она перехватила инициативу.
— Сэц-тян, не могла бы ты рассказать им о нём?
— …Хорошо.
Вы хотите начать уникальный EX-сценарий «С любовью, от этого берега к тому»?
Началось. Мы с Ойкаццо без колебаний нажали «Да». Сэцуна кивнула и начала рассказ.
— Он… Вэзермон — мой возлюбленный. Из-за одного глупого недоразумения я умерла… И с тех пор он продолжает охранять мою могилу. Да… постоянно.
— Понятно. Потому и «Страж Могилы».
— Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как та «я», что была жива, умерла… но когда я осознала себя, то стала вот такой… Не то чтобы я сожалела о своей смерти.
Сэцуна подняла взгляд. Туда, где среди буйства жизни Цветочного Моря, пестреющего мириадами красок на пути к этому месту, поросшему ликорисами, возвышалось странное, лишённое даже единого листа, высохшее дерево.
— Смерть — это конец. То, что закончилось, становится прошлым и не должно сковывать чьё-то настоящее… чьё-то будущее. Поэтому я не могу вынести того, что он до сих пор привязан к моей могиле… к прошлому…
С этими словами Сэцуна перевела взгляд с высохшего дерева на полную луну, освещающую ночное небо.
— Он использовал программу… то есть магию, которую я создала, чтобы воздвигнуть здесь барьер. Используя магическую силу лунного света, он «вывернул» координаты на обратную сторону измерения, чтобы никто не мог вмешаться.
Среди её слов проскочило кое-что интригующее, но, если я правильно понял: место, где мы сейчас находимся — это аверс монеты, а Страж Могилы Вэзермон находится на реверсе.
— Но когда луна теряет свой свет… только в ночи новолуния в барьере появляется брешь. Разрыв, ведущий к обратным координатам, где находится он.
— То есть нам нужно прыгнуть туда и сразиться с ним… так?
Услышав вопрос Ойкаццо, Сэцуна кивнула, выпрямилась и посмотрела на меня, Ойкаццо и Пенсилгон.
— Пожалуйста, даруйте Вэзермону… ему… покой.
С этими словами Сэцуна поклонилась. Пока я лихорадочно соображал, что ответить, Пенсилгон широко, с зубами, улыбнулась.
— Положись на нас, Сэц-тян! Мы не такие, как те слабаки. Втроём мы вправим мозги этому придурку, который заставляет тебя страдать.
Привычный тон, привычные жесты… но в голосе Пенсилгон звучала такая искренность, что мы с Ойкаццо вытаращили глаза и переглянулись.
Это точно Пенсилгон? Та самая Пенсилгон-воительница, которая в «Unite Rounds» привязывала короля NPC к карете и таскала по земле, чтобы наагрить мобов, а принцессу NPC подвешивала к люстре как приманку для игроков?!
— Пенсилгон, которая была бо́льшим финальным боссом, чем сам финальный босс, мило беседует с NPC?! Неужели она обрела человеческое сердце?!
— Санрак-кун, по-моему, это уже перебор с грубостью, нет?
— Э-это чувство… неужели это… душа?
— Слышь, про-геймер.
После нескольких секунд молчания Пенсилгон с абсолютно привычной улыбкой, но пунцовыми от смущения ушами, сжала в руке божественно сияющий меч… или копьё? — явно полученный за какой-то уникальный квест.
— Так, вы двое! Начинаем предбоевую тренировку перед Вэзермоном. Сейчас я вдолблю в ваши спинные мозги, что такое разница в максимальных уровнях.
Поразительная игра: внешне она спокойна, но внутри бушует буря эмоций. И она это идеально отыгрывает! А Сэцуна, которая смотрит на нас с тёплой улыбкой… она точно NPC? В голове проносился рой мыслей.
Вспомнились битвы с могучими врагами, и не только в Шанфро, но и во всех играх, в которые я когда-либо играл… Ой, кажется, это вся жизнь перед глазами пролетает.
— Эй! Не смей доставать такую опасную пушку против двух нубов! Веди себя по-взрослому!
— Дело дрянь, Санрак, у неё взгляд убийцы! Она реально собралась нас ПК-шить!
— Пя-а-а-а! А меня-то за что-о-о-о?!
Нас помиловали, когда у нас осталось по 10% HP. Эмуль при этом подверглась нещадному тисканью. А Сэцуна наблюдала за этим с неподдельным… искренним удовольствием, прищурив глаза.
— Блин, если бы нам не предстоял бой со Стражем Могилы Вэзермоном, я бы вас раз пять на респауне убила, чтобы пар выпустить.
— Слышал, Ойкаццо? Вот это настоящая Пенсилгон.
— Да уж. Пенсилгон, про которую говорили: «Финальный босс добрее, потому что хотя бы атакует в лоб», вернулась.
— Может, снимем все 100%?
Когда мы втроём (включая Эмуль) подняли руки, сдаваясь, Пенсилгон вздохнула и убрала оружие.
— Да уж, если лев начнёт сажать цветочки на грядке, засмеют… Кхм, мы же товарищи, объединённые одной целью, мы всё решим словами, верно?
— Санрак-кун, а ты не думаешь, что есть такая штука, как юность, которую можно передать только через кулаки?
— А мне нравится твой стиль, Санрак: провоцировать на все сто.
— Пожалуйста, прекратите, мне же тоже достанется…
В играх ты чувствуешь разницу в уровнях только через цифры урона. Всю обратную дорогу мы обменивались подколками и шуточными тычками. Но вдруг Пенсилгон, до этого плотно сжимавшая губы, тихо пробормотала:
— Э-э… ну, знаете. Иногда хочется и перед NPC покрасоваться… как бы это сказать. И имя Сэцуна, и её предыстория… как-то всё это слишком близко ощущается… Ну да, всё так! Я тоже могу всерьёз привязываться к игре!
Пенсилгон покраснела, признаваясь в этом… И она говорит это нам? Судя по всему, Ойкаццо подумал о том же. Мы криво усмехнулись и вежливо фыркнули ей в лицо.
— Привязываться к игре всерьёз? Да это же замечательно! Если уж берёшься за что-то, то делать это всерьёз гораздо веселее.
— Вот-вот… Игра приносит радость именно потому, что ты играешь всерьёз. И вообще-то, для меня это работа, если что.
— А, то есть ты про-геймер, относишься к игре всерьёз, но при этом сам ни одного уникального квеста не нашёл…? Эй! Прекрати! Не целься пальцами в глаза! Глаза не трожь!
Ну как так-то? Я же такую хорошую атмосферу создал, а этот про-геймер не может стерпеть простую шутку. Веди себя по-взрослому! Ты, кажется, не в ту игру всерьёз играешь, про-геймер хренов… Ай, чёрт, он меня продавливает!
Из-за распределения характеристик, хоть я и выше уровнем, по параметру STR я ему уступал. Пока я изо всех сил сдерживал его указательный палец, который без малейших колебаний тянулся к моим глазам, раздался тихий смешок.
— Хе, хе-хе… Ах да, точно… Вы же те ещё придурки, хе-хе-хе… А-ха-ха-ха!
Пенсилгон, с её лица не сходила яркая улыбка, хлопнула себя по щекам обеими руками. Вернув своё обычное выражение лица — наглую ухмылку человека, живущего одним моментом и готового запустить самый грандиозный фейерверк, — она заявила:
— Наш противник — уникальный монстр, который навязывает разницу в 150 уровней! По сравнению с ним любой сюжетный босс — просто щенок! Но мы справимся. Выложимся на полную и победим!
В ответ на эти слова мы с Ойкаццо… и Эмуль, видимо, поддавшись настроению, молча показали ей большие пальцы.
— Буду гонять вас как ломовых лошадей! Даже если сдохнете — отдохнуть не дам, так что готовьтесь!
До финальной битвы оставалось меньше двух недель. Нам предстояло много работы.
— Но пока вы оба не возьмёте 50-й уровень, будем рыбачить.
— Ну кто бы сомневался…
— Ху-а-а-а…!
С громким зевком я поднялся с кровати. Вчера был насыщенный денёк. Потирая глаза, я вышел из комнаты.
После того разговора Пенсилгон поймала какой-то маниакальный кураж, и мы рыбачили всю ночь напролёт.
Поскольку мой уровень стал выше, чем у озёрного змея (Live-Tide Lake Serpent), из-за дурацкого проклятия угри стали убегать от меня при появлении. Прокачка застопорилась, и эти двое начали мне нудно выговаривать.
Меня сослали рыбачить подальше. Разозлившись, я начал тягать рыбу без остановки и случайно вытащил редкого монстра 80-го уровня — «Live-Tide Destrobster».
Он был настолько силён, что даже Эмуль ничего не могла с ним сделать. Я спихнул его на Пенсилгон и стоял смеялся, пока Ойкаццо умудрился выловить второго такого же лобстера. Начался сущий ад.
Честно говоря, чудо, что мы вообще выжили. Но благодаря убийству двух лобстеров я апнул 51-й уровень, а Каццо — 46-й. Выполнив норму прокачки с невероятной скоростью, я покинул группу, сославшись на то, что мне нужно заглянуть к Садовникам (Тренерам Навыков)… На этом мои вчерашние игровые приключения закончились.
Глядя через окно на восходящее утреннее солнце, я обдумывал планы на день.
— Первым делом навыки. Если есть что-то новое, это отлично… Ещё нужно добыть кое-какие материалы. Для начала проверю, есть ли Садовники в Рабице. В зависимости от их ассортимента, возможно, придётся сгонять в другие города…
Бормоча это себе под нос, я наливал молоко в стакан и вдруг заметил на столе журнал.
Судя по всему, это журнал мод, который забыла моя младшая сестра Руми. На обложке сияла ослепительной улыбкой девушка-модель.
Если бы я не знал её истинной натуры на своей шкуре, я бы просто подумал: «Какая красивая девушка». Пока я внимательно разглядывал человека, с которым ещё недавно рубился в игру, сбоку вытянулась рука и стянула журнал.
— А.
— Что-что? Братик тоже стал фанатом Товы-самы?
— Товы-самы…?
Для меня это бормотание означало: «С какой стати моя сестра называет эту психопатку с приставкой "-сама"?». Но Руми, похоже, поняла это иначе. Подняв журнал, она начала распинаться о том, насколько «Това-сама» невероятна.
— Аманэ Това! Главная модель Японии, известная на весь мир! Нет ни одного подростка, мечтающего о карьере модели, который бы не восхищался Товой-самой! А если кто-то говорит иначе, он просто позер!
— Главная модель…
— Тове-саме даже не нужно напрягаться! Достаточно просто снять её обычные движения, и готов целый журнал мод! Она человек, рождённый исключительно для того, чтобы быть моделью! Это невероятно! Недавно одна фанатка тайком сфотографировала Тову-саму на улице и выложила в соцсети. Това-сама её не видела и не знала, когда её снимают, но на фото она выглядела так безупречно, будто заранее позировала для лучшего кадра…
— А, вот оно что.
— ?
— Нет, ничего, это я о своём. У этой… Товы-самы тоже есть личная жизнь, так что вы бы завязывали с тайными скриншотами на улице.
Залпом выпив молоко и бросив это сестре, я вернулся в свою комнату. Понятно, понятно. Вот, значит, как.
— Това (Вечность), живущая моментом (Сэцуна/Мгновение), и Сэцуна (Мгновение), проведшая вечность…
Если бы я был Пенсилгон, то даже понимая, что это лишь вымышленная игра, даже считая это простым совпадением, я бы тоже захотел вложиться в это по полной. Тем более, когда перед тобой NPC из божественной игры, реагирующий совсем как живой человек.
Пожалуй, мне тоже стоит собраться.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 09.04.2026