Сердце бьется в клетке. Хироюки Ёсикава знает стены больниц лучше собственного дома. Его мир — это тишина палаты, гул аппаратуры и вечный холод страха перед очередным приступом. Когда врачи наконец говорят об улучшении, это не радость, а новый приговор: школа. Оставить свою стерильную скорлупу и выйти туда, где шум, чужие взгляды и ожидание нормальности кажутся куда страшнее болезни. Как жить, когда каждое биение сердца напоминает о хрупкости существования, а единственный щит — маленькая кнопка вызова в кармане? Его новая жизнь — это шаг из одной тюрьмы в другую, где стены рухнули, открыв бездну непонимания и паники.

Сердце бьется в клетке. Хироюки Ёсикава знает стены больниц лучше собственного дома. Его мир — это тишина палаты, гул аппаратуры и вечный холод страха перед очередным приступом. Когда врачи наконец говорят об улучшении, это не радость, а новый приговор: школа. Оставить свою стерильную скорлупу и выйти туда, где шум, чужие взгляды и ожидание нормальности кажутся куда страшнее болезни. Как жить, когда каждое биение сердца напоминает о хрупкости существования, а единственный щит — маленькая кнопка вызова в кармане? Его новая жизнь — это шаг из одной тюрьмы в другую, где стены рухнули, открыв бездну непонимания и паники.