Глава 2. Сам лезет в петлю
На следующий день, предместья города Даньян.
Стоял август. Ласковое осеннее солнце заливало казенный тракт. У речного порта столпились тысячи судов, на пристани сновали люди всех мастей, и то тут, то там слышался шепот досужих зевак:
— Слыхали? Говорят, вчера ночью молнии сверкали так, что дракон рухнул прямо на гору Цзыхуэй. Ямынь уже отправил людей на поиски...
— Драконы похотливы по своей природе. Если это правда, самкам зверей и птиц на горе Цзыхуэй несдобровать...
...
Се Цзиньхуань стоял на пристани в полном одиночестве, с Угольком на плече, и с сомнением взирал на этот мир.
Вчера ночью, опасаясь погони демоницы, он бежал из глухих гор и, расспросив людей, выяснил, что сейчас действительно восьмой год эры Цзиннин. Из его памяти выпало почти три года жизни!
Потеря памяти — не беда, можно и к лекарю сходить голову проверить, да и без ума прожить не сложно.
Но его отец, худо-бедно чиновник, исчез. Слуги и служанки пропали. Даже его белая лошадка, которая уже научилась сама двигаться как надо, испарилась без следа.
Рядом осталась только эта прожорливая и ленивая птица, да кошелек, который был чище, чем его собственное лицо.
Только что, переправляясь на пароме, он пытался расплатиться «лицом», но старый лодочник не оценил его красоту и предпочел оплату трудом. Пришлось Се Цзиньхуаню всю дорогу помогать старику грести.
В прошлые годы он все-таки был молодым господином. Не сказать, что купался в роскоши, но одевали его другие, и еду в рот клали тоже они. Единственное, о чем ему приходилось беспокоиться в этой жизни — это то, что поместье маловато, и где разместить будущих трех жен, четырех наложниц, пятерых фавориток, шестерых побочных жен, семерых служанок, восьмерых наложниц низшего ранга, да еще десяток любовниц на стороне.
А теперь не то что о гареме мечтать не приходится, ему самому нужно прислуживать своему пернатому «питомцу».
Уголек мышей ловить не умел. Если Се Цзиньхуань посмеет его не покормить, эта птица без колебаний лишит его последних близких — или просто уморит голодом. Жестокая тварь!
Что же делать дальше...
Се Цзиньхуань стоял на пронизывающем осеннем ветру, размышляя о своей судьбе, когда кто-то хлопнул его по плечу:
— Братишка, ты идешь или нет?
Обернувшись, он увидел толпу деревенских жителей, ждущих высадки. Сходни уже трещали под их напором.
— Прошу прощения, задумался.
Се Цзиньхуань уступил дорогу и обратился к лодочнику, который подвез его бесплатно:
— Дядюшка, может, договоримся? Я сам погребу до столицы, а на месте заплачу вдвойне. Мой отец Се Вэнь, бывший судебный чиновник уезда Ваньань...
Старый лодочник привязал якорную цепь к свае, покачал головой и вздохнул:
— Эх, парень, не то чтобы я не хотел помочь. Вчера в городе вроде что-то случилось, все переправы через реку закрыты, патрулируют военные суда. В столичную префектуру тебе сейчас не попасть.
Се Цзиньхуань посмотрел на реку. Действительно, судов не было видно.
— А что стряслось? — спросил он с недоумением.
— Не знаю точно. Говорят, объявились опасные разбойники. Боятся, что они проберутся в столичный округ и потревожат знатных особ. У тебя в Даньяне нет родни или друзей? Перекантовался бы пару дней, а как откроют навигацию, я тебя отвезу.
Родные и друзья...
Се Цзиньхуань напряг память. Вспомнил, что один из подчиненных его отца, пристав Ян Дабяо, был переведен в уезд Даньян. Три года назад он даже провожал отца.
Человек служилый, давний знакомый. Вполне возможно, он знает, где был отец эти три года.
— Дядюшка, а пристав Ян Дабяо все еще служит в Даньяне?
Лодочник, занимаясь перевозом, часто сталкивался с людьми из ямыня и хорошо знал местные порядки:
— Служит. Пару дней назад господин Ян приходил с отрядом на пристань ловить разбойников. Он теперь дослужился до помощника уездного начальника...
Помощник уездного начальника — должность хоть и не высокая, но для простого народа уже большой начальник.
Найдя зацепку, Се Цзиньхуань не стал мешкать. Расспрашивая дорогу, он направился в сторону города Даньян...
Город Даньян, квартал Дунцан.
Квартал Дунцан был местом складов. Внешние улицы занимали охранные бюро и конторы извозчиков, а внутри квартала тянулись бесконечные ряды хранилищ.
Полдень. На верхнем этаже одной из таверн.
Уездный начальник Даньяна Ян Тин, попыхивая бамбуковой трубкой, оглядывал нагромождение зданий за окном:
— Ты уверен, что демонические разбойники прячутся там?
Его сын Ян Дабяо стоял рядом. Ростом не ниже метра девяносто, плечистый, с грудью широкой, как двустворчатый холодильник, он, однако, имел весьма заискивающий вид, поднося отцу огонь:
— Точно там. Хозяин лавки с вонтонами сказал, что недавно появился незнакомец, который каждый день покупает вонтоны на троих. А сторож со склада семьи Ли слышал ночью лай собак, но, выйдя, никого не нашел...
Рядом с ними стояла девушка в черных доспехах с узором цилиня и мечом на поясе. Несмотря на юный возраст, она обладала холодной и величественной аурой. Ее звали Линху Цинмо.
Она была ученицей нынешнего главы горы Цзыхуэй, а сейчас проходила службу в личной охране княжеского дворца и была на дружеской ноге с принцессой Чаннин. Статус ее был весьма высок. Услышав разговор, она вмешалась:
— Квартал Дунцан тянется на два ли в длину и полтора в ширину, местность сложная. Стоит стражникам показаться, как разбойники тут же скроются. Как вы собираетесь их искать?
Ян Дабяо закрыл огниво и повернулся к ней:
— Соберем человек сто, перекроем все входы и выходы, а потом возьмем их как черепаху в кувшине...
Линху Цинмо слегка нахмурила брови:
— Прошлой ночью на горе Цзыхуэй возникла «кровавая аура, пронзающая небеса», похоже, пробудился великий демон. Сейчас из трехсот солдат двести восемьдесят уже в полях, все приставы тоже на патрулировании. Ты даже не знаешь, кто эти разбойники, откуда ты возьмешь сотню людей?
Ян Тин, затягиваясь трубкой, кивнул:
— Если поднимем шум и соберем сотню человек, а в итоге поймаем трех мелких карманников, уездный начальник Чжан с меня шкуру спустит.
Ян Дабяо понимал, что людей найти трудно, иначе бы он не позвал родного отца и эту «богиню» из дворца. Он угодливо улыбнулся:
— Госпожа Линху, вы ведь из даосской школы, должны уметь чувствовать демоническую ци. Может, попробуете сотворить заклинание?
Гора Цзыхуэй принадлежала к школе алхимии, где практиковали и даосизм, и боевые искусства. Они действительно могли изгонять нечисть и убивать демонов. Но раз это даосская школа, все зависело от уровня духовной силы.
Линху Цинмо пока лишь проходила службу и еще не достигла мастерства. Если бы она могла среди тысяч зданий уловить слабую нить демонической ци, зачем ей эта служба? Она могла бы сразу идти в столичную Астрономическую палату на должность «бессмертного чиновника».
— У меня еще есть дела, я пойду. Господин Ян, если точно обнаружите следы, дайте знать.
— Эй!
Ян Дабяо, имея лишь несколько подручных, не мог уследить за всем кварталом. Видя, что «богиня» уходит, он поспешно преградил ей путь, заискивающе улыбаясь:
— Госпожа Линху, мы ведь, считай, соседи. Может, позовете старину Лю и его ребят? Десяток человек хоть периметр прикроют.
— Лю Цинчжи сейчас в почетном карауле принцессы. Если я их позову, ты встанешь на их место?
— Э-э...
Пока они препирались, Ян Тин, все это время куривший трубку, вдруг прищурился, глядя на улицу:
— Не этот ли?
Линху Цинмо вернулась к окну. На улице Дунцан появилась фигура.
Человек был одет в белый парчовый халат, на поясе висели два клинка, а на плече сидел жирный черный ястреб.
Хотя одет он был как богатый наследник, поступь его была твердой, а корпус — неподвижным, как скала. Боевые навыки явно не низкие. К тому же он был один, постоянно оглядывался по сторонам и вел себя подозрительно.
Ян Дабяо пригляделся. Человек показался ему смутно знакомым. Подумав, он достал из рукава портрет.
На рисунке был изображен худощавый мужчина с козлиной бородкой, одетый как бродячий даос, лет сорока-пятидесяти.
— Нет, тот, что за вонтонами ходил, был средних лет. Но этот тоже знакомый какой-то, может, другой преступник в розыске.
Линху Цинмо достала с пояса подзорную трубу и присмотрелась.
Молодой человек на улице действительно вел себя странно. Пройдя немного, он резко завертел головой, будто услышал оклик, а затем юркнул в переулок и исчез.
— Наверняка сообщник!
Ян Дабяо оживился и высунулся из окна, крича вниз:
— Хватит отдыхать, мать вашу! Работа есть!
Под стеной таверны четверо отдыхавших стражников поспешно вскочили, поправили шапки и схватились за сабли.
Линху Цинмо тоже бесшумно выпрыгнула из окна и направилась в сторону квартала Дунцан...
Даньян уступал столице в размерах, но благодаря близости к центру и удобному расположению процветал. Население превышало семьсот тысяч человек.
Се Цзиньхуань шел по людным улицам. Повсюду пахло едой из лавок. Несколько раз он замечал, что Уголек исчез, и, обернувшись, находил птицу у чьей-нибудь двери с открытым клювом в ожидании подачки.
Уголька прокормить было невозможно, поэтому Се Цзиньхуань не стал задерживаться. В уездном управлении ему сказали, что Ян Дабяо патрулирует район Дунцан, и он отправился туда.
Улица Дунцан была полна контор и складов, шум стоял невообразимый:
— Пирожки...
— Уголь, кому уголь...
— Молодой господин, куда путь держите? Лошадку не желаете? Кобылка из Фэнчжоу, только привезли, и ездить можно, и жеребят рожать...
Но стражников видно не было.
Се Цзиньхуань, придерживая Уголька, который снова норовил уставиться на какое-нибудь представление, рыскал глазами по улице. Знакомого лица он так и не нашел, как вдруг услышал:
— Постой.
Голос был женским, чарующим и властным — голос явно принадлежал зрелой красавице с пышными формами.
Се Цзиньхуань замер, быстро огляделся, но вокруг были лишь грузчики и торговцы, никто не подходил под этот голос.
— Уголек, ты слышал, как женщина сказала «постой»?
— Гу-гу?
Сидевший на плече Уголек растерянно повертел головой.
Похоже, не слышал...
Неужели галлюцинации?
Се Цзиньхуань в недоумении огляделся и наконец остановил взгляд на темном каменном переулке.
Переулок тянулся между рядами складов, уходя вглубь так, что конца не было видно. Стены высотой в два чжана создавали мрачный коридор. Вдали мелькнула фигура, выливавшая что-то в сточную канаву.
Несмотря на расстояние, острое зрение Се Цзиньхуаня позволило разглядеть человека в желтой холщовой одежде и войлочной шапке. Волос под шапкой не было видно, похож на лысого грузчика.
Но даже в расслабленном состоянии этот человек стоял, выставив ноги одну вперед, другую назад — стойка, готовая к мгновенному движению или уклонению. Явно бывалый боец...
Мастер, переодетый грузчиком, скрывающийся в безлюдном складском районе...
Уж не разбойник ли?
Се Цзиньхуань искал знакомого в ямыне, и, заметив неладное, решил, что стоит проверить, чтобы потом сообщить властям. Стражников поблизости не оказалось, поэтому он свернул в переулок и пошел в ту сторону, где скрылся человек в желтом.
Переулок был длинным, он прошел около полверсты, прежде чем добрался до места, где вылили помои — остатки лапши и бульона.
Уши Се Цзиньхуаня дрогнули. Он бесшумно скользнул в боковой проход, подошел к стене склада и прислушался. Изнутри доносились голоса:
— Драконью траву собрали, дел особо нет. Может, вечером выберемся отметить?
— Труп у реки пару дней назад привлек внимание ямыня, весь город прочесывают. Сверху приказали сидеть тихо...
— Да мы же не буянить. Слышал, в веселый квартал привезли чужеземок, рыжие, зеленоглазые, сиськи больше головы...
— Закончим дела, тогда и поговорим...
...
«Сиськи больше головы»...
Се Цзиньхуань запомнил ключевую информацию. Убедившись, что это логово разбойников, он собрался тихо уйти и донести страже.
Он был уверен, что не издал ни звука и не выдал своего присутствия, но Уголек на его плече вдруг чего-то испугался.
— Гу?! — взвизгнула птица, вздыбила перья, завертела головой и в панике взлетела вверх.
В складе тут же отреагировали:
— Что там?
— Снаружи кто-то есть...
...
Се Цзиньхуань понял, что дело плохо, и собрался бежать.
Но в этот момент!
Бум!
Кр-ра-х!
Каменная стена в трех чжанах впереди разлетелась вдребезги, и в переулок вылетела фигура.
Ворота склада позади с треском распахнулись, выпуская человека в синем.
А с крыши спрыгнул еще один, приземлившись на карниз...
Обновлено: 19.02.2026