Глава 14 — Глава 13. План, написанный чужой кровью.

После того, как он покинул сердце кладбища, отыскал Крила, сидящего на коленях на поросшем мхом островке. Могильного камня или столба нигде видно не было. Юноша опять просто сидел и смотрел перед собой пустым взглядом, выражающем всю трагедию падения Помпеи. – Твоя трагедия – одна из многих,– если бы окустика места позволяла, голос Эная, окутал бы дух Крила целиком.– Ты предпочитаешь вечную скорбь мести и справедливости? Это не лучшее, но это то, что спасёт других от твоей участи и... спасёт тебя. Юноша обернулся. Щурясь, он, кажется, вспоминал знакомый образ и силуэт, являющийся перед ним. Энай сошёл с лодьи, с трудом и напускным спокойствием ступив на мягкий жидковатый мох. – Знаешь, кто натравил гьидиров на твой дом? * * * Стратег всё думал над складывающейся картиной после того как сжёг всю верхнюю одежду, в которой был на кладбище, и выспался в снятой у селянина комнате в избе: где и как можно, с точки зрения самих средневековых диверсантов, прятаться близ города для выполнения поставленных им задач? Ему пришлось немало потрудиться, расставляя домино перед наступлением длинных сумерек, длившихся несколько земных суток, да и в тёмное время устраивать покушения руками местных бандидов, замковых слуг и самих диверсантов, которые так удобно и легко становились козлами отпущения. Касательно вторых, помогла давняя практика гипноза, даже тратить системный опыт не пришлось. В течение нескольких дней подряд он фальсифицировал слухи и домыслы о хозяине замка, а ночью шептал в уши всякое, производил писклявые звуки специально приспособленным рыбьим усом, открыто купленным в лавке средней городской полосы. Среди работников даже появились слухи о приведения. Наследник не преминул этим воспользоваться. Теперь ползамка имело основание полагать, что Вельмард – извращенец и садист. Энай не питал уверенности в этой затее, потому, когда была совершено настоящее покушение, пустил дезинформацию, что Вельмард устроил ночную охоту на крестьян, выпущенных из клеток в собственном же замке. Несколько случайных убийств, пара криков из толпы и уже заложенная в их головы установка на панику, и вот уже стадо идёт против пастуха. Быть может, будь у них ума побольше, это просто бы не сработало, ведь и звучит план совершенно неубедительно, но значение их интеллекта действительно было чудовищно маленьким. Само социальное мироустройство с детства подавляло всякий мыслительный рост простых людей. Править дураками просто. Их разумности хватало только на повседневные действия, к которым они приучились через кнут и пряник, прямо как животные. Действительно немногие, такие как, например, глава «теневой гильдии» города имели её схожей с обычной для мира Эная. Юноша даже начал задумываться над реальностью мира: все эти люди в его глазах медленно превращались в неписей. Он поселился в замке как гость, выехавший лишь на голом блефе и исключительных знаниях, полученных из системы. Такой риск был бы абсолютно неоправдан, если бы до встречи с главой города, который знал о нём уже давно, Энай не слил бы «с барской руки» гарнизону планы диверсантов. За исключением первых этапов, для такого кукловода они были очевидны и н требовали даже задуматься над использованием системы: почему гьидиры напали? Конфликт между рыцарем Вельмардом и поручителем был очевиден и без сплетнических приукрас. Не ходя вокруг причин да около, Вельмард раскошелился с их последней встречи, рекрутского сбора, на ингредиенты для улучшения своей личной боевой базы и своих доверенных лиц. Как уже давно знал Энай, война истощила множество ресурсов. В прямом столкновения всегда расходуется продовольственные запасы ближайших городов и поселений, чем дольше идёт война, тем дальше тянутся цепочки поставок. Таким образом, главными источниками продовольствия, не смотря на окончание войны, были отдаленные от границ земли, такие как эта, и они же являются целью недругов Виконта. Может, по разным причинам, действовать открыто и более надёжно действовать они не могут, но вот устроить внутренний конфликт в стане врага – вполне. Чтобы стравить Вельмарда с поручителем, они приманили чувствительных к энергии жизни, как её ещё называют, ресурсами улучшения базы гораздо менее ценными к регулярному речному каравану, тайно перевозящему заказ лорда (впрочем, как оказалось, не так уж и тайно), а затем изъяли ресурс. Его же они должны были предложить поручителю каким-то образом. К тому моменту удалось собрать достаточную для разорения ощутимой части деревень группы гьидиров, направляя их при помощи ресурса. Далее диверсантам нужно было незаметно проникнуть в город. Как? Да вместе с паникующей толпой, бежавшей с незащищённых окраин вглубь города. К этому моменту они уже разделились бы на две группы, одна из которых несла бы ингредиент Вельмарда, позволивший ему получить над поручителем преимущество в ином случае, но у теневого главы на этот счёт были иные планы. Он перехватил меньшую группу с ингрединтом и собирался за ночь воспользоваться им для собственного повышения. Когда Энай пришёл к нему циклом ранее, это было очень кстати и потому подозрительно. Глава собирался сместить городского лорда воспользовавшись сторонней помощью, это стало ясно из простого вопроса: а что делал капитан разведки, когда непонятное начало происходить на земле его начальника? Конфликт городского лорда и поручителя более чем устраивал парня. Кроме того, Энай был готов даже поспособствовать ему! Хотя теневой глава лично ничего не говорил, из его действий после намёков Эная подтвердилось, что у диверсантов вообще не было поддержки. Стоит только разобраться со всей группой и всякая угроза тут же будет устранена. Потому и Энай не беспокоился о срыве своих планов, только подумывал за обедом, что перемудрил с заговорами. Словом, кто бы какие планы не строил, Энай словно был мапхакером в этой игре, при этом ещё и являясь прогеймером. Пусть и было множество «игроков», как, фактически, они могли бы ему помешать? Даже не зная всего, он имел возможность корректировать план. Так, например, с помощью «обработанных» слуг Энай добавил купленный у алхимика иприт растворённый в воде в суп. Как только его подали, он разыграл спектакль, предупредив лорда, якобы заметив в блюде что-то подозрительное. «Жалко повара.» Энай и Вельмард стояли рядом, смотря на корчащегося на полу от ужасных мук мужчины в белом фартуке. Лицо лорда было мрачным, лицо гостя – задумчивым. Лорд бы не подозревал его, так как тот не только возможно спас ему жизнь сейчас, но и несколькими рабочими циклами ранее разоблачил ему местонахождение в городе диверсантов. Право, кому пришло в голову использовать для этого трущобы? Никто и не просил вести тайную игру теневого главы, и его люди попали под горячую руку. В предстоящем конфликте Энаю нужен был системный опыт, а не третья сторона. Если бы нянечка дочери Вельмарда была поглупее, Энай бы с радостью подставил её, но та не поддавалась и даже была Новичком. Но нужно было ждать и не попадаться на глаза алхимику, проницательно решившиму в это непростое время быть рядом со своим работодателем. Это его и погубит. Кто знает, что там в его лаборатории может приключиться с его учениками? Что там с учениками, что будет вскоре с ним самим? – У меня есть в опознании ядов некоторый опыт, позволите? – Да, но оставьте часть супа моему знакомому магу, он появится здесь с минуты на минуту. – О, да? Чудесно. Заодно спросим его, как и чем ему удалось уговорить повора подмешать вам иприт,– послышался его голос из опустевшей кухни. Название химиката звучало странно, будто то, как оно произносится в корне отличалось от того, как представлялось в голове уже на местном языке! – Он?!– воскликнул немолодой лорд и вынужденно пошёл за своим гостем. Тот тем временем ушёл куда то совсем далеко, всё время что-то вынюхивая и оставляя фальшивые улики там, где не смогли бы обнаружить работники. «Прямо как в те любительские ВР-игры играть: вроде как и стремиться выйграть нужно, а вроде как и проиграть гораздо сложнее и интереснее.» Мимолётную идею усложнить себе жизнь плохой полицейский из головы быстро вышвырнул, как алкаша из СИЗО в день полиции или нежеланного знакомого своей подруги в одиннадцать ночи. Когда Вельмард к нему подошёл, детектив не повременил начать рассказ: – В моём путешествии мне часто доводилось встречаться лицом к лицу с разными опасностями. Яд, пожалуй, самая дискомфортная из них. Нельзя спокойно поесть и попить, сходить в туаалет, поспать, надеть что-то, коснуться чего-то, быть с женщиной... Паранойя – она такая, а всё потому, что ядом может быть что угодно, и только истинный боец... – Ближе к делу...– Вельмард прервал его, позабыв про этикет, его одолевало дурное предчувствие. – Ах, да, не время, я тоже чувствую зловоние рока. Он указал на каждый «найденный» след, описал картину того, как яд попал к нему в тарелку и сделал заключение: – Таким образом, оставить по свойственной для знакомого с местностью легкомысленностью все эти улики и при этом иметь яд и знать, когда его подмешать, основываясь на привычках, характере и распорядке работников и охраны мог только он. Но вы не обязаны верить мне на слово. Поскольку стража, скорее всего, никого «подозрительного» не обнаружила, то единственный способ разоблачить убийцу мы можем только в следующий... – Стража!!– Вельмард ломанулся широким шагом из служебных комнат.– Тьфу! Начальника гарнизона ко мне! И Капитана караула! Етьмехина рота! Слыша это, всё ещё стоящий на кухне Энай улыбнулся. Всё шло как по маслу.