*Перевод: **Astarmina***
— Господин Лин?..
Едва Рена прошептала имя, как луна выскользнула из-за облаков. Бледный лунный свет озарил изящное лицо молодого человека. Это действительно был Лин. Настороженный взгляд Рены смягчился, и Лин отпустил её запястье. Освободившись, Рена с наигранной серьёзностью пробормотала:
— Забыла взять.
— Что?
— Страховку. Мне же велели кинжалом ударить, если кто-то подкрадётся.
Рена произнесла это сквозь стиснутые зубы, всё ещё ошеломлённая бесшумным приближением. Лин, разминая запястье, пробормотал:
— Мне кажется, без неё можно обойтись.
— Что вы сейчас сказали?
— Ничего...
Когда Рена потребовала объяснений, Лин уклончиво промолчал. Его увёртки вызвали у нее невольную улыбку. Затем она заговорила более ясным голосом:
— Встретились быстрее, чем я ожидала.
— И правда.
Они оба знали, что увидятся во дворце, но не думали, что столкнутся так скоро. Рена и Лин были искренне рады друг другу. Рена внимательно рассмотрела Лина в тусклом свете.
— Вы так изменились.
Она окинула взглядом его причёску и одежду. Его внешность разительно отличалась от той, что была несколько дней назад. Растрёпанные волосы были аккуратно зачёсаны, вместо потрёпанного плаща он носил вышитый сюртук, а под ним виднелась дорогая блуза из атласа. Бродяга-странник превратился в аристократа. Не услышь она прежде его голос, могла бы принять его за совершенно другого человека. Заметив её удивление, Лин смущённо ответил:
— Мы всё-таки в императорском дворце.
— Но не все здесь так одеваются.
Когда Рена подметила это, Лин неловко сменил тему:
— Гуляешь?
— Да. А вы?
— Я тоже...
Лин ответил медленно, с заминкой. Он подошёл к ней от радости встречи, но теперь, стоя лицом к лицу, не знал, что сказать. Было много мыслей, но ни одна не казалась подходящей для разговора. Пока он раздумывал, его внимание привлекла её одежда.
«Снова в ночной рубашке».
Глядя на даму, снова одетую в ночное, он осторожно спросил:
— Тебе не холодно?
Удивлённая неожиданным вопросом, Рена моргнула, а затем легко провела рукой по плечу.
— Немного.
На самом деле ей было жарко от лекарства, но она решила подыграть. Тогда он поспешно снял свою верхнюю одежду. Вскоре сюртук Лина лёг на плечи Рены, что стало неплохим предлогом продолжить прогулку вместе.
«Какой добрый».
Рена тайком улыбнулась, запахивая полы его одежды. Она почувствовала, как тепло его тела окутывает её. А следом разлился незнакомый аромат.
Ощущая тепло, Рена украдкой взглянула на профиль Лина. Он был очень участлив. Не использовал заботу как предлог для ухаживаний, а проявлял чистую доброту. Рена, отравленная сложными злыми умыслами, была искренне рада его доброте. Хоть она и не нуждалась в утешении, но тепло всё равно было приятно. И тут, когда Рена шагала с тёплым чувством на сердце:
— Встретилась с отцом?
«А ведь я только начала отвлекаться».
Когда снова зашла речь об отце, Рена горько усмехнулась.
— Это вопрос? Или вы уже знаете?
— Слышал, что вы встречались.
— И сколько вы знаете?
— До того места, где он не пустил тебя на порог.
— Значит, почти всё.
Кроме яда.
— Говорят, при дворе у слухов крылья вырастают, и правда, похоже.
В ответ на самоиронию Рены, Лин подумал про себя: «Интересно, зачем она открыто искала встречи с маркизом, наверное, не из-за незнания дворцовых нравов. Тогда в чём причина?»
— Ты действительно Рена Рубель?
— Что?
— Ты действительно дочь маркиза, умершая от болезни?
— От болезни я не умирала, но маркиз Рубель действительно мой отец.
Её шутливый ответ лишь усилил сомнения Лина. Если это правда, ситуация странная. Маркиз Рубель выдал свою здоровую дочь за мёртвую, а она спустя годы явилась к отцу. Пришла во дворец, на виду у всего света, накануне Дня основания. Демонстративно, нарочито.
«Слишком опасно».
Рубелю, должно быть, очень неприятно внезапное появление Рены. Но и ей тоже непросто. Маркиз Рубель — важное лицо на севере. Разве можно просто так запятнать репутацию такой фигуры? Не говоря уже о том, что бросаться камнями в такого человека — всё равно что вызвать оползень.
— Зачем ты хочешь встретиться с Рубелем?
— Вы так интересуетесь моими делами, господин Лин. При этом о себе не рассказываете ничего.
Когда Лин обеспокоенно спросил, улыбка Рены стала усталой. Ей нравилась его доброта. Но и то, что он лез не в своё дело, было фактом. К тому же эта тема была ей неприятна. Поэтому, чтобы заставить его замолчать, она слегка поддела его, но получила неожиданный ответ.
— Я принадлежу к восточной фракции.
Лин спокойно признался. Рена сначала не поняла, что он имел в виду, но после его объяснения потеряла дар речи.
— Я не сказал раньше из-за того, что ты назвалась дочерью Рубеля.
От неожиданных слов глаза Рены, сузившиеся от смеха, округлились. Но Лин, не заметив этого, продолжил:
— Я думал, тебе будет неприятно узнать, что я с востока. Это не имело бы смысла, но тогда я ещё не знал, какой ты человек.
Вражда между востоком и севером была известна всем в империи. Поэтому Лин не мог раскрыть свою личность Рене, которая называла себя дочерью маркиза Рубеля. Он боялся, что ей будет ещё тяжелее узнать, что она встретила врага своего отца в столь непростой ситуации. И Рена была немало удивлена объяснением Лина. Она считала его скрытность простой невежливостью. Но оказалось, что даже это было заботой.
— Господин Лин, вы действительно...
Рена пробормотала ошеломлённо, а затем рассмеялась, будто не веря. И всё же ей пришлось ответить:
— Я хочу существовать.
— М-м?
— Это ответ на ваш вопрос, зачем я ищу встречи с отцом, — в итоге Рена с чувством капитуляции ответила на его предыдущий вопрос: — Вы же сами только что сказали: дочь маркиза, умершая от болезни. Вот кто я сейчас. Стёртая из мира, та, кому странно быть живой, для кого смерть естественнее.
Говоря это, Рена смотрела на свою руку. Пять пальцев двигались по её воле. Пусть это простое движение, но через него Рена снова убеждалась, что жива. Одновременно она насмехалась над тем, что вынуждена так подтверждать своё существование.
— Поэтому я пришла заставить отца взять на себя ответственность.
— Ответственность?
— Раз он меня стёрли, ему и возвращать меня обратно, — Рена спокойно улыбнулась, а затем легко добавила: — Но не то что ответственности потребовать — я даже встретиться с ним не смогла.
Она говорила безразлично, но Лину её слова показались печальными. Поэтому он осторожно спросил:
— Может, вернуть тебе?
— Что?
— Алтарь, который ты нашла. Может, с ним Рубель согласится встретиться.
— Вы хотите вернуть то, что я уступила?
Когда Рена с улыбкой переспросила, Лин охотно кивнул. Рена, поняв, что он говорит искренне, улыбнулась ещё шире.
— Спасибо за предложение, но не стоит. Я бы хотела, чтобы отец был рад мне, а не чему-то другому.
Услышав решительный ответ, Лин украдкой взглянул на её профиль, освещённый лунным светом. Удивительно. Обычно добрые люди мягки, а сильные — холодны. Но эта дама была и нежной, и твёрдой. Конечно, всего две встречи не позволяли узнать человека полностью, но и этих двух встреч хватило, чтобы она произвела на него сильное впечатление. Поражённый её необычностью, он невольно пробормотал:
— Ты сильная.
— А вы красивый, господин Лин.
От этого неожиданного контрвыпада он застонал. Видя, как Лин морщится, Рена, наоборот, улыбнулась ещё шире, смущая его. В итоге он просто кашлянул и сменил тему:
— Если маркиз откажет, приезжай на восток.
— А если приеду?
— Мы примем тебя достойно.
— Как интересно.
— Что?
— Вы, господин Лин. Я думала, вы мелкий служащий, раз один искали алтарь, но сегодня вижу, что вы важнее, чем я думала, — в ответ на неожиданное предложение Рена лукаво улыбнулась: — Может, при следующей встрече мне называть вас «Ваша Светлость»? — спросила Рена, останавливаясь и заставляя Рина тоже замедлиться.
Раньше она сомневалась, но теперь была уверена. При первой встрече с Лином она считала его посланником императорского двора. То есть, рыцарем, посланным собирать алтари. Но сегодня она видела иное. Роскошная одежда, пренебрежительный тон по отношению к маркизу, манера говорить от имени востока... Рена слышала о молодом герцоге с востока. Лин вздохнул, поняв, что его раскрыли. Он не собирался особо скрываться, но не думал, что она догадается так быстро.
— На публике, наверное, придётся.
«На публике»? Рена, считая эту подсказку странной, продолжила:
— Мне интересно кое-что.
— Что?
— Почему вы, господин Лин...
Рена специально использовала его имя. Лин спокойно смотрел на неё, и она решила продолжать называть его так.
— Почему вы ходили один, когда искали алтарь?
— Так тише и быстрее.
Так надёжнее и безопаснее. И так было нужно. У Лина было много причин, но он озвучил только две, остальные скрыв. Однако Рена, догадавшись о части скрытого, улыбнулась.
— Нелегко приходится рыцарям с востока, раз им приходится сопровождать герцога, который всё делает сам.
— Вовсе нет. Так что приезжай без опаски.
Лин устало улыбнулся, опровергая её шутливые слова. Он был искренен. Хозяину востока хотелось заполучить эту даму с навыками, уверенностью, достоинством и обаянием. Поэтому он осторожно пригласил её, но Рена без колебаний отказалась.
— Спасибо за приглашение, но боюсь, это невозможно.
— Почему?
— У меня есть дела. Может, вы приедете ко мне? Красивого Лина я всегда буду рада видеть.
От встречного предложения Рены выражение лица Лина стало странным. Он посмотрел на неё, не понимая, серьёзно ли она. Дама невозмутимо встретила его взгляд, и от её дерзости он в итоге рассмеялся.
— Ты действительно...
Лин пробормотал ошеломлённо, а затем рассмеялся, словно не в силах сдержаться. Хоть он никому не признавался, но имя «Линан Айтернер» было для него неподъёмным грузом. Поэтому он не мог легко раскрыть свою личность Рене, которую встретил как «Лин». Иначе Лин исчез бы, раздавленный именем Линана Айтернера. Но Рена легко это проигнорировала. Более того, сказала, что примет его, если он захочет.
«Я знал, что она смелая, но...»
Он и представить не мог такого. Она застала его врасплох. Но ему это понравилось. Нет, даже больше — его это радовало.
— Подумаю об этом, — Лин с удовольствием ответил.
Дама кивнула, словно оказывая ему одолжение, и это заставило его улыбнуться ещё шире. Прогулка, начавшаяся легко, затянулась дольше, чем планировалось. Но они этого совершенно не осознавали.
*******
Когда пришло время расставаться, Лин спросил перед прощанием:
— Как мне называть тебя при следующей встрече?
— Неужели Ваша Светлость будет ко мне обращаться?
От шутки Рены Лин горько усмехнулся. Отчасти потому, что это была не просто шутка. Видя его разочарование, Рена изменила тон:
— На людях — «леди», а наедине, как сейчас, зовите меня по имени. Рена.
Вместо того, чтобы ответить согласием, Лин повернул голову к озеру.
— Я часто выхожу дышать воздухом по ночам.
— Что?
— Просто говорю.
Лин небрежно отвёл взгляд, а Рена, осмысливая его слова, прикусила нижнюю губу.
— Какое совпадение.
Рена, сдерживая улыбку, так же спокойно ответила:
— Я тоже люблю ночные прогулки.
*******
С рассветом небо залилось солнечным светом. В этот ранний час дворецкий дома Рубель сидел у окна, подобно гнилому пню.
«К этому времени всё должно быть кончено».
Дворецкий, проведший ночь без сна, вздохнул. Ночь тянулась, как тысячелетие. Он не мог расслабиться, не зная, какие вести могут прийти. Несмотря на глубокую тревогу, прошедшая ночь была спокойной. Не было новостей о том, что какой-то даме стало плохо ночью, но она пережила кризис, или что её обнаружили вовремя и спасли. Видимо, она тихо скончалась, как и планировалось.
«Пора действовать...»
Дворецкий посмотрел на часы и с трудом поднял затёкшее тело. Теперь нужно было заняться последствиями. Смерть во дворце невозможно скрыть тихо. Также нельзя скрыть, что эта дама пыталась связаться с маркизом Рубелем. Судя по обстоятельствам, люди будут подозревать маркиза. Подозрений не избежать, но нельзя допустить, чтобы они переросли в нечто большее. Дворецкий оделся аккуратнее обычного, собираясь с духом. И в тот момент, когда он собирался выйти из комнаты:
— Господин дворецкий.
Дворецкий столкнулся в коридоре с рыцарем, который как раз пришёл его найти. Принадлежащий к северной фракции, он почтительно поклонился дворецкому маркиза, а затем с беспокойством произнёс:
— Простите за вторжение в столь ранний час. Прибыла дама по имени Рена Рубель.
— Кто?
Лицо старого дворецкого побелело. Но рыцарь, не заметив его потрясения, продолжил:
— Она передала письмо для маркиза Рубеля, сказав, что это весть, которую он ждал всю ночь.
Рыцарь протянул бумагу персикового цвета. Аккуратно сложенное, ничем не примечательное письмо. Дворецкий, забыв даже поблагодарить, поспешно развернул его. Там каллиграфическим почерком было написано приветствие от Рены Рубель.
«Дорогому отцу. Здравствуйте, отец. Из-за сложившихся обстоятельств я пишу вам, прежде чем увидимся лично. Вчера я явилась без предупреждения и, должно быть, напугала вас. Это произошло из-за моего нетерпения увидеть вас, так что прошу понять меня. Прошло уже шесть лет с тех пор, как я видела вас в последний раз. Вам, наверное, интересно, почему я вдруг появилась после стольких лет молчания. Мне тоже очень интересно. Почему вы так поступили со мной, отец? Если вы объясните мне причину, я тоже расскажу вам. Зачем я пришла к вам и что я могу сделать. Надеюсь на скорую встречу. В ожидании воссоединения отца и дочери, искренне ваша, Рена Рубель».
Обновлено: 19.02.2026