Десять лет неудачных отборов — и тренеры давно списали Джейсона Янга. Вместо очередного провала он просыпается двенадцатилетним, отброшенным на двадцать лет в прошлое, с памятью о каждом будущем чемпионе лиги. Пока сверстники только осваивают дриблинг, в его голове загорается системное меню — тело, сердце или разум, — превращающее упорство в реальную силу. Мяч не врёт, повторял его тренер: а что если игрок знает исход матча за двадцать лет до броска? Второй шанс редко достаётся дважды — и почти никогда вместе с читами.

Десять лет неудачных отборов — и тренеры давно списали Джейсона Янга. Вместо очередного провала он просыпается двенадцатилетним, отброшенным на двадцать лет в прошлое, с памятью о каждом будущем чемпионе лиги. Пока сверстники только осваивают дриблинг, в его голове загорается системное меню — тело, сердце или разум, — превращающее упорство в реальную силу. Мяч не врёт, повторял его тренер: а что если игрок знает исход матча за двадцать лет до броска? Второй шанс редко достаётся дважды — и почти никогда вместе с читами.