— Зови меня Дамнатио Кира, — отрезал тот, указав на свою мантию. — Я здесь как представитель Магического Парламента Королевства Клевер, чтобы вершить правосудие. Не как твой сын.
Люкс опешил, его мысли закружились в вихре. Но, зная холодный нрав сына, он заставил себя прогнать тревогу, ухватившись за главный вопрос:
— Суд… надо мной? По чьему приказу?
— По моему, — ответил Альфред, шагнув вперёд. Его осанка стала строгой, голос — твёрдым. — По воле моего господина я обязан сообщать Дамнатио Кире о любом роялистском или экстремистском заговоре против Конрада Лето и его окружения. Анонимно и без промедления.
Себастьян кивнул с тихим удовольствием:
— Даже раньше, чем мне.
«Они заодно», — понял Люкс, переводя взгляд между сыном и этими чужаками. Его глаза потемнели от недоверия. «Но это ничего не меняет. Я — жертва, и справедливость на моей стороне».
— Судить нужно его, Дамнатио! — рука Люкса дрожала, указывая на Себастьяна. — Он отравил Хафасса и Лугнера, покушался на меня — главу королевской семьи!
— Оставь свои басни, лорд Кира, — голос Дамнатио был бесстрастен. — Ложь перед членом парламента на суде — это измена. Даже королевская кровь не спасёт от такого обвинения.
— Что ты… о чём ты, Дамнатио?! — Люкс запнулся, в его глазах мелькнула паника, хотя он и не собирался признавать вины. — Как ты смеешь обвинять меня в низости?! Я — патриарх Дома Кира, и ты окажешь мне уважение, мальчишка…
Дамнатио оборвал его:
— Лорд Кира, мистер Пенниворт сообщил мне об этом месте заранее. Я прибыл за двадцать минут до лорда Сильвы. Достаточно, чтобы услышать, как ты хвалился своими планами перед двумя предателями.
«Он был здесь всё время», — разум Люкса заметался. «Почему я не заметил? Почему Себастьян не выдал его?» Он взглянул на самодовольную улыбку Себастьяна, и кусочки мозаики сложились.
«Это Себастьян подстроил ранний приход Дамнатио, чтобы оправдаться», — осенило Люкса. «Если бы сын застал его за отравлением, он был бы виновен. Но если он видел всё с начала — мои насмешки над Конрадом, Ловилией и Белым Змеем, мой план? Тогда Себастьян — не убийца, а спаситель».
Глаза Люкса расширились, уловив в лице Себастьяна насмешку. «Этот гад играл со мной с самого начала!»
Он не мог этого принять. «Если это правда, я пропал». Дрожащей рукой он указал на сына:
— Какая клевета! Ты порочить моё имя?! Где доказательства? Я — лорд Кира, второй после короля! Слухи — не основание для суда! Отдай противоядие, и я, быть может, прощу твою наглость…
Дамнатио вздохнул — тяжёлый, полный раздражения звук. «До чего же низко он меня ценит». Он молча достал из сумки небольшое зеркало в грубой оправе. Открыв его, он явил светящийся кристалл.
— Знаешь, что это? — его голос резал тишину, как нож. Ответа он не ждал.
Кристалл вспыхнул, и Дамнатио поднял его выше. Из него хлынул свет, проецируя сцену: Люкс за столом с Вериолом и Зирексом, излагающий свой замысел с зловещей ухмылкой:
— Белая Змея узнала о подземелье у проклятой границы. Они не ведают, что это ловушка. Мой род очистил его десятилетия назад, а я нанял магов, чтобы его оживить. Массивы разорвут их отряд, а выживших добьёт подкупленный генерал Бриллианта. Всё ради богатств и новых подопытных.
Дамнатио захлопнул устройство, убрал его и взглянул на отца:
— Продолжить? Или ты признаешь это? Или передать запись лорду Конраду?
Люкс прикусил губу до крови, его глаза пылали гневом:
— Дамнатио… я твой отец!
— Да, — кивнул тот, не смягчаясь. — Но какое это имеет значение? Смешивать долг и чувства — недостойно. Ты сам учил меня этому, лорд Кира.
Себастьян едва сдержал восторг. «Чёрт, парень, ты хорош».
Люкс сжал кулаки, ногти впились в пол, пока он пытался взять себя в руки:
— Дамнатио… если это из-за твоей матери…
— Лорд Кира, — голос Дамнатио стал острым, как клинок. — Я здесь как судья, а не как твой сын. Личные счёты не затмят мой разум. Так что хватит позориться — изложи свою защиту, и я вынесу приговор.
Упоминание матери Дамнатио заставило Себастьяна приподнять бровь — в его глазах мелькнула искра любопытства. «Странно», — подумал он, погружаясь в размышления. — «О матери Дамнатио я почти ничего не знаю. Внешность он унаследовал от отца — кроме этих волос, конечно, — а вот магия, характер, весь этот ледяной стержень — явно от неё. Но ни развода, ни смерти, ни единой зацепки в хрониках. Что же там произошло?» Себастьян мысленно отложил эту загадку в дальний угол памяти. Его предшественник, знаток всех аристократических тайн, наверняка бы отметил хоть какую-то драму между главой дома Кира, его женой и сыном. «Ладно, разберусь с этим как-нибудь потом».
Люкс стиснул зубы, выдохнув с тяжёлой покорностью человека, осознавшего, что спасение висит на тонкой ниточке — убедить сына в своей невиновности.
— Хорошо, Дамнатио Кира, — кивнул он, не отрывая взгляда от холодных глаз сына. — Я признаю, что замышлял козни против близких Конрада Лето.
Улыбка Себастьяна стала шире — он уже предвидел, куда Люкс поведёт свою игру.
— Но! — голос Люкса окреп, в нём зазвучала страсть. — Это не преступление, ведь всё, что я делал — и делаю — ради блага Королевства Клевера!
Лицо Дамнатио осталось непроницаемым, как мрамор. Коротким кивком он бросил:
— Объясняй.
Люкс выдохнул с облегчением. «Пока я могу говорить, я могу вывернуть правду наизнанку». Указав на Себастьяна дрожащим пальцем, он начал:
— Пусть слова лорда Сильвы были уловкой, чтобы усыпить мою бдительность, но в них — истина! Если мы позволим крестьянам и простолюдинам карабкаться вверх, гнаться за мечтами, которых им не положено иметь, они рано или поздно озлобятся и вцепятся в горло нам — знати! Тем, кто их кормит!
Он размахивал руками, словно проповедник на площади:
— Мы не можем допустить, чтобы Магические Рыцари или любая дворянская должность осквернялись этим сбродом! Дать им амбиции, цели, надежды — всё равно что поднести спичку к сухой траве. Как только огонь разгорится, они пойдут на всё ради своих грёз, а мы, дворяне, заплатим за это кровью!
Его голос дрожал от праведного пыла:
— Единственный способ это остановить — раздавить их надежды в зародыше! Уничтожить символы вроде Белой Змеи — отряда, где крестьянин ведёт за собой толпу простолюдинов и мелких дворянчиков! И не только их! — Люкс развёл руки в широком жесте. — Мы должны выкорчевать их покровителей: Конрада Лето, Юлиуса Новахроно, дом Вермиллион и… — он прищурился, метнув взгляд на Себастьяна, — дом Сильва!
— Это единственный путь к миру и порядку в Клевере! Неужели мы хотим повторить судьбу Королевства Пик? Они закрыли границы, но любой, у кого есть голова на плечах, знает: там был переворот! Лойс был слюнявым глупцом. Дай этому отребью палец — они отхватят руку по локоть!
Себастьян кивнул про себя. «Ты прав, Люкс. Иерархия — основа любого порядка. Попытки её сломать рождают наглость и бунт. Но твоя беда в том, что ты сам забыл своё место». Он скосил взгляд на Дамнатио, ожидая, как молодой судья взвесит этот пылкий монолог.
Весы Дамнатио дрогнули. На правой чаше выгравировались «знать» и имя Люкса, на левой — «крестьяне» и «простолюдины», медленно тянувшие её вниз.
— Ты прав, лорд Кира, — кивнул Дамнатио, и правая чаша с грохотом опустилась, перевешивая левую. — Знать и королевская семья приносят Королевству Клевера куда больше пользы, чем низшие сословия. Это мы правим, защищаем от врагов, гасим смуту. Мы строим школы, церкви, дороги, раздаём хлеб в голодные зимы. Дворяне — опора справедливости. Если чернь бунтует против них, значит, чернь не права.
На лице Люкса начала расцветать самодовольная ухмылка — но Дамнатио одним ударом разбил её вдребезги.
— Однако, лорд Кира, твой спор не только с крестьянами, — имя Конрада Лето выжглось на левой чаше, и весы тут же выровнялись.
Улыбка Люкса застыла.
Обновлено: 17.01.2026