Каждому досталось по одной жемчужине – ни больше ни меньше.
Собравшиеся заволновались, их взгляды вспыхнули жадным азартом. Эта золотая бусина, а точнее – пилюля, способная в мгновение ока исцелить даже мужское бессилие, казалась им чем-то запредельно чудесным. Будучи дельцами, они погрязли в бесконечных банкетах и приемах, и со временем вино и праздность вконец истощили их тела. Ткни в любого – либо гипертоник, либо диабетик. В конце концов, все мы люди, едим земную пищу, и у каждого найдется ворох болячек. Поэтому в их глазах не было ничего ценнее этого снадобья, дарующего избавление от недугов.
Получив заветные пилюли, гости не скрывали ликования и, разумеется, не забыли рассыпаться в благодарностях перед Чу Сюнем. Каждый счел своим долгом произнести клятву верности, заверяя, что отныне во всем будет следовать воле господина.
Чу Сюнь лишь едва заметно кивнул. Ему было безразлично, как эти люди поведут себя в будущем; он одарил их эликсиром лишь потому, что не желал оставаться в должниках. После краткого обмена любезностями Су-Тигр распорядился, чтобы его люди проводили полтора десятка восторженных магнатов.
— Босс, а не слишком ли это щедрый подарок? — Су Фань жадными глазами уставился на ладонь Чу Сюня, где оставалось еще больше десяти золотых жемчужин.
— Пустяки. Были бы ингредиенты, а изготовить их можно в любое время, — бесстрастно ответил Чу Сюнь.
Су Фань подобрался поближе, не сводя плотоядного взгляда с пилюль. — Босс, мое почтение к тебе теперь бурлит и пенится, словно смыв в унитазе, конца и края ему нет! Слушай, а они вкусные?
Уголок рта Чу Сюня дернулся. — Ты здоров как бык, зачем они тебе? — Проворчал он.
— Кто это сказал? Я ранен, вот, посмотри! — Су Фань сунул под нос Чу Сюню руку, указывая на крошечную красную точку размером с кунжутное зернышко. — Это меня вчера Муравей укусил…
— Исчезни! — На лбу Чу Сюня отчетливо проступили три гневные складки.
— Босс, ну дай хоть одну, просто попробовать! — Не унимался Су Фань.
Чу Сюнь, тяжело вздохнув, бросил ему две штуки.
Су Фань тут же заглотил одну. В тот же миг его лицо перекосило, брови и нос сошлись к переносице, и он возопил:
— Почему она такая горькая?!
На самом деле вкус был сносным, просто Су Фань с самого детства панически боялся горечи.
— Она создана из очищенной эссенции древнего женьшеня. Живо усваивай ее, это поможет твоему развитию. А вторую оставь на всякий случай, — сказав это, Чу Сюнь отделил еще две жемчужины и протянул их Су-Тигру.
Тот не стал ломаться и принял дар с открытой душой. На его старом лице расплылась довольная улыбка – он понимал, насколько эта вещь драгоценна. Даже если бы Чу Сюнь не предложил сам, он бы все равно набрался наглости и выпросил парочку.
Чу Сюнь уже собирался идти на поиски Хуа Цинъу, когда к нему подбежал солдат.
— Господин Чу, ваш телефон.
— Благодарю, — Чу Сюнь принял аппарат и кивнул в знак признательности.
Проведя целый месяц у подножия Горы Бабочек, он и думать забыл о связи – телефон давно разрядился, и, прибыв в поместье семьи Су, он отдал его на зарядку. Он опасался, что Чэнь Ханьлун может искать его по важному делу.
Стоило включить устройство, как оно зашлось в непрерывной трели уведомлений. Десятки пропущенных вызовов, сотни сообщений.
«Брат Чу Сюнь, ты где? Почему до тебя не дозвониться?», – это было от Тан Жоу.
«Господин, мы с госпожой благополучно прибыли на место», – коротко отрапортовал Старец Гуй.
«Господин, это Сунь Ин. Не забывайте про меня! Если что понадобится – только свистните, пойду и в огонь, и в воду!», – в словах Сунь Ина сквозила его привычная разбойничья удаль.
Были весточки и от Ли Тяня, Чжэн Гуанъи, Бай Жэньцзе и Бай Жэньсюна. Но одно сообщение заставило Чу Сюня прищуриться. Оно пришло от Чэнь Ханьлуна две недели назад: «Господин, есть новости о человеке, которого вы искали».
И еще одно, тоже от Чэнь Ханьлуна, датированное вчерашним днем. Чу Сюнь открыл его и увидел лишь два слова: «Господин, спаси…».
Он тут же набрал номер, но телефон Чэнь Ханьлуна был вне зоны доступа. Чу Сюнь попробовал дозвониться до Чжэн Гуанъи – тот же результат.
Что-то случилось. Последнее слово в сообщении явно было мольбой о помощи, которую Чэнь Ханьлун не успел закончить из-за какой-то внезапной беды.
— Господин, вам нужна помощь? — Спросил Су-Тигр, заметив, как помрачнел Чу Сюнь.
— Мне нужно возвращаться.
Город Гуцзян был его оплотом. Там были все, кто ему дорог и кто дорожил им.
— Босс, я с тобой! — Выкрикнул Су Фань, который только начал поглощать энергию пилюли, и вскочил на ноги.
Чу Сюнь заколебался – язык Су Фаня слишком часто становился источником проблем. Но тот был не глуп и, поняв сомнения босса, тут же твердо заявил, что будет беспрекословно исполнять любой приказ. Хоть Чу Сюнь и сомневался в его дисциплине, он все же согласился. В конце концов, Су Фань пригрозил, что если его не возьмут, он все равно отправится следом сам. Су-Тигр, разумеется, не возражал – он был только рад, что сын будет под присмотром такого человека.
Вскоре вернулась Хуа Цинъу, которую Женщина-игрок уводила полюбоваться видами поместья. Чу Сюнь вкратце обрисовал ситуацию. Было решено: Чу Сюнь улетает немедленно, а Хуа Цинъу прибудет позже, когда закончит здесь дела. Женщина-игрок осталась охранять ее, не став навязываться в попутчики, от чего рот Су Фаня расплылся в улыбке до самых ушей.
В присутствии Су-Тигра и прочих влиятельных лиц города Юньянь Чу Сюнь не беспокоился за безопасность девушки. Су Фань действовал быстро: один звонок – и билеты на ближайший рейс забронированы. До вылета оставался час.
Военный джип, взревев мотором, пронесся по дорогам, и спустя положенное время Чу Сюнь и Су Фань уже поднялись на борт самолета, летящего в город Гуцзян.
Город Гуцзян, штаб-квартира Общества Дракона и Орла.
Поместье площадью в тысячу квадратов лежало в руинах – повсюду обломки стен и следы погрома. В воздухе мелькали четыре человеческие тени, сцепившиеся в яростной схватке. Мощные выбросы энергии сдирали дерн с газонов, в щепки крошили тротуарную плитку.
Раздался глухой, тяжелый удар столкнувшихся сил.
Фигуры разлетелись в стороны. Один из бойцов, коснувшись земли, пошатнулся, но тут же рванулся в сторону полуразрушенной виллы.
— Стой! — Тебе не уйти! — Закричали трое преследователей, бросаясь в погоню.
В углу главного зала виллы зиял провал. Каменные ступени вели прямиком в подвал. Беглец тенью скользнул в этот лаз. Троица настигла его почти мгновенно, но у самого входа они замерли как вкопанные, и лица их потемнели от злости.
— Проклятье, опять ускользнул! — Прошипел один из них.
— Все из-за этой треклятой формации! — В сердцах выкрикнул другой. Присмотревшись, можно было заметить, что вход затянут тончайшей, почти прозрачной пленкой света. Стоило кому-то приблизиться, как на поверхности вспыхивали магические узоры.
Они уже успели обжечься: в первый раз защитный массив едва не вытряс из них душу, нанеся серьезные раны.
— И когда только этот паршивый даос сумеет взломать этот барьер? — Раздался хриплый, полный ярости голос. — Как только формация падет, я лично сверну этому гаду шею!
Двое других согласно кивнули. Последние два дня над ними издевались самым бессовестным образом. Тот парень, достигший девятого слоя Хоутянь, Великого Завершения, был им ровней по силе, но совершенно не обладал достоинством мастера. Он постоянно нападал из засады, а получив ранение, нырял под защиту массива, отпивался Небесным Духовным Эликсиром и, подлечившись, снова выходил на охоту. Это доводило их до белого каления, но поймать его они не могли.
Беглец, спустившись по ступеням, оказался в подвале.
— Старец Мо! — К нему тут же подскочил Чэнь Ханьлун, помогая удержаться на ногах. Раненым оказался Мо Синхэ. Кроме него в подвале укрывались Чжэн Гуанъи с сыном, Сунь Ин и Тайтань.
Чэнь Ханьлун достал бутылочку с чистым Небесным Духовным Эликсиром и протянул ее Мо Синхэ. Тот, смахнув кровь с губ, осушил ее одним глотком. Бледность на его изможденном лице стала понемногу отступать.
— Не оправдал я доверия господина! — С горечью выдохнул Мо Синхэ. Чу Сюнь поручил ему заботу об этих людях, а теперь они вынуждены прятаться в подземелье, словно крысы.
— Старец Мо, не вините себя, — попытался утешить его Чжэн Гуанъи, но слова выходили сухими и безжизненными.
— Эти ублюдки… Вот вернется господин, он заставит их молить о смерти! — Сунь Ин в ярости ударил кулаком в стену. Его Общество Дракона и Орла было разгромлено: кого-то схватили, кто-то сбежал, и теперь рядом с ним остался только Тайтань.
Чэнь Ханьлун тяжело вздохнул и с горькой усмешкой произнес:
— Мы долго не протянем. Эликсира осталось всего три бутылки. Если так пойдет и дальше, мы подохнем от голода и жажды прежде, чем они прорвутся внутрь.
— Да кто они такие, эти подонки? — В который раз задался вопросом Чжэн Гуанъи.
Все были в недоумении. Нападавшие появились внезапно, первым делом разыскали Чэнь Ханьлуна и в лоб потребовали рецепт Небесного Духовного Эликсира. Было ясно, что их цель – состав снадобья, но своих имен они не называли.
— Я попробую чуть позже еще раз, — сказал Мо Синхэ. — Может, удастся незаметно проскользнуть наружу и раздобыть еды.
Он был вне себя от ярости: великий мастер девятого слоя Хоутянь, доведенный до такого позора! Он не раз пытался прорваться, чтобы найти Чу Сюня, но его всякий раз отбрасывали назад.
— Эх, сейчас бы телефон зарядить, — пробормотал Чжэн Цянь. Они сидели в осаде почти неделю. Вчера Чэнь Ханьлун успел отправить последнее сообщение, после чего аккумулятор сел.
— Чэнь Ханьлун! Отдай рецепт, и мы уйдем. Обещаю, сохраним вам жизнь! — Голос, усиленный внутренней ци, донесся сверху. Сквозь барьер обычный крик бы не прошел.
Чэнь Ханьлун поднялся и, задрав голову, посмотрел на вход. Там, глядя вниз, стоял щуплый человек с землистым лицом, тонкими усиками и двумя торчащими вперед крупными зубами.
— Мать твою… Вроде же говорили, что после образования республики животным запрещено превращаться в духов? Откуда этот Мышиный Дух вылез? — Съязвил Чэнь Ханьлун.
— Отдай рецепт, и будете жить, — пропищал человек. Голос у него был тонкий и мерзкий, под стать внешности.
— Рожа – вылитая крыса, а туда же! Хрен тебе, а не эликсир. Встань на колени, потявкай дедушке, может, я подобрею да и кину тебе, внучку, пару бутылок.
Зная, что формация надежно защищает их, Чэнь Ханьлун ругался на чем свет стоит, не стесняясь в выражениях.
— Ты ищешь смерти, — прошипел Мышиный Дух, и его глазки-бусинки наполнились жаждой крови. Несмотря на преграду, Чэнь Ханьлун невольно поежился под этим взглядом.
Но отступать было поздно. Чэнь Ханьлун пренебрежительно расхохотался:
— Внучок, дедуля твой как раз ищет, где бы голову сложить! А ну, спускайся, убей меня! Я тебе даже шею подставлю…
Пока Чэнь Ханьлун бахвалился, Мо Синхэ бесшумно поднялся и, прижимаясь к стене, начал красться к выходу, скрываясь в тенях. В этот момент рядом с Мышиным Духом появился огромный толстяк, похожий на медленно перекатывающийся шар, и тоже заглянул в лаз.
Чэнь Ханьлун едва заметно прижал ладонь к полу, и Мо Синхэ в темноте замер на месте.
— Ого! Сначала крыса, теперь вот Свиной Дух пожаловал! Что, нынче нечисть совсем страх потеряла, группами разгуливает? — Картинно изумился Чэнь Ханьлун.
Свиной Дух – а вернее, непомерно жирный человек – тяжело засопел от долгого наклона. Он рявкнул в ответ:
— Да что ты смыслишь, дерзкий смертный? Мы из…
— Заткнись! — Мышиный Дух оборвал его на полуслове.
— Ах ты, дохлая крыса! Ты смеешь на меня орать?! — Толстяк в ярости уставился на напарника.
— Пора! — Внезапно взревел Чэнь Ханьлун.
Мо Синхэ, уже подобравшийся к самому выходу, резко оттолкнулся от пола. Под его ногами плитка пошла трещинами, словно паутина, и он, подобно пушечному ядру, вылетел из подвала.
— Берегись! — Взвизгнул Мышиный Дух и инстинктивно закрыл лицо скрещенными руками.
Удар ноги Мо Синхэ, в который была вложена вся мощь мастера девятого слоя Хоутянь, пришелся прямо по его предплечьям.
Раздался гулкий хлопок.
Мышиного Духа отбросило назад, он заскользил по полу, кроша плитку под каблуками. Он устоял на ногах и не получил серьезных увечий, что говорило о его немалой силе. Но Мо Синхэ и не собирался задерживаться. Он развернулся, мертвой хваткой вцепился в воротник неповоротливого толстяка и вместе с ним рухнул обратно в подвал.
Чэнь Ханьлун мгновенно спрятал нефритовый жетон, который держал в руке. Когда Мышиный Дух подскочил к краю провала, барьер уже снова сиял, надежно преграждая путь.
Толстяк был настолько огромен, что, втянутый Мо Синхэ внутрь, он с грохотом покатился по каменным ступеням, словно гигантский валун. От этого удара весь подвал содрогнулся, и с потолка посыпалась пыль. Если бы не магическая защита формации, подземное убежище наверняка сложилось бы как карточный домик.
Обновлено: 13.02.2026