Он умирал уже столько раз, что сбился со счёта — и снова пробирается в святая святых эльфийской империи, безоружный перед императрицей, чтобы вымолить право начать всё заново. Одни расы зовут его лжеспасителем, другие — носителем священного пламени, а родной отец — предателем: перерождения превратили беспутного принца в легенду, которую боятся сильнейшие. В день своей коронации он бросает двору вызов страшнее убийства — признаётся в грехе, ради которого стоит умирать снова. Сколько ещё циклов до того единственного, что изменит всё?

Он умирал уже столько раз, что сбился со счёта — и снова пробирается в святая святых эльфийской империи, безоружный перед императрицей, чтобы вымолить право начать всё заново. Одни расы зовут его лжеспасителем, другие — носителем священного пламени, а родной отец — предателем: перерождения превратили беспутного принца в легенду, которую боятся сильнейшие. В день своей коронации он бросает двору вызов страшнее убийства — признаётся в грехе, ради которого стоит умирать снова. Сколько ещё циклов до того единственного, что изменит всё?