Виктора убили из-за чужой измены — а очнулся он не в раю, а в гниющей шкуре зомби, слабейшего фарша в подземелье, которого авантюристы косят пачками. Тело разваливается на ходу, но разум остался человеческим — и это смертельное оружие среди безмозглых мертвецов. Он находит подлый трюк: стравливать сородичей и сталкивать их с обрывов, качая уровни чужими смертями. Умирать не страшно — через сутки он воскресает вновь, и с каждым разом из гнили проступает нечто куда опаснее обычного монстра. Скоро те, кто охотится на зомби, сами станут добычей.

Виктора убили из-за чужой измены — а очнулся он не в раю, а в гниющей шкуре зомби, слабейшего фарша в подземелье, которого авантюристы косят пачками. Тело разваливается на ходу, но разум остался человеческим — и это смертельное оружие среди безмозглых мертвецов. Он находит подлый трюк: стравливать сородичей и сталкивать их с обрывов, качая уровни чужими смертями. Умирать не страшно — через сутки он воскресает вновь, и с каждым разом из гнили проступает нечто куда опаснее обычного монстра. Скоро те, кто охотится на зомби, сами станут добычей.