Это цикл историй, действие которых разворачивается в одном и том же безумном мультивёрсе, где боги спорят с демонами о рецепте яичницы, а бывшие полководцы Ада торгуют кузнечными изделиями. Открывает сборник байка о трёх величайших архимагах вселенной — боевом маге Галактопусе, иллюзионисте Архилиарусе и укротителе чудовищ Олеге, — которые способны создавать целые миры, но не в силах поджарить яйцо, пока студентка не объясняет им азы кулинарии. Дальше нить подхватывает разношёрстная четвёрка друзей: грузный добродушный ангел-воин Самсон с мечом из справедливости и возмездия, сентиментальный демон-кузнец Тоот, алхимик-подрывник Феофан, помешанный на взрывах, и тщеславный маг стихий Иерихон с проклятым кубиком судьбы. Испорченный ужин в свежеоткрытой таверне превращается для них в межмировую погоню — через город мёртвых с озлобленными зомби-ворожеями, восстание рабов-дворфов в шахтёрском мире и посольство рая в самом сердце преисподней. Другая история приоткрывает изнанку хаотичного Всевозможного измерения: инквизитор допрашивает существо, поглотившее разум и силу трёх своих создателей ради того, чтобы единственный скромный артефакт — обычный тапочек — продолжал удерживать вселенную от распада. Своя, куда более мрачная нота звучит в рассказе о капитане городской стражи Элеоноре: погибнув при защите каравана сборщиков хлеба у стен осаждённого чудовищами города, он возвращается к жизни в теле, собранном равнодушным некромантом из мифрила и тёмной магии, лишённый эмоций — и всё равно выбирает вернуться защищать дом. Завершает подборку история мальчика-ваятеля Кира, чьи глиняные и каменные фигурки оживают и помнят то, что он в них вложил: после гибели отца от рук наёмников его игрушечная армия солдатиков перестаёт быть игрой и обращается в настоящую, беспощадную силу.

Это цикл историй, действие которых разворачивается в одном и том же безумном мультивёрсе, где боги спорят с демонами о рецепте яичницы, а бывшие полководцы Ада торгуют кузнечными изделиями. Открывает сборник байка о трёх величайших архимагах вселенной — боевом маге Галактопусе, иллюзионисте Архилиарусе и укротителе чудовищ Олеге, — которые способны создавать целые миры, но не в силах поджарить яйцо, пока студентка не объясняет им азы кулинарии. Дальше нить подхватывает разношёрстная четвёрка друзей: грузный добродушный ангел-воин Самсон с мечом из справедливости и возмездия, сентиментальный демон-кузнец Тоот, алхимик-подрывник Феофан, помешанный на взрывах, и тщеславный маг стихий Иерихон с проклятым кубиком судьбы. Испорченный ужин в свежеоткрытой таверне превращается для них в межмировую погоню — через город мёртвых с озлобленными зомби-ворожеями, восстание рабов-дворфов в шахтёрском мире и посольство рая в самом сердце преисподней. Другая история приоткрывает изнанку хаотичного Всевозможного измерения: инквизитор допрашивает существо, поглотившее разум и силу трёх своих создателей ради того, чтобы единственный скромный артефакт — обычный тапочек — продолжал удерживать вселенную от распада. Своя, куда более мрачная нота звучит в рассказе о капитане городской стражи Элеоноре: погибнув при защите каравана сборщиков хлеба у стен осаждённого чудовищами города, он возвращается к жизни в теле, собранном равнодушным некромантом из мифрила и тёмной магии, лишённый эмоций — и всё равно выбирает вернуться защищать дом. Завершает подборку история мальчика-ваятеля Кира, чьи глиняные и каменные фигурки оживают и помнят то, что он в них вложил: после гибели отца от рук наёмников его игрушечная армия солдатиков перестаёт быть игрой и обращается в настоящую, беспощадную силу.