Он проспал тысячу лет и очнулся в теле, изъеденном ядом бедствия — с даром, которого не знает никто: чем искуснее его ложь, тем реальнее она становится. Один небрежный намёк — и знатные семьи бросают к его ногам особняки, а мастера ядов трепещут перед «алхимиком шестого ранга», которого он выдумал минуту назад. Империи враждуют, гильдии плетут интриги, а он двигает всеми как пешками, почти не тратя настоящей силы. Но каждая правдоподобная ложь — шаг по лезвию: один разоблачённый блеф — и рухнет всё королевство обмана.

Он проспал тысячу лет и очнулся в теле, изъеденном ядом бедствия — с даром, которого не знает никто: чем искуснее его ложь, тем реальнее она становится. Один небрежный намёк — и знатные семьи бросают к его ногам особняки, а мастера ядов трепещут перед «алхимиком шестого ранга», которого он выдумал минуту назад. Империи враждуют, гильдии плетут интриги, а он двигает всеми как пешками, почти не тратя настоящей силы. Но каждая правдоподобная ложь — шаг по лезвию: один разоблачённый блеф — и рухнет всё королевство обмана.