Глава 7 — Глава 7

Полдень в Академии Микадо выдался на редкость ярким. Солнечные лучи лежали на стеклянных корпусах как расплавленное золото, а с крыш тихо застрекотали охлаждающие вентиляторы. Для студентов вторника это означало одно — время практических боевых тренировок. На стадионе собрались учащиеся нескольких факультетов. Энергетические купола переливались, словно радуга — каждая секция представляла собой отдельную тренировочную зону. На трибунах суетились наблюдатели, ассистенты и медицинский персонал. Акихиро стоял среди своей группы, в стандартной экипировке — лёгком защитном костюме с сенсорными пластинами. Рядом с ним нервно поправлял перчатки Кэндзи, его сосед по комнате. — Говорят, сегодня нас будут оценивать по внутренней стабильности силы, — пробормотал Кэндзи. — Если поток колеблется — минус балл. — Ну, значит, я получу минус всю таблицу, — усмехнулся Акихиро. — Мой поток живёт своей жизнью, он просто не умеет «стабильно». — Главное, не взорви стадион, — ответил Кэндзи, поправляя шлем. — Мне ещё диплом нужен. На плавающей платформе, которая служила трибуной, появился инструктор Хонда — тот самый, строгий и громогласный. — Сегодня, салаги, у нас приятный сюрприз! Вы проведёте испытания в новых тренировочных симуляторах. Безопасных, — он сделал паузу, — относительно. Некоторые засмеялись, другие — наоборот напряглись. Хонда продолжил: — Каждая пара продемонстрирует контроль мощности и точность манипуляции энергией. Мы проверим не искажение силы, а концентрацию! Аяко стояла рядом с преподавателем, просматривая списки. Когда дошла очередь Акихиро, она чуть нахмурилась. — Партнёр — Такэси Рё. Ранг 5.8. — Она подняла взгляд. — Безопасный уровень, но будь внимателен. Такэси оказался широкоплечим парнем с бронзовой кожей, старше остальных. Торжеству в его глазах не было предела, когда он увидел своего «слабого» соперника. — Серьёзно? Я против него? — хмыкнул он. — А может, сразу сдаться? — Я просто студент, пытаюсь не умереть, — ответил Акихиро, закатывая глаза. — Без оскорблений, окей? Такэси ответил улыбкой, от которой даже дроны наблюдения едва не засвистели. — Посмотрим, кто кого. Барьер купола вспыхнул голубым светом. Противники заняли позиции. Зрители зашептались. Акихиро чувствовал, как браслет на руке слегка нагревается — тот самый, тёмный, без цифр. Внутри него что-то просыпалось, но он удерживал дыхание. «Спокойно. Только усилие. Без выброса». — Начали! Такэси сорвался с места первым. Его руки вспыхнули пламенем, воздух вокруг сжался — техника стихийного давления. На арене зазвенел звук разрушающегося воздуха. Акихиро отступил, избегая прямого удара, и ткнул пальцами вперёд — попытка создать энергетический барьер. Вместо барьера из ладоней вырвалась мягкая волна света, неуверенная, но странно плотная. Пламя Такэси столкнулось с ней — и… погасло. На секунду повисла тишина. Даже инструкторы притихли. Аяко смотрела, не моргая. Хонда нахмурился. — Что он только что сделал?.. Такэси не поверил глазам, рванул вновь — сильнее, быстрее. Но волна повторилась. Теперь — плотнее, глубже. Она не просто гасила удары, она перенаправляла их, создавая моментальные контрколебания. Акихиро не понимал, что делает. Он лишь следовал странному ощущению — будто кто-то внутри подсказывал движения: мягко, в ритм сердцу. Второй удар Такэси превратился в мощную вспышку — но энергия исчезла, втянулась в барьер, словно растворилась. Следом — удар света, отразившийся назад. Такэси отлетел к стене, а купол на миг затрещал. Все ахнули. Браслет на руке Акихиро засветился — теперь на нём появилась слабая линия, похожая на цифру 0, вырезанную из света. Он спустил руку, сердце бешено колотилось. — Я… не хотел… Хонда спрыгнул на арену. — Прекратить! Все системы — анализ в студию! С трибуны наблюдал Рин, сидя с планшетом в руках. На экране — энергетический график. Он видел, что это не просто энергия — структура колебаний полностью отличалась от любых известных рангов. «Он учится инстинктивно… Это опасно. Но великолепно», — подумал он, пряча полу плаща. Чуть выше, на техническом мостике, другой человек в сером взгляде смотрел на арену через визор. Символ змеи светился на внутренней панели. На ухе — гарнитура. — Подтверждаю. Образец активировался. Могу попытаться извлечь данные через нейроинтерфейс. Голос на другом конце хрипло ответил: — Не сейчас. Пусть этот “нулевой мальчик” наберёт обороты. Чем выше поднимется — тем сильнее ударит при падении. Внизу, среди толпы, Кэндзи хлопал руками, улыбаясь от уха до уха. — Брат, ты видел?! Ты его просто размазал! — Я его чуть не покалечил, — устало ответил Акихиро. — А я ведь даже не знаю как. Аяко подошла с планшетом. — Все измерения… не совпадают. У тебя нет энергетической амплитуды. Просто — ноль. Но это невозможно. — Прямо утешила, — вздохнул он. Хонда остановился перед ним. — Парень, теперь слушай внимательно. Ни одной самовольной тренировки. Никаких попыток повторить это — пока не выстроим контроль. И если хоть раз браслет снова изменится — немедленно ко мне. Понял? — Понял. Он понимал, что врёт. Потому что внутри уже не мог остановить ту дрожь — лёгкую вибрацию света, будто что-то просилось наружу. Вечером Рин вошёл в подвальный коридор лабораторного сектора. Снял очки, приложил браслет с символом нуля к сенсору. Дверь открылась с тихим щелчком. Внутри — тьма, панели на стенах мигали только тусклыми линиями графиков. В центре стояла капсула с чёрным порошкообразным веществом. Он заговорил: — “Нуль” пробудился. Всё идёт по предсказанной схеме. Голограмма вспыхнула — силуэт мужчины в плаще ответил: — Продолжай наблюдать. Но помни: если он перейдёт порог самопознания раньше срока — уничтожить. Рин склонил голову. — Да, наставник. Он не знал, что его разговор слушали ещё двое — через перехватывающий канал «Син-Серпа». На другом конце линии женщина с чёрными ногтями усмехнулась. — Вот и отлично, — произнесла она. — Пусть убивают друг друга. А мы заберём то, что останется. Акихиро в это время лежал в темноте своей комнаты, глядя на ладони. Вспышки боя, звуки, нулевое сияние — всё мелькало в памяти. Он снова услышал тот самый голос — тихий, ровный, как дыхание ветра: «Ты не принадлежишь их системам. Ты — источник без меры. Но каждый источник должен выбрать, во что превратиться.» Акихиро закрыл глаза. Не знал, кого боится больше — их, или самого себя.