Глава 50 — Глава 50 Жетон Запрета Духа

Глава 50. Жетон Запрета Духа Глава 50. Жетон Запрета Духа. На каменной двери не оказалось никаких запретов. Лу Юньцзэ легко толкнул ее, открыв вход в совершенно темную потайную комнату. В отличие от внешнего зала, здесь не было никакого освещения. Нахмурившись, он достал из мешка-хранилища несколько лунных камней и забросил их внутрь. Слабый белый свет озарил небольшое помещение. В нем почти ничего не было. Прямо напротив двери стоял алтарный стол, на котором лежали три разбитые таблички с именами. Перед столом лежал единственный молитвенный мат, прогнивший до полной негодности. Лу Юньцзэ осторожно вошел внутрь, перешагнул через мат и подошел к алтарю. Таблички были сделаны из неизвестного материала и спустя десятки тысяч лет выглядели как новые, вот только каждая из них была расколота. На обломках можно было разобрать лишь три фамилии: «Синь», «Фань» и «Ли». Он долго и внимательно изучал их, пока не заметил на обратной стороне несколько рун. — Жетон Запрета Духа! — Лу Юньцзэ замер. Подобные мерзкие вещи часто встречались у заклинателей демонического пути. Они были побочным продуктом техники под названием «Метод Запрета Духа». Эту технику мог освоить только заклинатель Зарождения Души. Она позволяла отделить часть Первородного духа другого заклинателя и поместить его в такой жетон. С этого момента жизнь жертвы оказывалась целиком во власти того, кто применил технику. Стоило владельцу уничтожить жетон, как заклинатель, чей дух был в него заточен, в лучшем случае превращался в идиота, а в худшем – мгновенно погибал. В нынешние времена такие вещи встречались редко. В конце концов, это касалось чужой жизни, и посторонним было не так-то просто на них взглянуть. Лу Юньцзэ узнал артефакт только потому, что у него самого было нечто похожее – табличка Первородного Духа. Ее создали с его согласия: он сам отделил крошечную часть своего духа и поместил в табличку, которая теперь хранилась у Цюн Уцзи. Если Лу Юньцзэ попадет в беду, он сможет через нее позвать наставника на помощь. А если расстояние будет слишком велико и спасти его не успеют, Цюн Уцзи хотя бы узнает, где и от чьих рук погиб его ученик, чтобы позже забрать тело и отомстить. Обычно подобные вещи были у близких учеников или младших родственников высокоуровневых заклинателей. Лу Юньцзэ смотрел на разбитые Жетоны Запрета Духа, и его взгляд надолго задержался на табличке с фамилией «Синь». Не было сомнений: эти жетоны уничтожил сам хозяин техники, а не они сами раскололись из-за смерти тех, кто был к ним привязан. Учитывая, что убранство этого места в точности повторяло стиль запретной земли Семи сект, и видя жетон с фамилией Синь, Лу Юньцзэ пришел к выводу: это, скорее всего, была старая пещера-обитель того самого истинного хозяина запретной земли. Позже мастер Золотого Талисмана занял чужое место, превратив его в тайное убежище для своего плана спасения жизни. И вот тут начиналось самое интересное. Если жетон разбит, заклинатель по фамилии Синь, даже если не умер на месте, должен был лишиться рассудка. Однако, судя по информации из того лабораторного журнала, ученик по фамилии Синь не только не боялся своего учителя, но и, похоже, успешно покинул запретную землю, оставив после себя наследие. Как это возможно? Как он это сделал? Неужели в мире существует техника, способная снять Метод Запрета Духа? Лу Юньцзэ на мгновение погрузился в раздумья. Внезапно он вспомнил об упомянутом в журнале Истинном Человеке Тай Инь. У него возникло предчувствие, что вся эта цепочка событий как-то связана с ним. Почувствовав, как снова разболелась голова, Лу Юньцзэ решил бросить это гиблое дело. Какое отношение дела эпохи палеозоя имеют к нему? Не может же быть, чтобы кто-то из тех древних заклинателей дожил до наших дней и продолжал мутить воду? Если так, то эти древние мастера оказались бы слишком уж живучими. Не терзая себя больше сомнениями, он, следуя указаниям из нефритового свитка Ли Уя, осторожно протянул руку под алтарный стол. Пошарив там немного, он медленно вытянул тонкий, как крыло цикады, шелковый свиток. Эта вещь, судя по всему, была соткана из нитей какого-то редкого насекомого. Несмотря на невероятную тонкость, материал был необычайно прочным и ничуть не изменился за десятки тысяч лет. При свете лунных камней Лу Юньцзэ развернул свиток, на котором были изображены изгибы горных хребтов. — Карта высот… — Лу Юньцзэ недовольно поморщился. Это действительно была карта, причем древняя, где ориентиры указывались по рельефу гор. — Хребет Тайюэ, река Чанлю, юго-восточный пик Ваньчжу… Поскольку карта была очень старой, многие ландшафты давно изменились. Лу Юньцзэ с трудом разбирал пометки, лишь смутно понимая, что речь идет о какой-то области в Государстве Юэ. — Хватит, так я себе глаза испорчу. Нужно вернуться в секту и поискать древние карты Государства Юэ. — Он на время снял очки и потер пересохшие глаза. Несмотря на трудности, Лу Юньцзэ все же разглядел на рисунках то, на что указывала карта. Это была сложная шестиугольная формация. — Древняя формация телепортации… В Государстве Юэ еще остались такие вещи. — Он выдохнул с облегчением. Ради одного этого стоило сюда прийти. Если удастся найти в архивах секты древние карты и сопоставить их с этим свитком, то шанс отыскать массив телепортации был вполне реальным. Лу Юньцзэ перевел взгляд на каменную дверь с другой стороны зала. Эту комнату он уже осмотрел и добыча была богатой. Интересно, что скрывалось за второй дверью? В свитке Ли Уя говорилось, что из-за низкого уровня совершенствования он не смог взломать наложенный на нее запрет, а потому ни разу там не был. Спрятав карту, Лу Юньцзэ сорвался с места и в мгновение ока преодолел десятки чжанов, оказавшись перед второй дверью. — Запрет? Какой еще запрет? — Он с недоумением нахмурился, глядя на совершенно обычную на вид каменную плиту. Внезапно Лу Юньцзэ резко изменился в лице и одним прыжком отскочил в сторону на десять чжанов. Только что Рысь Золотого Глаза внутри мешка для духовных зверей издала предупреждающий крик, а затем, мелко дрожа, сжалась в комок, словно увидев нечто неописуемо ужасное. — Что происходит? В чем дело? — Лоб юноши покрылся потом. Его мощное божественное сознание еще раз тщательно прочесало зал, но так ничего и не обнаружило. — Спокойно! Здесь точно что-то есть, просто я этого не вижу. — Он сглотнул и снова нацепил фасеточные очки. — Ли Уя наверняка знал об этом существе, поэтому и заманивал меня сюда. В зале стояла мертвая тишина, ни малейшего движения. Но в глазах Лу Юньцзэ всё пространство теперь казалось пропитанным невидимой жаждой крови. — Раз Рысь так напугана, это должен быть какой-то хищник, её естественный враг. С её Божественным Светом Истины… Погоди! Свет Истины! В голове молнией промелькнула догадка. Лу Юньцзэ понял, какую деталь он упустил. В свитке Ли Уя подробно описывалось, что это место защищено сложной иллюзорной формацией. И действительно, снаружи Лу Юньцзэ столкнулся с иллюзией, которую Рысь легко развеяла. Её Божественный Свет Истины и впрямь был бичом для иллюзий, но она была всего лишь зверем первого уровня нижней ступени. Её силы хватало только на самые примитивные техники. Неужели защита этого места была настолько жалкой? Или же… «Я всё это время нахожусь внутри иллюзии». Лу Юньцзэ резко задрал голову. Кристальный шар, освещавший зал, начал едва заметно пульсировать, на нем слой за слоем проступали густые алые чешуйки. Свернутое в шар огромное тело начало медленно разворачиваться. Из-под извивающихся, лишенных костей колец холодного тела показался истинный источник света, заливавший весь зал. Огромный вертикальный зрачок кроваво-красного цвета.