Глава 177: «Анализ доходов в Море Звездного Хаоса»
Как человек, в прошлой жизни едва осиливший школьную программу, Лу Юньцзэ не слишком глубоко разбирался в политэкономии, но кое-какие азы помнил железно.
Например, то, что только труд создает ценность.
Возможно, применять такие теории к миру сянься было не совсем уместно, но фундаментальные принципы оставались неизменными.
Заклинатели не могли просто жевать сырую духовную траву или швыряться необработанными материалами вместо кирпичей в бою, пытаясь проломить друг другу черепа.
Пилюли, артефакты, талисманы, массивы… Все это создавалось человеческим трудом.
И за этим стояли не только алхимики и ремесленники с их выдающимися навыками.
Существовала целая армия рабочих: шахтеры, добывающие руду, резчики духовных камней, подмастерья, ухаживающие за плантациями трав, и перевозчики, обеспечивающие логистику.
Еще в Тяньнане Лу Юньцзэ не раз замечал, что множество должностей вполне можно было бы доверить смертным. Те же рудники или поля – простая работа, не требующая магической силы. Это освободило бы драгоценные ресурсы заклинателей для более высокотехнологичных задач, вроде создания сложных формаций или талисманов.
Но на деле в великих сектах Тяньнаня даже от уборщика туалетов требовали восьмой-девятый уровень стадии Концентрации Ци.
Подобная бессмысленная растрата ресурсов была классическим примером деградации через избыточную конкуренцию.
Под недоуменным взглядом Хань Ли Лу Юньцзэ позвал господина Гу и того самого Ван Чанцина, знавшего древние языки, чтобы подробно расспросить их о доходах местных смертных.
Последующий диалог едва не довел Хань Ли до инфаркта!
На острове Куйсин обычный матрос зарабатывал около двадцати духовных камней в год. Опытные же морские волки могли рассчитывать на тридцать, а то и на сорок камней.
И это были зарплаты в захолустье! В процветающих центральных районах Моря Звездного Хаоса вознаграждение было еще выше.
Для сравнения: в секте Долина Желтого Клена в Тяньнане рядовой ученик получал три камня в месяц. То есть тридцать шесть камней в год.
Обычный матрос в Море Звездного Хаоса, не обладающий ни каплей магической силы, по уровню дохода стоял наравне с заклинателем из великой секты Тяньнаня!
А годовая прибыль господина Гу от торговли составляла около пятисот-шестисот камней. Если же он получит право на межотровные перевозки, эта цифра могла перевалить за тысячу.
Что это значило в цифрах?
Скажем так: в Долине Желтого Клена фиксированное жалованье заклинателя стадии Заложения Основания составляло сто камней в год. С учетом какой-нибудь должности и без учета левых доходов – ну, триста-четыреста максимум.
Простой смертный в Море Звездного Хаоса зарабатывал больше, чем элитный мастер стадии Заложения Основания из Тяньнаня!
Когда господин Гу ушел, Хань Ли долго сидел в кресле, не в силах прийти в себя.
Лу Юньцзэ же, морально готовый к подобному, сохранял спокойствие.
— Старина Хань, похоже, мы попали в невероятное место, — с улыбкой произнес он.
Тот факт, что смертный мог иметь такой доход, говорил о многом.
Это означало наличие колоссальных ресурсов, которые не были полностью монополизированы, огромные территории, пригодные для жизни, здоровый общественный порядок и стабильно развивающуюся цивилизацию!
Вот как должна была выглядеть настоящая, здоровая цивилизация заклинателей!
Ситуация в Тяньнане, скорее всего, была лишь следствием острого дефицита ресурсов и жесточайшей монополии верхушки, что привело к экстремальному социальному застою. Это не было показателем развития всего Мира людей.
Если вдуматься, ингредиенты для пилюль Основания в Тяньнане были настолько редкими, что никто не смел – или не мог – придумать новый способ прорыва. Это само по себе было признаком уродливой, больной системы.
Безумная монополия элит плюс нехватка ресурсов – вот что превратило Тяньнань в ту странную клоаку, где все грызли друг другу глотки за крохи со стола.
В других же местах мир не обязан был быть таким. По крайней мере здесь, общество развивалось вполне гармонично.
В этот миг в голове Лу Юньцзэ словно прояснилось! Тяжелый камень, незримо давивший на сердце, рухнул, и даже скорость циркуляции энергии в «Искусстве Небесного Побега Пяти Элементов» возросла на треть.
Проще говоря – его разум обрел чистоту, а помыслы – ясность.
Хань Ли все еще не верил ушам. То, за что он в Тяньнане боролся не на жизнь, а на смерть, в другом месте люди получали, просто приложив немного усилий.
Это был сокрушительный удар по его мировоззрению!
Лу Юньцзэ же, в прекрасном расположении духа, напевая под нос мотивчик, похлопал Хань Ли по плечу и вразвалочку вышел из комнаты.
В последующие несколько дней Хань Ли заперся у себя и усердно зубрил местный язык с помощью Ван Чанцина.
Благодаря феноменальной памяти заклинателя, он уже через несколько дней сносно понимал повседневную речь. Говорил он еще с трудом, но общий смысл бесед улавливал без проблем.
А вот Лу Юньцзэ вел себя куда более странно.
С того момента как они поднялись на борт, он почти не появлялся в каюте, проводя все время на палубе в компании матросов.
Поначалу моряки чувствовали себя неловко, но со временем поняли, что этот «бессмертный господин», хоть и не понимает ни черта по-местному, парень вполне мировой. Он был дружелюбен и не гнушался доброй шутки, так что вскоре лед растаял.
Лу Юньцзэ даже сменил имидж. Если не считать невесть откуда взявшейся соломенной шляпы, он выглядел точь-в-точь как эти босоногие работяги в простых рубахах нараспашку.
Каждое утро он стоял на носу корабля, подставляя лицо морскому ветру и по привычке демонстрируя средний палец небесам.
Затем начиналось общение жестами с моряками изо всех уголков мира. За пару дней он успешно освоил десяток местных диалектов и сленговых словечек, а также выучил более ста пятидесяти различных способов вежливо поприветствовать всех родственниц по женской линии своих собеседников.
Теперь он даже принимал участие в матерных перепалках, когда их судно расходилось с кораблем конкурентов господина Гу. Причем он был главной ударной силой: стоило ему открыть рот, как поток красноречия заставлял матросов противника в ужасе втягивать головы в плечи.
Господин Гу только и успевал челюсть с пола подбирать.
Хань Ли, узнав об этом, лишь сильнее утвердился в желании не выходить из комнаты, стараясь всем своим видом показать, что он с тем существом на палубе не особо-то и знаком.
Так прошло несколько дней, и под радостные крики толпы гигантское судно наконец пришвартовалось у острова Куйсин.
Лу Юньцзэ, лучший выпускник курсов «Нематериального культурного наследия Моря Звездного Хаоса», одной рукой тащил за собой крайне недовольного Хань Ли, а другой весело махал на прощание экипажу.
Они все же отказались от предложения господина Гу. Тот предлагал стать их поручителем, чтобы они могли надолго остаться на Куйсине. Но Хань Ли и Лу Юньцзэ резонно рассудили, что с уровнем культивации Лу Юньцзэ – поздней стадией Заложения Основания – получить вид на жительство не составит труда.
Тем не менее, в знак благодарности за гостеприимство, Лу Юньцзэ перед уходом оставил господину Гу два высокоранговых магических инструмента. Этого должно было с лихвой хватить, чтобы тот мог нанять себе парочку заклинателей попроще.
Попрощавшись с командой, друзья обернулись к порту, который поражал своими размерами.
Куда ни бросишь взгляд – сотни судов всех калибров теснились у причалов. Людские потоки сливались в единый живой океан, в котором копошилось не меньше двух-трех тысяч человек.
Оглядевшись, Лу Юньцзэ и Хань Ли уверенно направились к каменному строению на краю порта.
По словам господина Гу, именно там проходила регистрация прибывших заклинателей.
Внутри домика все было предельно просто: один стол, один стул. На стуле сидел старик с нездорово-желтоватым лицом.
Старик дремал, прикрыв глаза, но стоило паре войти, как он резко вскинулся и с изумлением уставился на Лу Юньцзэ.
Обновлено: 23.01.2026