Глава 138. Небесный Владыка Хань
Лу Юньцзэ лежал на крыше. Ночную тишину наполнял стрёкот цикад, а перед глазами сияла безупречно круглая луна.
Луна сегодня была удивительно яркой, и Лу Юньцзэ против воли заскучал по дому.
Несмотря на прожитые годы, лица родителей из прошлой жизни всё еще стояли перед глазами. Как они там после его нелепого исчезновения?
Он невольно вздохнул. Подставляя лицо серебристому свету, он прислушивался к шуму внизу. Там явно творилось нечто сумбурное. Лу Юньцзэ со вздохом закрыл глаза.
Спустя какое-то время рядом с ним возник Хань Ли. Лицо его было бесстрастным, а взгляд – холодным.
— Убил кого-нибудь? — Не открывая глаз, спокойно спросил Лу Юньцзэ.
— Никого, — Хань Ли глубоко выдохнул. У него было много слов, но ни одно не шло с языка. Всё закончилось коротким вздохом, который тут же растаял в лунном свете.
Лу Юньцзэ кивнул и не стал расспрашивать. Он слышал всё, что происходило внизу, и мог лишь подивиться тому, как лихо судьба играет людьми.
Хань Ли стоял на крыше. Острая черепица неприятно давила на ступни. Он смотрел на луну и вспоминал былое величие клана Мо. Мо Юйчжу, Мо Фэнъу, Мо Цайхуань…
Всё это обратилось в прах, унесенный ветром.
— Почему всё именно так? — Тихо спросил Хань Ли. То ли Лу Юньцзэ, то ли самого себя.
Наверное, только он знал, какое место в его сердце занимала эта старшая сестра, которой он когда-то, в юности, симпатизировал. А теперь от тех чувств не осталось и следа.
На самом деле, его задело не то, что Мо Юйчжу вышла замуж за врага. Куда больнее было видеть, как она закрывает собой этих отца и сына, вымаливая для них пощаду.
Гибель семьи, разлука с сестрами, смерть или исчезновение всех близких… Неужели эта кровная обида для нее ничего не значит?
Хань Ли не мог этого понять. Его мысли запутались, превратившись в неразрешимый узел.
— Почему? — Повторил он.
— Возможно… она просто смирилась, — тихо произнес Лу Юньцзэ.
Хань Ли замер. Эти слова, подобно вспышке молнии, прорезали тьму в его голове, оставляя после себя звенящую ясность.
Мо Юйчжу всего лишь смертная. Женщина, сведущая лишь в медицине.
Что она могла противопоставить семье Ли? Вратам Пяти Цветов? Горе Духовных Зверей?
Ей оставалось только покориться судьбе. Большинство людей именно так и живут: сначала смиряются, а потом учатся мастерски обманывать себя.
Хань Ли глубоко вдохнул прохладный ночной воздух и посмотрел вдаль.
Мо Цзюйжэнь, Ли Хуаюань, мастер Хун Фу… Казалось бы, его жизнь никогда не принадлежала ему самому, но в то же время никто не мог полностью подчинить его себе.
Даже перед лицом врага, который казался несокрушимым, Хань Ли никогда не опускал руки. Он раз за разом использовал все доступные средства, хитрил, изворачивался и буквально вырывал свою жизнь из чужих рук.
Такая смелость – удел немногих. К сожалению, у Мо Юйчжу ее не оказалось, и она сдалась.
Неужели она и вправду верила, что отец и сын Ли не причастны к гибели клана Мо? Глупости. Она не дура, она просто предпочла ложь правде.
Осознав это, Хань Ли вновь взглянул на сияющую луну.
— Лу Юньцзэ, помнишь, ты спрашивал меня, ради чего я совершенствуюсь? Тогда я ушел от ответа. Но теперь я готов его дать.
Хань Ли едва заметно улыбнулся, вспоминая пройденный путь.
Жадные взгляды Мо Цзюйжэня, мечтавшего заполучить его тело; холодное безразличие Ли Хуаюаня, сделавшего его ставкой в споре; надменность Хун Фу, которая из-за минутной прихоти толкнула его в смертельную ловушку…
А до этого – Ву Янь, попавший в школу Семи Искусств по связям, или тот старик Е из Долины Желтого Клена, отнявший его пилюлю Основания. Подобных случаев было не счесть.
— Я совершенствуюсь, потому что не желаю мириться с судьбой!
Его голос в ночной тишине прозвучал спокойно и уверенно.
Лу Юньцзэ резко распахнул глаза. Стрёкот насекомых мгновенно смолк.
Серебристый диск луны начал наливаться красками, превращаясь в невообразимый, исполинский глаз. Вслед за ним среди звёзд проступил и второй.
Внизу, под крышей, отец и сын Ли застыли на пороге комнаты. Позади них Мо Юйчжу прижимала к себе младенца. Огонь свечи перестал колебаться. Всё вокруг превратилось в гиперреалистичный снимок, навеки застывший во времени.
На крыше одежда Хань Ли, взметнувшаяся от порыва ветра, так и осталась висеть в воздухе неподвижными складками.
Время остановилось.
Лу Юньцзэ медленно поднялся. Пара гигантских глаз, одновременно знакомых и чужих, медленно приближалась. Они казались безграничными, занимая собой весь небосвод.
— Приветствую, — с улыбкой произнес Лу Юньцзэ.
На его лице не было и тени удивления. Казалось, он давно ждал встречи с этим существом.
— Даже не знаю, сказать ли «давно не виделись» или «рад знакомству»? Небесный Владыка Хань!
Огромные очи взирали на него с высоты небес, но слова Лу Юньцзэ не вызвали в их глубине ни малейшего отклика.
— Это решение ты принял сам. По крайней мере, тот ты, которым ты когда-то был, — на губах Лу Юньцзэ заиграла ироничная усмешка. — Я всё никак не мог понять. Ты ведь должен знать его лучше всех. Как же ты забыл? Больше всего в жизни он ненавидит, когда его судьба оказывается в чужих руках. А сейчас ты сам пытаешься влиять на его путь.
— Что, стоило стать великим предком, как ты забыл, кем был в начале?
— Ты ведь бессмертный, вылезший из грязи мира смертных. Ты – владыка, который поднимался с самых низов, шаг за шагом. Как ты мог забыть собственный нрав?
Колоссальные глаза по-прежнему взирали на него с ледяным равнодушием.
Лу Юньцзэ продолжал насмешливо улыбаться. Он уселся на черепицу и открыто посмотрел на этого исполина, одного взгляда на которого хватило бы, чтобы лишить рассудка любого смертного.
— Брось эти штучки. Еще в прошлый раз я понял: ты можешь влиять лишь на временную линию этого мира. А я – чужак, у меня своя собственная линия времени. Словно независимый отрезок на бесконечной прямой.
— Ты можешь менять события вокруг, чтобы косвенно воздействовать на мой отрезок, но напрямую повлиять на него ты не в силах.
— Именно поэтому ты смог натравить на меня монстров в запретной земле, подстроить встречу с Ли Уя и мастером Золотого Талисмана. Но ты не можешь просто стереть меня или создать врага, с которым я заведомо не справлюсь.
— Хотя нет. Точнее будет сказать: ты не можешь влиять на по-настоящему сильных существ.
— В тот день в запретной земле был некто, способный противостоять ограничениям высокой башни, но ты его не тронул. Подозреваю, чем сильнее практик, тем больший вес он имеет в линии времени этого мира. Любое вмешательство вызовет слишком мощную цепную реакцию. И если ты не хочешь разрушить эту реальность, ты не можешь играть сильными людьми так же легко, как низкоуровневыми зверями.
— А теперь, когда я достиг стадии Заложения Основания, значимость моего «отрезка» возросла. Вот почему в прошлый раз тебе пришлось явиться лично, чтобы припугнуть меня.
— Точно так же, как и сейчас.
В вышине небес, в гигантских глазах наконец промелькнула тень перемен. Окружающее пространство начало сжиматься и складываться, будто бесчисленные слои хрупкого стекла накладывались друг на друга.
Лу Юньцзэ оказался зажат между этими слоями, не в силах шевельнуть даже пальцем.
Но он продолжал улыбаться.
Он выиграл этот спор!
Всё было так, как он и предполагал: этот так называемый Небесный Владыка не мог стереть его саму временную линию. Иначе он бы исчез в то же мгновение. А сейчас божеству приходилось прибегать к грубому физическому уничтожению.
Но как такой поступок отразится на всей истории мира?
Под издевательским взглядом Лу Юньцзэ мир вокруг начал стремительно рушиться.
Мир людей издал предсмертный стон, и волна кромешной тьмы мгновенно поглотила каждый его уголок.
В глазах Лу Юньцзэ потемнело, реальность стерлась.
Через секунду серебристый лунный свет вновь коснулся его лица.
— Я совершенствуюсь, потому что не желаю мириться с судьбой.
Хань Ли стоял в лунном сиянии, и голос его был тверд.
— Ха-ха-ха!
Лу Юньцзэ повалился на черепицу, заливаясь безудержным смехом под холодным светом луны.
Обновлено: 23.01.2026