Сто лет старик убивал себя тренировками — и не одолел жалких полшага до седьмой ступени. Плюнув на бессмысленную гонку, Го Фэйлун выменивает себе город и уходит на честно заслуженный покой: жениться и плодить наследников. Но едва он объявляет себя владыкой, в груди пробуждается древний треножник рода — и выясняется, что каждая новая жена и каждый ребёнок дают ему мощь, способную свалить врага на две ступени выше. Здесь гарем — не блажь, а оружие, а многодетность страшнее любого артефакта. Сколько кланов пожалеют, что недооценили пенсионера?

Сто лет старик убивал себя тренировками — и не одолел жалких полшага до седьмой ступени. Плюнув на бессмысленную гонку, Го Фэйлун выменивает себе город и уходит на честно заслуженный покой: жениться и плодить наследников. Но едва он объявляет себя владыкой, в груди пробуждается древний треножник рода — и выясняется, что каждая новая жена и каждый ребёнок дают ему мощь, способную свалить врага на две ступени выше. Здесь гарем — не блажь, а оружие, а многодетность страшнее любого артефакта. Сколько кланов пожалеют, что недооценили пенсионера?