Глава 39 — Глава 39

Пак Сонпхиль, откашлявшись, набрал номер. Он сто лет не звонил ей – всё больше сообщения да переписка в мессенджерах. «Рабочий день давно кончился, должна взять трубку», – подумал он. — Сонпхиль? Какими судьбами? В трубке стоял такой гвалт, будто она сидела посреди шумного застолья. — Ужинаешь? — Корпоратив. Отмечаем конец проекта, вот, выпиваем. А что? Долго будешь? — Пару минут. Если занята, я перезвоню. — Не–а, я вышла поговорить. Выкладывай. — Гм–м… — Сонпхиль помедлил. Собеседницу на том конце провода звали Сон Хебин. Когда он только начинал свой путь в индустрии развлечений, его первой подопечной стала именно она. Их связывала давняя дружба. Больше десяти лет, как–никак. Когда–то Сон Хебин была известной сольной танцевальной исполнительницей. Её песни знал почти каждый… правда, в основном те, кому сейчас от двадцати пяти до тридцати с хвостиком. Она давно ушла со сцены. — Я сейчас создаю гёрл–группу. — Серьёзно? Ты открыл своё дело? — …«Участвую» в создании гёрл–группы. — Тьфу ты. А я уж думала, венок поздравительный заказывать. И кто это тебя допустил до продюсирования с нуля? — Я уже не тот Пак Сонпхиль, что у тебя на побегушках был, сестрица. — Ладно–ладно, поздравляю. Контора, небось, мелкая? Раз уж его позвали заниматься продюсированием, значит, компания и впрямь небольшая. Этот логичный вывод одновременно и злил, и восхищал своей точностью до дрожи. — Да не важен размер компании. Если вкалывать и делать всё по уму, звёзды и в маленьких агентствах зажигаются. Дерзай, парень. — Спасибо на добром слове. — Так чего хотел? Сразу говорю, у меня нет связей, чтобы пропихнуть кого–то на телик или в рекламу. А, или ты хочешь замутить совместный пиар с нашими ребятами? Даже не думай! — Я что, похож на такого подлеца? — Тогда что? — Я набрал четырёх стажёров. Пора уже думать о составе. — А, точно. Сколько человек в группе будет. У вас что, плана не было? — Планы на состав – дело житейское: то появляются, то рушатся, и так по кругу. — Но четверо – это слишком мало. — Вот и я так думаю. Потому и хотел с тобой посоветоваться. У тебя же чутьё на это дело. Сейчас Сон Хебин работала в дизайнерском отделе крупного агентства, занималась мерчем и оформлением альбомов. Благодаря знакомству с президентом компании она начала учиться этому с азов и со временем выросла в полноценного специалиста. Учитывая её прошлое танцевальной исполнительницы и долгую работу в команде дизайнеров, которая должна тонко чувствовать тренды, её взгляд на рынок должен был быть безошибочным. — Даже если ты сейчас спросишь, мне особо нечего сказать… — Может, встретимся как–нибудь? Дашь пару советов? Насчёт концепции группы и всего такого. Мечта Сонпхиля – продюсировать айдолов. Но он не бог, чтобы решать всё в одиночку. Разве можно добиться успеха, просто скопировав популярную в будущем группу и представив её сейчас? Конечно нет. Даже если идеально подогнать все условия, время и момент, точного повторения результата не будет. В конце концов, Сонпхиль один не мог гарантировать успех. Ему нужен был союзник, который помог бы вести продюсирование. «Хебин и музыкальную индустрию изнутри повидала, и в дизайне работает, так что в трендах разбирается. Но что важнее всего…» Она – женщина. Сонпхиль не понимал, как смотрят на вещи женщины. А в индустрии айдолов бытовало мнение: «Создай группу, которая понравится девушкам, и парням она тоже зайдёт». Большинство потребителей айдол–контента – девушки. Нужен был человек, способный проанализировать, какие именно моменты цепляют женскую аудиторию. «Президент говорил, что никогда не фанател от гёрл-групп». — Ты так говоришь, будто я какой–то эксперт. Спасибо за доверие, конечно, но у меня нет никакого особого дара предвидения. — Ну и что? Просто встретимся, поужинаем, поболтаем. Давно не виделись. Он очень хотел переманить Сон Хебин в Garo Entertainment. А если не получится – пусть хотя бы порекомендует кого–нибудь с похожими навыками. «Позже ведь она и сама занялась продюсированием». В будущем Сон Хебин, заявив, что ей всё осточертело, уволится из компании. И продаст все акции агентства, накопленные за время карьеры. Пару лет спустя она вложит эти деньги в другое агентство и станет там директором. Используя своё влияние, подкреплённое деньгами, она создаст группу по своему вкусу, и та выстрелит. Сонпхиль и сам часто слушал их музыку. Значит, их вкусы совпадали. — Сонпхиль. Сразу предупреждаю. — О чём? — Даже не думай просить меня познакомить тебя с кем–нибудь. Мне бы самой кого найти… — Да когда я такое говорил?! — Да нет. Просто в моём возрасте все вокруг только и просят, что с кем–то свести. После тридцати с этим туго становится. И все думают, что я тут знаю кучу молодёжи. Смешно, правда? Самим за тридцать, а познакомиться хотят с двадцатилетними. — У меня и в мыслях такого не было, так что расслабься и просто приходи. — Наш Сонпхиль. Смотрю, неплохо устроился. А меня со своей девушкой познакомишь? — Нет у меня… никого. — Тебе же как раз тридцать, да? Самое время. Ищи скорее! Потом жалеть будешь, да поздно станет! Совет на вес золота. Ведь в прошлой жизни Сонпхиль был так поглощён работой, что о браке и не помышлял. Даже если у него появлялись отношения, он быстро разрывал их из–за усталости и снова с головой уходил в дела. Вспоминая об этом сейчас, он горько жалел. — Я сам разберусь. — Так когда встречаемся? — Когда тебе удобно. — Давай в субботу. Выпьем, да? — Если ты хочешь. — Ты чего такой пассивный стал? Раньше, чтобы со мной выпить, ты на все пьянки, где я была, притаскивался… — Так, всё, не было такого. Кладу трубку. — Вот уж точно, лягушка не помнит, как головастиком была. А сестрице–то обидно. Он повесил трубку. Давно он не испытывал ничего подобного. «Чувство, будто злость проходит через сердце, пронзает мозг и опускается к самым пяткам…» Сколько же она над ним издевалась. «И всё же приятно было снова услышать её голос, – подумал он. — Хорошо, что у неё всё в порядке». * * * — Рика, пойдём есть тонкацу. — Тонкацу?! Рика тут же подскочила к Сонпхилю с энтузиазмом щенка, встречающего хозяина после долгой разлуки. Казалось, отведи он её на шведский стол в отеле – она и на колени бухнется. — Тонкацу – это я для примера. Пойдём просто поедим чего–нибудь вкусного. — Ну вот, опять! Опять только Рику выделяет, – донеслось от Чо Ары. — И Ара тоже, пойдём. — Ну, раз такое дело… придётся и мне побыть любимицей… — Ты чего так говоришь? — А? Это из–за Рики, что ли? Я… я что, заговорила как отаку? Пэк Сольха и Чан Хаян, старшие в группе, непонимающе уставились на Сонпхиля. Их взгляды так и говорили: «Он что, и правда поведёт только Рику и Ару?» — Все идём. Пойдёмте все вместе. — А нам можно такое есть? — спросила Пэк Сольха. — Можно. Сегодня особенный день. — Версия детектива Чо Ары: у этого дяденьки день рождения. — Не–а. — Версия провалилась. Четыре девушки, обрадованные внезапным походом в ресторан, гурьбой высыпали из офиса. На улице Хан Гуин как раз что–то убирал в багажник и с глухим стуком захлопнул крышку. — Все вышли? — спросил он. — Да. Я повезу Сольху и Рику. — Ну вот, опять! Хоть убей, а всё равно Рика и Сольха–онни. Похоже, он любит нас в том порядке, в каком мы пришли в компанию. Хаян–онни, согласна? — Нет, – отрезала Чан Хаян. — …Что? Категоричный ответ Чан Хаян немало смутил Чо Ару. — Тогда я заберу только Ару, – сказал Сонпхиль. — Господин директор Хан, остальные на вас. — Э–э? Хан Гуин усадил в свою машину Рику, Пэк Сольху и Чан Хаян. А Сонпхиль, взяв с собой только Чо Ару, поехал в сторону общежития. — Э–э? И правда только я одна? — Ара, – ровным тоном начал Сонпхиль. — Будете ругаться? — Даже в шутку не пытайся выстраивать иерархию между участницами. Ни я, ни президент, ни господин директор Хан никого не выделяем. — …Я знаю. — Но знаешь, если постоянно думать в таком ключе, в конце концов начинаешь в это верить. Впредь будь сдержаннее, договорились? Чо Ара молча кивнула. В Garo Entertainment роль «злого полицейского» исполнял Сонпхиль. Сколько ни вводи правила, стажёры не всегда им следуют. Приходилось отчитывать не только за нарушение устава, но и за любое поведение, идущее вразрез с атмосферой в компании. И эта роль досталась Сонпхилю. Был бы в штате сотрудник помладше, он бы свалил это на него, но пока что этот крест приходилось нести самому. Сонпхиль и сам хотел бы говорить только приятные вещи. — Раз поняла, то хорошо. Всё её приподнятое настроение как ветром сдуло. Слова Сонпхиля действовали на неё сильнее, чем на остальных. Стоило ей получить даже самое незначительное замечание, как она весь день ходила с понурыми плечами. Обычно утешать её выпадало на долю Хан Гуина, но не сегодня. — Ара. Открой бардачок. Чо Ара, стараясь выглядеть невозмутимой, открыла ящик. Внутри лежал бумажный пакет. — Подарок. — Ась? Внезапно? Подарок? — Открывай. Чо Ара, не веря своим ушам, заглянула в пакет. Внутри оказалась большая жёлтая коробка. Увидев надпись на ней, девушка ахнула. — Yajasu Friends! Это были маскоты Yajasu, главного мессенджера страны. В Корее не было человека, который не знал бы Yajasu Friends. Они шли в базовом наборе стикеров, так что их знали все. — Я… я… я их обожаю! Ох, это же… — Правда? Я просто купил то, что, как мне показалось, тебе понравится. Рад, что угадал. — За что? Почему? Зачем вы мне это дарите? — Помнишь, ты недавно хотела дотронуться до моих волос? А я отбил твою руку. Подумал, что это было довольно бессердечно с моей стороны. Даже сам Сонпхиль понимал, что мог тогда сильно обидеть Чо Ару. Представим, что вы в знак дружелюбия хотели похлопать кого–то по плечу, а тот резко отбил вашу руку. Каково бы вам было? Сонпхилю бы это точно не понравилось. Более того, чем теплее были ваши отношения, тем сильнее был бы шок. — Я… я ведь… Чо Ара всё ещё не могла прийти в себя от неожиданного подарка. Пробормотав что–то нечленораздельное, она вдруг громко рассмеялась и принялась колотить Сонпхиля ладонями по плечу. — Да я даже не думала о такой ерунде! — Эй, эй! Я за рулём! За рулём! — Ой, ну что за человек! Вы из–за этого переживали? Из–за меня, такой незлопамятной? Как вы с таким мягким сердцем вообще живёте? Насчёт незлопамятности он бы поспорил, но то, что она ходила понурая, было фактом. Но сейчас Чо Ара сияла улыбкой во весь рот, словно ничего и не было. Это была такая бурная радость, что у дарителя невольно расправлялись плечи. — Открывай дальше. Улыбка не сходила с её лица. А когда она открыла коробку, то засияла ещё ярче. — Чехол для мобильного! На нём был изображён кролик в виде яичного рулета, обнимающий телефон. Но это было ещё не всё. — Плед для коленей! Ой, и подушка для сидения! И… и даже плед–накидка?! — Там ещё есть. — И значок… и кружка?! Я сейчас умру! От её пронзительного визга, похожего на крик дельфина, Сонпхиль вздрогнул. Чо Ара заливисто хохотала и даже топала ногами от восторга. — Аха–ха–ха! Кайф, я реально сейчас помру от счастья! Спасибо вам огромное! А–а–а, с ума сойти. Хе–хе. Сонпхиль молчал. Становилось страшно. В будущем Чо Ара тоже обожала Yajasu Friends. Обожала до такой степени, что раз в неделю заходила в фирменный магазин и скупала всё, что попадалось на глаза. Однажды ему довелось побывать у неё дома, и он был поражён: вся её комната была завалена мерчем Yajasu Friends. Он до сих пор отчётливо помнил, как обомлел при виде восьми подушек–обнимашек на её кровати. Знал бы он, что ей это так понравится, прихватил бы что–нибудь, когда делал предложение о вступлении в группу… — За такие подарки я готова от вас и пощёчину стерпеть! Что тогда купите? Десять подушек–обнимашек? Сто?! — Я не бью людей. — А–ах, ха–а–а… Господи, до чего же ей нравится. Обнимая плед, она начала издавать странные стоны. Сонпхилю стало не по себе, и ему захотелось сбежать. К счастью, они быстро добрались до места. — Убери всё обратно в пакет. А остальным… — лучше не говорить, – подумал он. Подарки нужно либо дарить всем, либо тайно – кому–то одному. Если Чо Ара растреплет на каждом углу, что получила подарок от Сонпхиля, другие участницы могут почувствовать себя обделёнными. Пусть даже у этого подарка и была веская причина. — Не скажу. Зачем мне разорять ваш кошелёк? К счастью, Чо Ара, похоже, и не собиралась никому рассказывать. Она понимала, как другие воспримут подарок, полученный в одиночку, пусть даже он и был извинением. — Но я правда не обиделась тогда. «Конечно, теперь-то, после подарка», – подумал он. — А вы, оказывается, более ранимый, чем кажетесь. С таким подходом вам придётся всем в компании подарки покупать. — И не говори. — А насколько сильно вы не любите, когда трогают ваши волосы? — Да не то чтобы не люблю. Я просто за рулём был. «Всё из-за тебя из будущего», – сказать он, конечно, не мог. Чо Ара протянула руку к его голове, словно собираясь погладить диковинного зверька. Мгновение спустя её ладонь мягко опустилась на волосы Сонпхиля. — И правда. — Я что, дикий зверь? — Пока ещё шевелюра густая. — Хватит, пойдём. Ай, прекрати трогать. Ещё выпадут из–за тебя. Припарковавшись у общежития, они собрали всех девочек вместе. Первое, что бросилось им в глаза, была вывеска. — «Кукпап Ханмаым»? Мы будем есть здесь? Сонна, усо! — Рика, ты не любишь кукпап? — Вы обещали тонкацу, а привели на кукпап, конечно, я недовольна! Рика относилась к еде со всей серьёзностью. Наверное, потому, что обычно ей не позволяли есть всё, что хочется. Пока девушки предавались мечтам о еде, Сонпхиль и Хан Гуин достали из багажника… чистящие средства. Они были в коробках, так что стажёры пока ничего не заметили. — Поднимаемся. Сонпхиль и Хан Гуин пошли вперёд. Девушки недоуменно переглядывались. Сонпхиль поставил коробки на пол и достал ключ. — Это ваше общежитие. На несколько мгновений воцарилась тишина. Первой отреагировала Рика. И её реакция была… неожиданной. — Значит… мы и правда дебютируем… Она расплакалась.