Глава 126 — Глава 126

Чон Джиым варил кимчиччигэ из пакетика. Глядя на булькающее в кастрюле варево, он набрал номер отца. — Да, пап. Как раз собираюсь. Ты уже поел? Кимчиччигэ было готово. Чон Джиым осторожно взял кастрюлю и перенес ее на стол. Проходя в дверь, он не забыл пригнуться. Поставив перед собой дымящийся рис и суп, Чон Джиым продолжил разговор. — Да нет же, не нужны мне деньги. Я просто позвонил узнать, как ты, а ты все о деньгах… Его отец до сих пор не мог поверить, что Чон Джиым зарабатывает на жизнь музыкой. Он считал, что сын в последнее время просто притворяется веселым, чтобы не волновать родителей. В такие моменты Чон Джиыму становилось тошно, и он невольно вспоминал, каким жалким был до прихода в Garo Entertainment. — Да, у меня все отлично. И еще… — Чон Джиым осекся. Ему предложили работу в KS Энтер. Так хотелось поделиться этой радостной новостью. Похвастаться, что его сын такой способный, такой молодец. Отец бы обрадовался. Ведь ничто так не радует родителей, как успех их ребенка. — … Но Чон Джиым не мог вот так просто выложить эту новость. Переходить в KS Энтер? Он еще не решил. Условия, предложенные Чон Хохваном, были головокружительными, но принять решение оказалось нелегко. Потому что привязался к Garo Entertainment? Возможно. И когда Рика, размахивая контрактом, умоляла его не уходить, сердце Чон Джиыма и вправду дрогнуло. Но дело было не только в этом. Куда сильнее его терзали слова Сонпхиля: «Опыт восхождения с самого дна на вершину». Чон Джиым снова и снова прокручивал в голове это предложение. Ни денег, ни конкретики, ни даже гарантий на будущее. Одни слова. — …А, нет, ничего. Хотел что–то сказать и забыл. Какая еще цифровая деменция? Не слишком ли жестоко с единственным сыном? Закончив разговор, Чон Джиым взял ложку, но тут же снова схватился за мобильный. — Алло. Да, это Чон Джиым. * * _ В субботу Сонпхиль встретился с Чон Хохваном. Ему было любопытно, где пьют директора уровня KS Энтер, но это оказалась обычная идзакая. — Вы так явно разочарованы. Мне стоило отвести вас в рётэй? — Вовсе нет. Какая разница, где мы, если я в компании такого выдающегося человека? — Ого, сразу видно, что вы начинали с менеджера. Красноречивы. Смешавшись с толпой, они обменивались тостами. Темой разговора, разумеется, были айдолы. — От рок–звезд, поп–звезд и бэндов мы пришли к группам. Формат айдол–групп существовал в Англии, США, Японии и раньше, но нигде его не довели до такого совершенства, как в современной Корее. Чон Хохван излагал свои взгляды на айдолов, и Сонпхилю было интересно его слушать. — Айдолы далеко превзошли всех кумиров прошлого. Кто бы мог подумать, что можно создать группу, в которой внешность, вокал и танец отточены до совершенства? Если к этому добавить еще и посыл – вообще идеально, но в Корее это труднореализуемо. Это, можно сказать, внутреннее ограничение самого концепта айдолов. Но с этим ограничением можно мириться. — Вы хотите сказать, что айдолам не хватает артистизма? — Именно. Ожидать от них еще и творческой жилки – это уже перебор. Похоже, Чон Хохван был против того, чтобы делать из айдолов артистов. Вернее, он считал, что у них мало шансов вырасти в таковых. Это становилось ясно из того, как настойчиво он использовал слово «ограничение». Сонпхиль взволнованно поделился с ним своими убеждениями, надеясь найти сочувствие. — А я мечтаю об айдолах–артистах. Поэтому стараюсь развивать у ребят творческие способности. — Ах да, вы же говорили, что прислушивались к мнению участниц при создании клипа и подборе стиля. Смелый шаг. И успешный. Похвала от кумира воодушевила Сонпхиля. Он хоть и считал его соперником, но это было из–за уважения. Он не видел в нем просто врага. — Да. Поэтому я учу Рику писать музыку и призываю остальных участниц тоже участвовать в процессе. Позже планирую научить их играть на инструментах. А Ару в следующем году хочу отправить в танцевальную академию в США, чтобы она могла развиваться в хореографии. — В США? В какую? — Есть такая Пост Мувмент Академи, ее основал один известный танцор. Туда… — Ха–ха, конечно, важно, чтобы их творческие способности выглядели впечатляюще. Но все же не стоит слишком усердствовать. Сказав это, Чон Хохван весело осушил свой бокал. И в этот момент Сонпхиль почувствовал что–то неладное. «„Выглядели впечатляюще“? А не „развивать“?» — Игра на инструментах, написание музыки – все это элементы, которые нравятся фанатам. Достаточно отточить то, что на виду, а углубляться слишком серьезно не стоит. Разрыв. В мыслях, в разговоре, в убеждениях. Между ними выросла стена, от которой отскакивали слова. Сонпхиль это понял. — Нет, я… я действительно собираюсь доверить творчество самим участницам. — Что? — по его лицу было видно, что и Чон Хохван заметил этот разрыв. Опустошаемые бокалы замерли. — Господин директор Чон, разве вы не говорили, что учите участников Chaos играть, писать музыку и тексты? В статьях писали… — Это делается исключительно для картинки. Для фанатов, которым хочется думать, что их обожаемый кумир умеет и такое. — … — Чон Хохван криво усмехнулся, глядя на ошеломленного Сонпхиля. — Господин директор Пак. Корейская айдол–система стремится к совершенству. — Отбирают стажеров с идеальной внешностью. — Их вокалу обучают лучшие тренеры. — Их танцам обучают лучшие хореографы. — Для них пишут песни лучшие композиторы. — Для них ставят танцы лучшие постановщики. — Для них пишут тексты лучшие авторы. — Их одевают лучшие стилисты. — Над их макияжем и прическами работают лучшие визажисты. — Лучшие режиссеры сцены, клипмейкеры, сценаристы и так далее. — Собирают все лучшее, чтобы создать лучшее. — Самому айдолу в этом процессе места нет. — Зачем айдолу, не будучи профессионалом, писать музыку, если есть профессиональные композиторы? То же самое касается и всего остального. Должно быть, именно поэтому корейские айдолы и добились мировой популярности. — Айдолы – не артисты, господин директор Пак. — … — Айдолы, которые ушли из групп и дебютировали соло. Те, кто, возомнив себя артистами, самонадеянно полезли в продюсирование. Почти все они плохо кончили. Это плата за отказ от профессионального продюсера и расплата за дерзость. Чон Хохван повторил снова. Айдолы – не артисты. — Это как с актерами: они не режиссеры. Иногда кто–то совмещает, но это единичные случаи. Сонпхиль молча потягивал выпивку. — И все же ваши идеалы прекрасны. Даже ностальгия пробирает. Словно слушаю истории о моих любимых бэндах и поп–звездах из прошлого. О тех легендах, что вместе с друзьями пробивались с самых низов местной сцены на вершину. — Не говоря уже о прошлом, в США и сейчас так, – добавил Чон Хохван. — Завоевать популярность на местной сцене, подписать контракт с лейблом и пробиться в мейнстрим. Такое возможно только в США, где есть инфраструктура для множества самобытных артистов. Это, безусловно, прекрасно. Свободная и открытая система и вывела Америку на вершину поп–культуры. Но Корея так не может. У нас и людей меньше, и инфраструктура слабее, во всем мы уступаем США. В Корее такое невозможно. Поэтому корейскую индустрию развлечений должна вести за собой горстка элиты. Так было всегда. Иначе такой маленькой стране не выстоять в борьбе за мировой рынок. — Я понимаю. В историях о гениях есть своя магия. И желание воскресить этих гениев в наше время мне тоже понятно. — …У нас с вами разные взгляды. — Вот именно. Чон Хохван посмотрел на прохожих за дверью заведения. В основном это была молодежь. — Когда–то, на заре эпохи айдолов, мои идеи были самыми передовыми. Те, кто цеплялся за «артистизм», канули в лету, а те, кто выстроил системный подход к созданию звезд, взошли на вершину. Как я, например. Но… поколения меняются, и вот появляются такие люди, как вы, господин директор Пак. Надеюсь, вас не постигнет участь моих предшественников. «Уважаю, но не поддерживаю». Дальнейшая посиделка проходила в неловкости. Сонпхиль не стал вступать в жаркий спор и опровергать его слова. Убеждения, выкованные годами и опытом, не сломить никакими доводами. Не станет же Чон Хохван после пары фраз тридцатилетнего Сонпхиля кивать: «Да, вы правы». Поэтому Сонпхиль предпочел промолчать. Они вышли из заведения. — Приятно было провести с вами время, господин директор Пак. — Мне тоже. Надеюсь, еще увидимся. Попрощавшись, они развернулись и пошли каждый своей дорогой. — Господин директор Пак! — вдруг громко окликнул его Чон Хохван. — Я, может, и нет, но ваши идеалы привлекут многих. Например… — Что? — Но Чон Хохван вместо ответа лишь помахал рукой. Сонпхиль не стал переспрашивать и только кивнул. По пути к машине на душе у Сонпхиля было неспокойно. «И этот человек создал Chaos? Вершину будущих гёрл-групп?» Если так, то, возможно, Чон Хохван прав. И его слова о том, что айдолы – не артисты, тоже верны. В конце концов, разве не он сам взращивал стажеров в жесткой системе, чтобы в итоге создать айдолов? — Нет. — Он был прав. Сегодняшний разговор с кумиром не пошатнул убеждений Сонпхиля. И Чон Хохван все дальше отдалялся от образа кумира в его глазах. Теперь он был лишь ложным идолом, которого предстояло низвергнуть. * _ — Я подпишу контракт, – с такими словами встретил Хон Гюхон Чон Джиым в понедельник утром. — С нами? — Хон Гюхон была потрясена. Вообще–то, когда он сегодня вошел в кабинет, она была уверена, что Чон Джиым пришел сообщить об уходе. Что–то вроде: «Ха-ха-ха, раз я ухожу в KS Энтер, то наши пути с Garo Entertainment расходятся! Было весело!». Она была уверена, что так и будет… — Вы становитесь эксклюзивным музыкальным продюсером Garo Entertainment? — Да! Хон Гюхон осторожно задвинула ногой под стол торт. Она купила его заранее для прощальной вечеринки на случай, если он все–таки уйдет в KS Энтер. А за дверью ее кабинета уже ждал Хан Гуин с шампанским. — Давайте подпишем прямо сейчас! — Э–э, да. Спасибо. Хон Гюхон пожала Чон Джиыму руку. Из–за разницы в росте более тридцати сантиметров ей пришлось так задрать голову, что затекла шея. Хон Гюхон вышла из кабинета и позвала Хан Гуина и Сонпхиля. Те ворвались с шампанским и хлопушками. Чон Джиым был тронут. — Это… это все для меня? — Поздравляем с переходом в KS Энтер! — …?? — Поздравля–я–яю… — надувшись, выпалил Сонпхиль и дернул за шнур хлопушки. Конфетти посыпались Чон Джиыму на голову. — Какое повышение. Надеюсь, у вас там все получится. Вот, открывайте шампанское. — Это наруше–е–ение контра–а–акта! — в кабинет ворвалась Рика. Она размахивала подписанным Чон Джиымом договором и кричала про нарушение. — Предатель! Плати неустойку! Неустойка – сто миллионов! Когда Чон Джиым не отреагировал, Рика перестала капризничать и уныло присоединилась к «поздравлениям». — Смотрите не пожалейте потом! Когда мы получим награду на Билборде, вам ничего не перепадет! На улице встречу – сделаю вид, что не знаю! Чон Джиым лишь улыбнулся и стряхнул с волос кусочки конфетти. — Я… решил официально присоединиться к Garo Entertainment. Господин директор Пак, господин директор Хан, Рика. Надеюсь на вашу поддержку. — Эй, эй, а я в тебя вери–и–ил! В тот день в Garo Entertainment устроили вечеринку. Торт, купленный Хон Гюхон, все–таки пригодился. Правда, на одиннадцать человек его не хватило, и пришлось бежать за вторым. — Теперь вас называть «господин продюсер»? — Можешь звать меня «братиком». — Ого, жутко прозвучало, да? «Можешь звать меня братиком». — Т–тогда просто зовите меня продюсером… — Да ладно, чего вы дуетесь из–за шутки. Буду звать вас братиком. — Ара, а меня? — А вы – дяденька. Участницы группы тоже обрадовались, что Чон Джиым остается. Ведь их дебютная песня «Ani-no» была его творением, а к дебюту всегда относишься с особой теплотой. — Минуточку внимания, – когда вечеринка подходила к концу, Хон Гюхон постучала ложечкой по бокалу. — Теперь в Garo Entertainment официально пять штатных сотрудников. — Э–э–э, а мы тогда кто были?! — А когда сотрудников становится больше пяти, нужно кое–что сделать. — Нас проигнорировали! Мы, видимо, не сотрудники! — Мы должны избрать представителя–директора от рабочих для участия в заседании совета директоров. Никто не понял, о чем речь. — Вы что, устав Garo Entertainment на полке не читали? Его для вас туда и поставили. В углу книжного шкафа, который установил Хан Гуин, и вправду лежала какая–то толстая темно–синяя книга. Разумеется, ее никто не читал. — …Ясно. Директор Хан. Хан Гуин принес устав и зачитал нужный отрывок: — «При штате в пять и более сотрудников для защиты прав трудящихся избирается представитель-директор от рабочих. На заседании совета директоров президент… тут есть приложение. Под президентом не подразумевается наемный профессиональный управляющий, которому делегированы управленческие полномочия…» — Это пропусти. — Слушаюсь. «Представитель-директор от рабочих имеет право голоса, эквивалентное 1/6 голосов президента». Конец цитаты. — Но мы же не акционеры? — Иначе как защищать свои права? «Garo Entertainment, насколько же вы прогрессивны!» — Представитель–директор от рабочих избирается голосо… — не успела она договорить, как Сон Хебин, Мин Гёнсоб и Чон Джиым указали на Сонпхиля. Вслед за ними на него указали и все участницы группы. Увидев восемь пальцев, направленных на Сонпхиля, Хон Гюхон вздохнула. — Голосование тайное… Так Сонпхиль был избран представителем–директором от рабочих сроком на один год. Теперь он стал директором не только по должности, но и по праву голоса. — Спасибо всем. Я приложу все усилия, чтобы защитить ваши права. — Директор, файтинг! У аташи есть предложение! Давайте увеличим выходные до двух дней! — Госпожа президент, вы слышали? Хон Гюхон сощурилась. — Объявляю заседание совета директоров открытым. Кто против предложения о двух выходных, прошу поднять руки. Хон Гюхон подняла руку. — Отклонено большинством голосов. — … — Ну, как–то так это и работает. «Garo Entertainment, ни капли вы не прогрессивны!» — Мы больше не можем терпеть эксплуатацию класса капиталистов! — вскочив на ноги, пламенно воскликнула Рика. — Сколько еще мы будем это терпеть! Я считаю, мы должны объединиться и изменить общество! — Ох, Рика наша. И что ты предлагаешь? — Забастовку! — Рика, ты уволена. — Э–э–э–э?! Рика со слезами на глазах огляделась по сторонам. — Все, все, давайте объединяться! Завоюем права трудящихся! Нам нечего терять, кроме своих цепей, а обретем мы весь мир! — Торт вкусный. — А где такой брали? — В пекарне напротив. Правда, вкусный? За ним с утра очередь выстраивается. Увидев холодную реакцию, Рика преисполнилась решимости. — Аташи… аташи становится коммунисткой! Да здравствует кровавая революция! — Я восстанавливаю тебя в должности. — Я посвящу Garo Entertainment и тело, и душу! Чон Джиым смотрел на этот шумный балаган и думал, что правильно сделал, оставшись в Garo Entertainment. «Вместе мы дойдем до вершины». Такого опыта в KS Энтер точно не получишь. * Сонпхиль и Чо Ара отправились по магазинам. Нужно было купить спортивный тейп. _ — В США он тебе тоже понадобится, так что бери побольше. — Тогда возьму десять штук. — Это уже перебор. Прогуливаясь с Чо Арой, Сонпхиль ощутил легкую ностальгию. В прошлой жизни они часто вот так ходили по магазинам. — Раз уж выбрались, может, поедим где–нибудь? — Нет, не куплюсь. Возвращаемся в компанию есть питательную и здоровую еду господина директора Хана. Когда они уже собирались возвращаться, позвонила Рика. — Директор, помогите! — В чем дело? — Я тут в панике, а вы отвечаете так, будто ничего не случилось. — Ты всегда в панике. — Сонна… И правда. Нет, я серьезно, помогите! — Да в чем дело–то? — Мой брат потерялся! Брат Рики. Кажется, его звали Юто. Точно, родители Рики говорили, что отправят Юто до первого января, чтобы он заодно и поприветствовал компанию от их имени. Хон Гюхон сказала, что это необязательно, но они настояли, что хотят выразить благодарность тем, кто присматривает за их драгоценной дочерью. — Таксист, кажется, высадил его не там! — Так пусть возьмет другое такси. — Мой брат очень осторожный. И трусливый! Он не настолько прост, чтобы дважды попасться на одну и ту же уловку мошенника! «Похоже, в Сеуле он теперь на такси ездить не будет», – подумал Сонпхиль. — Какое еще мошенничество… Водитель такси мог просто ошибиться. — Неважно! Юто как раз оказался недалеко от вас, директор! И Ара–тян тоже с вами! При чем здесь Чо Ара? — Я знаю японский, – пояснила Ара. — О, правда? Рика научила? — Ну, немного. Сонпхиль закончил разговор, и Рика тут же прислала две фотографии: одну – Юто, другую – скриншот карты с его местоположением. — И правда близко. А, так это же улица агентств. Неудивительно, что водитель запутался. — А что, есть компании с похожим на Garo Entertainment названием? — Кто знает. Сонпхиль поехал в указанное место. — Вон он, – показала Чо Ара. Среди толпы выделялся сияющий юноша. Нет, в его лице одновременно уживались черты юного мальчика и энергичного молодого человека. — Вау, сразу видно – брат Рики. Готовая знаменитость. Так, сейчас развернусь и припаркуюсь вон там… — Подождите, – остановила его Чо Ара. В ее глазах блеснул озорной огонек. — Давайте его разыграем. — …С чего вдруг? — Ну он же брат Рики. И что с того, что он брат Рики? Хочется разыграть его именно поэтому? Ужасная логика. — И что ты предлагаешь? — Просто смотрите. Сонпхиль припарковался на противоположной стороне улицы, и они с Чо Арой пешком направились к Юто. Тот сидел на корточках на ступеньках какого–то здания, понуро опустив голову. К нему подошла Чо Ара. — Эй, кисама. * *