Звонок в дверь был резким, вибрирующим, как колокол в храме.Александр вздрогнул.Он ещё лежал, полусонный, завернувшись в плед на диване.
— Кто там?.. — пробормотал он.Но уже слышал, как дверь открылась.Он замер.
Медленно вышел в коридор.В дверях стояла его мать.— Мам?.. — выдохнул он.Она обернулась, улыбнулась тепло, будто ничего странного не происходило.
Мать.Но ведь…Её уже не должно было быть.Он же…
Он нахмурился, но не сказал ничего.— Ладно… — подумал он. — Я всегда могу с этим разобраться. Просто не сейчас.
В квартиру вошли двое мужчин.В штатском. Но сразу было ясно — полиция. Один высокий, лысеющий, в сером плаще. Второй — моложе, с папкой в руке и настороженным взглядом.
— Доброе утро, — сказал старший. — Сергей Павлович. Это мой коллега, Антон Михайлович.— Вы —Крайкович Александр Владимирович?
— Да… — ответил Александр, чувствуя, как по телу разливается холод.
— Вы задержаны по подозрению в убийстве гражданина Свистунова Михаила Александровича.— Что? — он вздрогнул. — Кого?
Имя не вызвало в его памяти ничего.Свистунов Михаил Александрович.Он не знал такого человека.И в этом — было что-то пугающее. Странно знакомое.
— Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде…
Слова доносились приглушённо, как сквозь вату.
Чикитсак… Это имя… нет. Значит, он прячется под другим? Или это очередная маска?
Или всё это — снова ловушка?
Но что бы это ни было —его память при нём.Он знает, кто он.И это значит — он ещё может бороться.
Он не сопротивлялся.Он просто кивнул.И вышел в подъезд, сопровождаемый двумя незнакомыми людьми.Они спускались по лестнице. Мир казался таким обычным, тревожно обыденным.
Александр шёл и думал:
Значит, всё ещё не конец.
Комната была пустой, стерильной. Белые стены, один стол, три пластиковых стула.Александр сидел, сцепив пальцы, глядя в стол. Он уже не чувствовал страха. Только усталость.И какое-то странное — почти спокойное — ожидание.
Дверь открылась.
Вошёл следователь — всё тот же, что представлялся Сергеем Павловичем.На лице — вежливая отстранённость, в руках — папка и планшет.
— Александр Владимирович, — начал он ровным голосом. — Расскажите, зачем вы убили гражданина Свистунова Михаила Александровича?
Александр поднял взгляд, нахмурился.
— Я не знаю, кто это.
— Правда? — следователь не удивился. — Сотрудничество и чистосердечное признание могут повлиять на приговор. Мы это уже проговаривали.Вы можете сэкономить время — своё и наше.
Александр молчал.
Сергей Павлович достал из папки фотографию, положил на стол.На ней — Чикитсак. Живой, улыбающийся, в обычной одежде.Смотрит прямо в камеру.
— Мы уже опросили семью и знакомых. Всё указывает на то, что вы были хорошими друзьями.Плотное общение. Частые встречи.На фото — он?
Александр смотрел на снимок.Грудь сжалась.
— …Да. Это он. Это Чикитсак.
Следователь приподнял брови.
— Чикитсак? Это кличка?
Александр покачал головой.
— Нет. Это его настоящее имя. Его всегда так звали.
— Продолжайте, — спокойно сказал Сергей Павлович, включив диктофон. — Мы слушаем.
Александр медленно выдохнул.Он знал — не поверят.Но не мог не рассказать.
— Этот человек... он исказил реальность.Он создал вокруг меня иллюзию.Построил её, как клетку — с семьёй, друзьями, жизнью, в которой я должен был забыть, кто я есть.Он наблюдал за мной, изучал.Я пытался освободиться. Понять, вырваться.И в какой-то момент понял — он — центр. Он якорь.Пока он жив, иллюзия не исчезнет.
Следователь слегка наклонил голову.
— То есть, вы утверждаете, что гражданин Свистунов Михаил Александрович… исказил реальность?
— Да, — спокойно ответил Александр. — Я хотел вырваться. И единственный способ — убить того, кто её поддерживает.
— Но, как вы сами сказали… — Сергей Павлович выключил диктофон и сложил руки на папке. — У вас не получилось?
Александр кивнул.Голос его стал тише:
— Да. Но я попробую снова.
Следователь смотрел на него долго. Без эмоций.Александр ждал.Он не ожидал сочувствия. Или понимания.Он просто хотел сказать правду.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 09.04.2026