По воспоминаниям Линь И, окрестности ресторана в начале катастрофы были относительно безопасны, а плотность населения — умеренной.
Самое главное — менее чем в ста метрах от ресторана, наискосок от главного входа, рядом с заброшенным газетным киоском, должен был появиться крошечный улей зверей бездны.
По сравнению с малыми и даже средними ульями, которые могли возникнуть в других местах, этот был вполне предсказуем и управляем.
К тому же, Хунфулоу впоследствии должен был стать одним из первых официальных убежищ.
Линь Жуймин и Чжоу Цзинхуа переглянулись. В глазах обоих читалось нескрываемое удивление, смешанное с радостью и облегчением. Их сын всегда был таким разумным, так редко о чем-то просил, а тут не просто согласился, но и заботливо выбрал недорогое и удобное место.
— Отлично! Отлично! Значит, в следующую субботу в обед! Хунфулоу!
Лицо Чжоу Цзинхуа расцвело в улыбке, словно с души упал камень. Она радостно подхватила:
— Завтра с утра мама пойдет и закажет столик! Нужно как следует отпраздновать!
Дата и место банкета были утверждены, и Линь И приступил к более детальному планированию.
Он достал старый блокнот и принялся составлять список приглашенных.
Близкие родственники, соседи, с которыми они часто общались, лучшие школьные друзья…
Каждое имя, ложившееся на бумагу, пробуждало обрывки воспоминаний из прошлой жизни: лица, стертые апокалипсисом, силуэты людей, отчаянно цеплявшихся за жизнь…
Он не мог предупредить их об опасности и уж тем более не мог гарантировать, что каждый из списка сможет прийти на банкет. Конец света — огромное сито, и судьбу не предскажешь.
Все, что было в его силах — в момент начала катастрофы взять под свое крыло тех, кто соберется в стенах Хунфулоу.
А что до тех, кто по какой-то причине не придет…
Линь И молча пожелал им удачи, понимая, что в потоке судьбы каждый делает свой выбор.
…
Какие же проводы из школы без посиделок с друзьями?
Вечер. Только что отгремел баскетбольный матч, и теперь в летнем воздухе витал густой аромат дыма, жареного мяса и тмина, доносившийся от ларька с шашлыками.
Как только Линь И договорился насчет банкета, он тут же обзвонил нескольких друзей и собрал их на эту небольшую встречу.
Несколько разгоряченных после игры, вспотевших парней шумно расселись за столом — сама юность во всей ее красе.
Осушив пару бутылок ледяного пива, Чжан Хаотянь — главная звезда школьной сборной и физрук их класса — принялся спорить с Ли Цзе, отличным игроком из параллели, о том, стоило ли пасовать в последней, решающей, но увы, неудачной атаке. А рядом с ним пухлый парень в цветастой футболке и с модной завивкой на светлых волосах, уже раскрасневшись, взахлеб травил байки из какой-то игры.
Линь И с улыбкой смотрел на этого друга, которому в его прошлой жизни суждено было погибнуть в пасти коррозийного волка бездны в первый же день апокалипсиса.
Это был его сосед по парте, Чэнь Юй.
Чэнь Юй был из богатой семьи, и школьные успехи его не слишком занимали.
Именно поэтому, следуя школьному принципу «бездари без связей сидят на галерке, а бездари со связями — рядом с отличниками без связей», вскоре после начала старшей школы Чэнь Юй и стал его соседом по парте.
На самом деле, Линь И считал Чэнь Юя отличным парнем. Благодаря связям семьи он знал в школе и за ее пределами многих, да и по характеру был справедливым. Пока он был рядом, никто в классе не страдал от задир, но и сам он никогда никого не обижал.
А что до плохих оценок…
Линь И дружил с людьми не за оценки.
Чэнь Юй же в средней школе натерпелся от высокомерных отличников, и когда в старших классах зубрила отнесся к нему по-человечески, они быстро сдружились.
Три года за одной партой — их без преувеличения можно было назвать закадычными друзьями.
«Прости, приятель, сейчас мне придется тебя использовать… но это для твоего же блага», — без малейшего зазрения совести подумал Линь И. Он сделал вид, что просто листает что-то в телефоне, а затем коснулся экрана.
Началось ураганное видео по игре «Темный Великий Мудрец». Бравурная музыка и свист рассекаемого посоха мгновенно заглушили окружающий шум.
На экране мелькал герой в темно-золотых доспехах, вооруженный черным как смоль посохом. Он вихрем проносился сквозь толпы демонов, и его оружие, подобно дракону, сносило все на своем пути. Каждый удар сочился первобытной мощью, способной раскалывать горы и дробить камни.
— Ни фига себе, какая Обезьяна крутая! — не удержался от похвалы Чжан Хаотянь, которого отвлек от спора звук из телефона.
— Так это и есть «Темный Великий Мудрец»? — подался вперед сидевший рядом Ли Цзе. — Слышал, нашумевшая игра. Судя по видео, спецэффекты просто отвал башки!
Линь И с цоканьем языка отложил телефон. Он взял дымящийся шашлычок из баранины, но глаз не отводил от экрана, где повторялось видео. В его голосе звучали идеально выверенные нотки восхищения и тайной мечты:
— Да уж, братец Обезьяна, этот прикид, эта палица… Просто улет! Смотришь, и аж руки чешутся самому такой же раздобыть да помахать где-нибудь в свое удовольствие!
Эти слова упали искрой на сухой хворост.
Глаза Чэнь Юя, заядлого геймера, тут же вспыхнули. Он клюнул, словно рыба на голый крючок.
— Брат И! Наконец-то до тебя дошло! Я же говорил: какой мужик откажется от Великого Мудреца, Равняющего Небо!
Он с такой силой хлопнул по столу, что подпрыгнули пивные бутылки. Сидевшая рядом Чжао Сяовэнь вскрикнула и едва не выронила палочки с наколотым на них жареным баклажаном.
— Брат Юй, полегче! Стол развалится!
Тут же подал голос Ли Цзе. Ходили слухи, что он ухаживал за Чжао Сяовэнь, а потому не упускал ни единой возможности проявить галантность.
Но Чэнь Юю было не до этого. Он выхватил свой новейший складной смартфон и принялся быстро водить пальцем по экрану.
— Сюда, сюда, сейчас я тебе сокровище покажу! Официальный коллекционный артбук, эксклюзивное цифровое издание! Только посмотри на детали «доспеха Равняющего небо»! Эти узоры, эта фактура… Отвал башки!
На экране вращалась высокодетализированная 3D-модель. Холодный блеск металла, хищные звериные морды на наплечниках — все было прорисовано до мелочей.
Линь И наклонился ближе и восхищенно зацокал языком, не скрывая восторга, который, впрочем, тут же сменился ноткой безнадежности и самоиронии:
— Круто, конечно, очень круто. Жаль, остается только слюни пускать, глядя на экран.
С этими словами он поднял свой бокал, предлагая Чэнь Юю выпить еще.
— С моими-то карманными деньгами о таком доспехе Равняющего небо для косплея можно и не мечтать. Забудь про качественную работу, как у тебя на картинке, — мне тут и на один понож не хватит. Максимум, на что я могу рассчитывать, — это какой-нибудь убогий пенопласт, так что ну его.
— Пенопласт? Да какой кайф в таком ходить! — прочавкал Чжан Хаотянь, не отрываясь от шашлыка, чем вызвал всеобщий смех.
— Косплей?
Чэнь Юя словно осенило. Он с грохотом опустил на стол только что поднятый бокал и хлопнул себя по ляжке, да так, что голос его взлетел на несколько тонов выше:
— Брат И, я тебя столько раз звал, и вот наконец-то тебе стало интересно?
— Что ж ты раньше молчал, что тебе эта тема зашла?! Да разве можно носить эти куски пластика? Это же смех один! Если уж делать, то делать как следует!
Обновлено: 21.01.2026