Школьник, который выбивает долги для ростовщиков голыми кулаками, укладывает восьмерых бандитов быстрее, чем варится лапша — а полиция всё равно оказывается на пороге раньше, чем должна. Те, кому он верно служил, сдают его копам без колебаний: таков закон улиц, где преданность стоит меньше разбитой челюсти. Наручники защёлкиваются, но разве кулаки, что крушат толпы, действительно сдаются так легко? Дерзкий боец без имени готов пробить себе дорогу из грязных подворотен на самый верх — туда, где дерутся не за долг, а за титул принца октагона.

Школьник, который выбивает долги для ростовщиков голыми кулаками, укладывает восьмерых бандитов быстрее, чем варится лапша — а полиция всё равно оказывается на пороге раньше, чем должна. Те, кому он верно служил, сдают его копам без колебаний: таков закон улиц, где преданность стоит меньше разбитой челюсти. Наручники защёлкиваются, но разве кулаки, что крушат толпы, действительно сдаются так легко? Дерзкий боец без имени готов пробить себе дорогу из грязных подворотен на самый верх — туда, где дерутся не за долг, а за титул принца октагона.