Лесопромышленник Антон построил состояние на беспощадной вырубке заповедных лесов: подкупал чиновников, нанимал бесправных рабочих, игнорировал любые законы об охране природы и с презрением отвечал критикам, что виноваты сами покупатели мебели и бумаги. Его девиз был прост — кусать первым, пока не начнёшь пожирать целиком, — и с годами компания Антона превратилась в международную империю, оставляющую за собой голую землю и разорённые экосистемы. Ирония настигла его в собственных владениях: лично проследив за незаконной рубкой в заповедной зоне, он погиб под столетним деревом, которое сам же приказал свалить. Последние его слова были не о раскаянии, а о сожалении, что не успел продать бизнес вовремя. Смерть Антона расколола общество надвое — одни оплакивали проницательного бизнесмена, другие праздновали справедливое возмездие, а его состояние по давней шутливой договорённости неожиданно досталось фонду восстановления тех самых лесов, которые он уничтожал. История ставит вопрос без готового ответа: был ли этот человек демоном в человеческом обличье или просто обычным эгоистом, каких немало, — и что происходит дальше с душой, чья алчность пережила даже собственную смерть.

Лесопромышленник Антон построил состояние на беспощадной вырубке заповедных лесов: подкупал чиновников, нанимал бесправных рабочих, игнорировал любые законы об охране природы и с презрением отвечал критикам, что виноваты сами покупатели мебели и бумаги. Его девиз был прост — кусать первым, пока не начнёшь пожирать целиком, — и с годами компания Антона превратилась в международную империю, оставляющую за собой голую землю и разорённые экосистемы. Ирония настигла его в собственных владениях: лично проследив за незаконной рубкой в заповедной зоне, он погиб под столетним деревом, которое сам же приказал свалить. Последние его слова были не о раскаянии, а о сожалении, что не успел продать бизнес вовремя. Смерть Антона расколола общество надвое — одни оплакивали проницательного бизнесмена, другие праздновали справедливое возмездие, а его состояние по давней шутливой договорённости неожиданно досталось фонду восстановления тех самых лесов, которые он уничтожал. История ставит вопрос без готового ответа: был ли этот человек демоном в человеческом обличье или просто обычным эгоистом, каких немало, — и что происходит дальше с душой, чья алчность пережила даже собственную смерть.