**Глава 33. Запретный плод и семейные тайны**
И Цинцзюй только собиралась отстраниться от незнакомца, как тишину сада прорезал низкий, вибрирующий от сдерживаемой ярости голос:
— Что здесь происходит?
Вздрогнув от неожиданности, она вскинула голову и поверх плеча Се Чжиюя встретилась взглядом с Ци Вэйжанем. Его янтарные глаза, обычно холодные и неподвижные, сейчас казались подёрнутыми ледяной коркой. И хотя его лицо оставалось бесстрастным, И Цинцзюй нутром почувствовала: он в бешенстве.
Услышав голос хозяина дома, Се Чжиюй спокойно разжал руки и сделал шаг назад.
— Господин Ци, вы не так поняли. Госпожа оступилась, и я лишь поддержал её, чтобы она не упала.
Он говорил искренне и ровно, глядя прямо в глаза разгневанному мужчине своими светлыми, почти прозрачными очами. И Цинцзюй поспешно подошла к мужу, глядя на него снизу вверх взглядом побитого котёнка:
— Господин, он прав. Я просто споткнулась, не сердитесь, пожалуйста.
«Чего ты так кипятишься?» — пронеслось в её голове.
Ци Вэйжань опустил на неё взгляд и холодно спросил:
— Кто разрешил тебе приходить сюда?
И Цинцзюй закусила губу, в её глазах заблестели слёзы:
— Простите, господин... Я не знала, что сюда нельзя. Это всё моя вина.
«В следующий раз обязательно снова приду».
«Прости, что раскрыла твой секрет».
«Я же говорила, что в сериалах всё врут. Богатый, влиятельный, якобы не интересуется женщинами... Оказывается, у тебя тут классический сценарий трагической любви. Не можешь обладать им открыто — вот и запер беднягу здесь, подальше от чужих глаз».
«Эх, всего один шаг отделяет их... Как он может смириться с ролью простого хозяина, когда смотрит на него совсем не как на подчинённого?»
Ци Вэйжань: «...»
Странно, но его ярость внезапно улетучилась. Он даже не знал, с какого именно пункта её мысленного бреда начать оправдываться.
— Уходи, — сухо бросил он.
И Цинцзюй поджала губы, в её глазах на миг мелькнула обида. Она послушно развернулась и пошла к выходу, то и дело оглядываясь.
«Ну и вали, а я — домой, рабочий день окончен!»
Оглядывалась она не только ради поддержания образа «любящей и раненой жены», но и чтобы подсмотреть, как эти двое будут общаться. В тот момент, когда двери лифта начали закрываться, она увидела, как они сели друг напротив друга.
В душе И Цинцзюй воцарилось смятение. Поведение Ци Вэйжаня совсем не походило на отношение к обычному садоводу. Между этими двумя явно была какая-то химия. Впрочем, её это интересовало лишь как повод для сплетен.
«Хе-хе, пойду-ка лучше посчитаю, сколько мне причитается за моральный ущерб в случае его измены».
Ци Вэйжань невольно сжал челюсти. Её меркантильные мысли, казалось, били его прямо по лицу. Посмотрев на тарелку с остатками крема, он перевёл взгляд на Се Чжиюя:
— Я не помню, чтобы разрешал тебе разговаривать с ней.
Се Чжиюй улыбался, но в глубине его глаз не было и тени веселья:
— Ты запрещал мне говорить с посторонними. Но, судя по тому, как поспешно ты её выставил, ты явно пытаешься её защитить. Неужели ты и впрямь влюбился в этот «инструмент»?
Слово «влюбился» он выделил особо, добавив в голос нотку иронии. Лицо Ци Вэйжаня не дрогнуло, он лишь одарил собеседника тяжёлым взглядом. Се Чжиюй не стал продолжать и лишь добавил с оттенком предостережения:
— Даже если ты мне не веришь, лекарства нужно принимать. С таким состоянием организма я не уверен, дотянешь ли ты до тридцати пяти, не говоря уже о пятидесяти.
Ци Вэйжань поднялся и посмотрел на него сверху вниз.
— Занимайся своим делом, — отрезал он ледяным тоном.
Никакая это не генетическая болезнь. Просто яд, который должен был отправить его на тот свет ещё в детстве, мутировал, навсегда изменив его тело. Се Чжиюй опустил длинные ресницы, скрывая свои мысли.
Едва И Цинцзюй вышла из лифта на первом этаже, она увидела Тётушку Чжан, которая в тревоге металась у входа. Увидев госпожу, та с облегчением бросилась к ней, даже забыв сменить домашние тапочки. И Цинцзюй почувствовала укол тепла в груди.
— Тётушка Чжан...
— Госпожа! Господин на меня не сильно разгневался?
Слова благодарности застряли у И Цинцзюй в горле. Она тут же приняла скорбный вид, её губы задрожали, словно она не решалась произнести страшную весть, и в итоге она лишь тяжело вздохнула:
— Эх...
У Тётушки Чжан сердце ушло в пятки:
— Господин хочет меня уволить? Но ведь я вырастила его... Он же с пелёнок засыпал под звуки моей скрипки...
И Цинцзюй торжественно кивнула, похлопала её по плечу и снова, не проронив ни слова, издала протяжный вздох. Поэтому, когда Ци Вэйжань вошёл в холл, он увидел двух женщин, которые застыли на диване, словно зомби, и синхронно повернули головы в его сторону.
«Неужели начался зомби-апокалипсис?» — мелькнуло у него в голове. — «Может, пора бежать? Я же ещё не успел потратить все свои миллионы...»
— Господин, вы вернулись, — обе женщины встали одновременно, в одном ритме.
Тётушка Чжан нервно затеребила край фартука и покаянно произнесла:
— Это я забыла предупредить госпожу. Если хотите кого-то винить, вините меня. Даже если вы выставите меня вон, я приму это без ропота.
И Цинцзюй, глядя на неё, почувствовала укол совести. Но в следующую секунду Тётушка Чжан подняла на Ци Вэйжаня кроткий взгляд и добавила:
— В конце концов, я лишь скромная служанка, которая посвятила этому дому всю жизнь и заботилась о господине с малых лет. Если эти крохи привязанности ничего не стоят — что ж, гоните меня.
И Цинцзюй лишилась дара речи. «Старый имбирь всегда острее молодого» — её жалкие уловки были детским лепетом по сравнению с мастерством этой женщины.
Ци Вэйжань вообще не понял, к чему это было сказано, но сохранил на лице маску непроницаемости.
— На десерт сегодня приготовьте баскский чизкейк, — бросил он.
И Цинцзюй вспомнила, что это любимое лакомство Таньцзы. Тётушка Чжан мгновенно расцвела:
— Будет сделано!
Как только она направилась на кухню, И Цинцзюй попыталась улизнуть следом, но Ци Вэйжань не собирался её отпускать.
— Ты. Подойди сюда.
И Цинцзюй замерла, а затем послушно подошла.
«Ты же меня избегал в последнее время. Чего звал-то?»
«Сможешь ли ты смотреть мне в глаза, щенок?»
Ци Вэйжань опешил. Он её избегал? Даже стараясь контролировать себя, он невольно начинал анализировать всё, что слышал в этом воображаемом голосе, и это начинало его раздражать.
— Больше не ходи туда. И что бы тот человек тебе ни сказал — забудь. Немедленно.
Бросив эти короткие фразы, он встал, застегнул пиджак и направился к выходу. За всё это время он ни разу не взглянул на неё, словно действительно чего-то опасался.
«Я даже не успела спросить, кто он такой».
«Не наказал, даже не отругал... Что с тобой не так?»
«Ладно, зачем мне о нём беспокоиться? Ушёл и скатертью дорожка. Через пару дней у меня свидание с красавчиком-стримером, хе-хе».
Ци Вэйжань на мгновение запнулся, но И Цинцзюй показалось, что ей это почудилось. Когда он ушёл, она тайком прокралась на кухню к Тётушке Чжан.
— Тётушка Чжан, вы ведь знаете, что там, на восемнадцатом этаже?
При этом вопросе Тётушка Чжан смутилась и попыталась ускользнуть, но И Цинцзюй крепко вцепилась в её руку.
— Я слышала, Уортон выпустил новую серию скрипок. Видела на днях, как вы рассматривали их рекламу...
Тётушка Чжан невозмутимо убрала её руку:
— Госпожа, я проработала в семье Ци столько лет не для того, чтобы...
— Глядите, я уже заказала её для вас. На следующей неделе доставят, — И Цинцзюй показала ей подтверждение заказа на экране телефона.
Тётушка Чжан тут же ласково взяла её под локоть:
— Только не говорите господину, что это я вам рассказала. Юный господин Се на самом деле двоюродный брат господина. Семья Се совершила ужасное преступление, и когда господин пришёл к власти, он, по просьбе старой госпожи, сохранил юному господину Се жизнь. Но тот вынужден жить там, искупая грехи семьи. А чем именно он занимается — я не знаю.
Выслушав этот краткий рассказ, И Цинцзюй погрузилась в раздумья.
Обновлено: 19.02.2026