Тяжёлые тёмные тучи сгустились над глубинами горного хребта Циньлин, напоминая гигантского хищника, что притаился и взирал на раскинувшиеся внизу леса. Это зрелище вызывало гнетущее чувство.
В то время как повсюду сияло безоблачное небо, лишь горы Циньлин были окутаны тьмой.
Чэнь Юань нахмурился. У него было стойкое ощущение, что в глубине этих гор происходит нечто ужасное.
— Чив-чив!
Искорка взмахнула крыльями, пытаясь взлететь, но рана тут же отозвалась тупой болью, и всё, что ей оставалось, — это подпрыгивать на земле.
Чэнь Юань усмехнулся, осторожно взял крошечную, размером с ладонь, Искорку и посадил себе на плечо.
— Ав-ав!
Увидев Искорку на плече хозяина, Кола принялся отчаянно лаять. Его карие глаза были прикованы к птице, хвост стоял торчком, а на морде читалась вселенская скорбь.
«Как ты смеешь сидеть на плече у хозяина!».
— Чи-ив...
Искорка снисходительно взглянула на Колу сверху вниз, а затем с гордым видом устремила взгляд вдаль, полностью игнорируя пса.
— Ав-ав-ав!
Оскорблённый таким пренебрежением Кола разозлился ещё больше. Он забегал вокруг Чэнь Юаня, не сводя с Искорки гневного взгляда, и его лай становился всё громче и яростнее.
Проорав так некоторое время и поняв, что Искорка по-прежнему его игнорирует, Кола с пересохшим языком понуро опустил уши и побрёл следом.
Чэнь Юань с досадой потёр лоб. Похоже, работа Повелителя Зверей заключалась не только в том, чтобы командовать питомцами в бою, но и в том, чтобы улаживать их взаимоотношения.
Он присел и погладил Колу по голове.
— Ну-ну, всё хорошо. Пойдём домой вместе.
Кола тут же поднял на Чэнь Юаня сияющие глаза и радостно залаял:
— Ав-ав!
Хотя был полдень, мужчины и женщины, старики и дети деревни всё ещё были заняты — они косили разросшиеся у домов сорняки. Стаи дворняг размером с телёнка носились туда-сюда, словно ветер.
Кола был одним из самых маленьких в этой стае. Он вприпрыжку бежал за остальными, то продираясь сквозь метровую траву, то перепрыгивая через большие лужи. Солнечные блики играли на его шерсти.
Глядя на этих собак, Чэнь Юань видел, какое огромное влияние оказал на них прилив духовной энергии.
Минут через десять Чэнь Юань дошёл до восточной окраины деревни Сюаньхэ и вошёл на территорию своей фермы.
Сколько он себя помнил, его дедушка управлял этой довольно большой фермой, которая обеспечивала всю их семью.
Именно здесь прошло всё долгое детство Чэнь Юаня.
Ферма была разделена на несколько зон. На востоке располагались поля, где обычно выращивали коммерческие культуры на продажу.
Кроме того, в юго-западной части фермы был небольшой огород, где росли свежие овощи для семьи.
А в самом центре фермы находился большой пруд с изумрудной водой.
Этот пруд дедушка расширил в прошлом году. Он планировал, во-первых, разводить рыбу на продажу, а во-вторых, устроить здесь платную рыбалку.
В последние годы рыболовов становилось всё больше, и они постоянно искали новые места, причём чем уединённее, тем привлекательнее.
К сожалению, из-за разных обстоятельств дедушка так и не смог реализовать этот план.
На западе фермы располагались курятник и загон для овец. Каждый праздник они жертвовали собой ради семейного застолья.
Пройдя совсем немного, Чэнь Юань увидел слегка сгорбленную фигуру, которая махала серпом, срезая сорняки.
Солнце палило нещадно, пот стекал со лба, и движения старика становились всё медленнее.
Чэнь Юань поспешил к деду, забрал у него серп и с широкой улыбкой сказал:
— Дедушка, давай я.
Чэнь Вэйи остановился, опёрся на поясницу и искоса взглянул на него.
— Если ты возьмёшься, мы и к ужину не управимся.
Чэнь Юань смущённо улыбнулся.
Что касается работы в поле и косьбы травы, трое таких, как он, не стоили и одного его деда.
Внезапно глаза Чэнь Юаня загорелись. Он указал на Искорку, сидевшую у него на плече.
— Я, может, и не справлюсь, а вот она — сможет.
— Чив?
Искорка растерянно моргнула своими ясными глазами.
«А? Я?».
Обновлено: 21.01.2026