Глава 15 — Глава 15

] Прошло ещё три дня. Будни для меня, Чжаён и Суён тянулись однообразно. Мы ели припасённые мною консервы, а Чжаён и Суён болтали и дурачились, коротая время. Глядя на них, я понимал: Чжаён на самом деле занимается воспитанием ребёнка. Только сейчас я по-настоящему поверил, что она работала в детском саду. Раньше она казалась мне слишком растерянной, наивной и какой-то бесхитростной, что не внушало особого доверия. Но теперь, когда я видел, как она рассказывает Суён сказки и притчи, терпеливо поправляя каждое движение пальчика, которым та выводила буквы на ладони, сомнений не оставалось – перед со мной был педагог до мозга костей. Чжаён искренне любила детей. Даже в такой безнадёжной ситуации она без тени раздражения возилась с чужим ребёнком. Было видно, что ей это в радость. До того как попасть сюда, я часто видел новости о воспитателях, которые бьют и истязают подопечных, но к Чжаён это явно не имело никакого отношения. Не работай она в саду, наверняка бы уже давно вышла замуж и растила своих. Суён тоже заметно приободрилась. А ведь ещё недавно она дрожала от одного моего взгляда… Ну, справедливости ради, я сам виноват – приложил её тогда ногой. Я ведь решил, что эти гопники по моим вещам шарят. Можно, конечно, обвинить меня в жестоком обращении с детьми, и крыть мне будет нечем. Наверное, из-за чувства вины я теперь стараюсь быть к ней добрее. Иногда, когда Чжаён крепко спит, Суён, боясь её разбудить, осторожно присаживается ко мне на колени. Видимо, мой образ пугающего монстра в её глазах начал понемногу таять. Я же по-прежнему был поглощён тренировками. Настало время прикидывать, когда мы покинем эту комнату, так что я занимался с удвоенным рвением. Подготовки много не бывает. Сфера телекинеза становилась всё мощнее, и вместе с ней росла моя уверенность. Но в то же время грызли сомнения: смогу ли я выстоять против целой оравы монстров? Ведь с тех пор, как мир превратился в это нечто, я с ними ещё ни разу не сталкивался. К тому же происходящее слишком сильно отличалось от игры «Апокалипсис», так что предугадать что-либо было невозможно. В пользу того, что это «Апокалипсис», говорили стартовая локация, эффекты повышения уровня, полученный навык телекинеза и даже игровые звуки. Но был один жирный аргумент против. Обучение. В игре туториал знакомил с системами, использованием предметов, распределением очков за уровень и заканчивался тренировочным боем с монстрами. Но здесь, едва услышав сообщение о начале обучения, я оказался заперт в этой Тайной комнате. Вместе с Чжаён, Суён, парой гопников и Быстряком. Если драка с этой шестёркой и есть обучение, то с канонами «Апокалипсиса» это не вяжется совершенно. Потому мне и остаётся только уповать на телекинез. В конце концов, это единственное, что даёт мне преимущество над остальными. Мой главный козырь. Пока я не уверен, что это мир игры, все мои знания о прохождении, карты и секреты – пустой звук. Жизнь у меня всего одна, а я слишком осторожен, чтобы делать ставку на неопределённость. Я должен быть готов ко всему, что ждёт за дверью. Если проводить аналогию с RPG, это всё равно что набивать двадцатый уровень в локации для новичков… Но кто позаботится о моей безопасности, если не я сам? Тем временем в противостоянии гопников и Быстряка наметились перемены. — Оппа… — позвала Чжаён. — Нет, — отрезал я. Она пыталась меня упросить, но я был непреклонен. Чжаён хотела, чтобы мы, раз уж запаслись едой вдоволь, хоть раз уступили им одну сумку с провизией. И под «ними» она подразумевала вовсе не гопников, а Быстряка. Но я молча задвинул три свои сумки в угол. А что четвёртая? Она, разумеется, досталась гопникам. — Пшёл вон! — Раздался глухой удар. Быстряк, изголодавшийся за эти дни, казалось, растерял всю свою прыть. Он вяло поплёлся к сумке, но получил лишь увесистый пинок от Здоровьяка и повалился на пол. У гопников дела с едой тоже шли не блестяще, но всё же лучше, чем у него. У них был хоть какой-то паёк, у Быстряка – ничего. С каждым часом его шансы в этой борьбе за выживание таяли. Поначалу у него ещё хватало сил огрызаться, но теперь он мог лишь сосать палец, глядя, как едят другие. — Скоро… уже скоро, да? — Пробормотал я. — А? Оппа, ты что-то сказал? — Переспита Чжаён. — М? Нет, ничего… Скоро. Я ответил ей небрежно, но взгляд мой недобро блеснул. Я смотрел на Быстряка. Ему пора делать выбор. В борьбе за выживание с гопниками он проиграл вчистую. Пытаться отбить у них сумку силой – затея дохлая. Что остаётся? Варианта два. Первый – открыть дверь, за которой нет пути назад, и уйти. Неизвестно, что там снаружи, но в любом случае это лучше, чем гарантированно сдохнуть от голода в этой комнате. Второй – просить помощи у нас. Точнее, у меня. — Хех… Интересно, станет ли Быстряк молить о пощаде после того, как его так втаптывали в грязь? Он ведь сам решил отделиться, чтобы спасти свою шкуру, но стержень в нём есть. И гордость, кажется, тоже. Впрочем, мне плевать. Хотя, если честно, я бы хотел, чтобы он обратился ко мне. Есть у меня для него пара слов… Но время выбора близится. Ему нужно решаться, пока в теле теплится хоть капля сил. — Прости, задумался… Мы закончили трапезу. Пока я прибирался и готовился к тренировке, возникло чувство, будто за мной наблюдают. Чжаён спала. Суён возилась рядом, но, судя по закрытым глазам, тоже устраивалась на боковую. Я легонько погладил их по головам. Но ощущение чужого взгляда не исчезло. Раз не они, то кто? Я покосился на гопников. — Пф. Нет, это не они. Но зрелище было забавное. Пока еды у гопников было в избытке, они ладили между собой. Но стоило мне появиться и урезать их рацион, как в их дуэте начался разлад. Разве могли те, кто привык набивать брюхо до отвала, довольствоваться жалкими крохами? Ответ очевиден – нет. Они бы и рады отобрать еду у меня, да только страх перед последствиями сильнее. Магическая сила. Телекинез. Они не знают, что это такое. Они лишь на собственной шкуре усвоили: стоит мне на них посмотреть, и их прошибает дикая боль. Если у них в головах есть хоть капля мозгов, они уже догадались: у меня есть способ калечить их на расстоянии, даже не прибегая к суперспособностям в их привычном понимании. Поэтому они не рыпаются. В каком-то смысле они даже умные – поняли, что противник им не по зубам, и пригнули головы. В борьбе за выживание сопротивление заведомо сильному врагу – кратчайший путь в могилу. В этом плане я бы поставил им очки выживания повыше, чем Быстряку. Так вот, вернёмся к нашим баранам. Сумка у них одна на двоих. Наесться вдвоём невозможно, взять еду больше негде. И к чему это ведёт? А вот к чему. — Слышь, хавай поменьше. — Да хённим, чего я там съел-то… — Бля, ты мне ещё вякать будешь?! Глухие удары. Лизоблюд, который был заметно меньше напарника, получил от Здоровьяка серию затрещин. Внезапная вспышка насилия прямо посреди обеда. Здоровьяк просто оттолкнул щуплого подельника и заграбастал все консервы себе. Вот она, трещина. Каждый из них думает только о собственной шкуре, а значит, предательство – лишь вопрос времени. Гопники до мозга костей. По сути, их союз держался на общем доступе к ресурсам. Здоровьяку нужен был подпевала, Лизоблюду – грубая сила. Дружба по расчёту. Хрупкая связь. Как только цель – еда – стала недосягаемой, разрыв стал неизбежен. — Хённим… — На, получи! Лизоблюд сначала подумал, что это шутка, и попытался заговорить снова, но в ответ прилетел кулак. Здоровьяк явно не собирался делиться. Лизоблюд жалко лепетал, пытаясь разжалобить лидера, но тот был кремень. О чём сейчас думает этот подпевала? Он смотрел на Здоровьяка с выражением полного опустошения. Что Быстряк, что Лизоблюд – оба в паршивом положении, но помогать я им не стану. Они ведь тоже плевать хотели на чужие страдания… Больше того, они ими пользовались, чтобы набить свои желудки. Если бы они хоть раз бескорыстно помогли Чжаён или Суён, я бы помог им в ответ. Но те, кто строит своё благополучие на чужой боли – это сорт людей, которых я ненавижу больше всего. Даже не ненавижу – презираю. Сейчас я чувствую не жалость, а лишь удовлетворение от того, что возмездие их настигло. Так им и надо. Любопытно, что они предпримут дальше. Ответ я получил уже на следующий день. В центре комнаты материализовался крошечный куб. Мельчайшие частицы, как и всегда, быстро сложились в знакомую форму и цвет. Сумка с провизией. Сигнал к началу нового дня. Все, как по команде, потянулись к еде. Но хозяин у неё был определён заранее. Фью-ю-ух. Прежде чем Здоровьяк, Лизоблюд или Быстряк успели шевельнуться, три сумки взмыли в воздух и стремительно прилетели ко мне. Провиант для Чжаён, Суён и меня обеспечен. Я передал сумку Чжаён. Они с девочкой тут же принялись за дело: женщина оттащила сумку в угол, а Суён начала доставать консервы. Вскрыла банку и уселась рядом. — Оппа, иди кушать, — позвала Чжаён. Я сел к ним, но во время еды смотрел не в тарелку, а на «соседей». — Пшёл вон! От мощного пинка Здоровьяка в сторону отлетел человек. И это был не Быстряк. А Лизоблюд. Здоровьяк ударил его прямо в бок, когда тот попытался дотянуться до сумки. А что же Быстряк? Тот уже давно лежал пластом, избитый Здоровьяком. Вчера я видел лишь трещину в их отношениях. Но это была не трещина. Они окончательно разошлись. Судя по всему, Здоровьяк просто выкинул напарника за борт. В их «зоне» тоже произошли перемены. Место, где гопники всегда спали и ели вместе, теперь целиком принадлежало Здоровьяку. Лизоблюда выставили ни с чем. Он приткнулся где-то посередине между Здоровьяком и Быстряком и теперь не сводил с бывшего босса затравленного взгляда. Лизоблюд опустился до того же положения, в котором был Быстряк. Мы закончили есть и прибрались. Здоровьяк, видимо, тоже насытился и аккуратно отодвинул оставшиеся банки в сторону. Тогда Лизоблюд поднялся и поплёлся к нему. — Хе-хе… Хённим, может, и мне дадите капельку? — Он заискивающе заглядывал в глаза, потирая ладони, будто и не было недавних побоев. — А ну свали! — Но на этот раз Здоровьяк оттолкнул его не так грубо. Видимо, годы, проведённые бок о бок в этой дыре, всё же что-то значили, да и сытое брюхо сделало его капельку добрее.