Орен открыл дверь из комнаты, подошёл к лестнице и замер на середине шага. У стола, нагнувшись через столешницу, стоял Данте. Позади него, притираясь пахом к его бёдрам, стояла Леди.
Орен закатил глаза.
— Опять? — буркнул он.
— Это не то, что ты думаешь! — взвизгнула Леди, отскакивая.
— Нет? — недоверчиво обернулся к ней Данте. — Жаль.
Вместо ответа Леди отвесила его удобно откляченной заднице увесистый шлепок.
Данте дёрнулся, сполз на пол за пределы видимости Орена и вернулся обратно с каким-то документом.
— Нашёл.
— Ребят, я рад, что у вас всё хорошо, но не могли бы не использовать для своих игр хотя бы стол? — взмолился Орен, перепрыгивая через перила прямо к столу. — Я не против всего остального в доме. Серьёзно, готов пожертвовать даже кроватью, но за столом я работаю! — Он попытался расставить руки как можно шире, чтобы защитить этот большой кусок дерева.
— Прости, парень, — усмехнулся Данте, поднимаясь с пола, — у меня, кажется, второй пубертат. Постараюсь исправиться.
Орен скривился. Ага, как же, постарается он.
Совершенно очевидно, что инстинкты Данте не успокоятся, пока Леди не понесёт от него, а учитывая, сколько резины они переводят, им ебаться до второго пришествия. Чёртовы кролики.
— Мы не собираемся использовать твою кровать! — взвизгнула вмиг покрасневшая Леди. Серьёзно? Он мог понять это смущение в первые полгода. Но они трахались уже полтора. Причём так часто — вероятно, наверстывая предыдущие десять лет собственной тупости — что Орен искренне переживал за девушку. В доме всё пропахло их феромонами. Чёрт, да даже он!
— Он про мою кровать, — буркнул Данте.
Леди удивлённо посмотрела на него.
— А почему его должно волновать то, что ты делаешь в своей кровати?
— Потому что он спит со мной? — пожал плечами Данте.
Леди нахмурилась сильнее.
— Ты ведь шутишь, да?
Данте вскинул удивлённую бровь.
— Данте, одно дело — разрешать спать в твоей кровати малышу с кошмарами. Но почти двенадцатилетний пацан? Это не нормально.
Орен вздрогнул.
Провоцируя Данте признаться Леди полтора года назад, он как-то совершенно не подумал о том, что Леди поведёт себя как самая нормальная мать — будет выгонять взрослых и опасных детей из гнезда своего партнёра. Чтобы они не навредили её потомству. Даже если Орен никогда-никогда не причинил бы им вред. Он бы оберегал их ценой своей жизни и заботился бы о них, как ни о ком другом.
Орен мог понять. Орен был хорошим племянником и заботился о счастье Данте.
И он уже достаточно взрослый, чтобы позаботиться о себе самостоятельно.
— Ты права, Леди, — пряча руки в карманы, улыбнулся он. Криво, саркастично, как делают человеческие подростки в его возрасте. — Я всё равно устал слушать его храп. Да и мала его койка для нас двоих. Кстати, — он злобно оскалился, — может быть, мне начать откладывать на нормальную койку вам двоим? Что-нибудь на полкомнаты. Хотя, лучше я потрачусь на звукоизоляцию.
— Боже, просто заткнись, — игриво фыркнула Леди. — Приструни своего племянника, а я пока пойду прогрею мотор. — Она притянула Данте к себе за лацкан и оставила любовный укус на его губе. А потом вырвала из его руки документ, развернулась и ушла. Ошеломлённый Данте просто наблюдал за тем, как она покидает агентство, оставив его с глуповатой улыбочкой.
Взгляд Данте снова упал на Орена.
Улыбка тут же сменилась сожалением.
Блять. Ладно, значит времени немного меньше, чем он думал. Не страшно, у них с Нико остались последние тесты и…
— Эй, Неро?
— Что? — тут же встрепенулся Орен.
Данте раскрыл рот, но ни единого слова не нашло выхода. Криво усмехнувшись, он подошёл и просто прижал Орена к себе. Орен обнял его в ответ, втянул этот родной запах так глубоко, как только мог. Так, будто от этого зависела его жизнь. Так, будто он делал это последний раз.
— Ты действительно оброс, — усмехнулся Данте. Пока одна его рука крепко прижимала к себе плечи Орена, вторая перебирала волосы на его голове. — Уверен, что не хочешь постричься?
— Уверен, — буркнул ему в грудь Орен. Его длинные волосы нравились ему.
— Не переживаешь, что тебя принимают за девушку?
— Влияющее большинство благосклоннее относится к красивым девушкам и женственным юношам.
— Не боишься, что тебя будут дразнить?
— Не влияющее меньшинство меня не интересует. К тому же я не хожу в школу. Так что кроме тебя меня дразнить некому. — Он поднял голову и упёр подбородок в грудь Данте, чтобы посмотреть ему в глаза. — Мне постричься?
— Решай сам, — усмехнулся Данте. — Тебе же носить эти патлы.
Да. Это конец. Его инстинкты больше не настроены на Неро.
— Эй, всё в порядке?
— Шутишь? — улыбнулся Орен. — Я на целую неделю останусь наедине с проклятыми манускриптами. А после ты вернёшься с таким количеством денег, что мне не придётся думать о них минимум полгода.
— Ты будешь не один.
— Леди найдёт, чем себя занять.
Но Данте будто бы не слушал его.
— Если хочешь, я могу остаться.
— Леди тебе этого не простит.
Данте скривился. Ещё бы, ведь это изначально было её предложение. Она поделилась, потому что признавала силу и мастерство Данте. Это был её подарок — от такого не отказываются.
— Если станет скучно, попроси её найти для вас подработку.
Орен в ужасе распахнул глаза. Да, он настолько засиделся дома, что буквально умолял Данте взять его на самую простую-препростую работу. Но это было всего один раз около года назад, и он без пререканий принял отказ Данте и больше не поднимал эту тему.
— Что? — довольно улыбнулся Данте.
И именно сейчас Данте дал ему разрешение. Но не под собственным присмотром, а в качестве поддержки Леди. Орен был не очень хорош в межличностных отношениях, но даже он понимал, что это разрешение приравнивало их с Леди уровень в жизни Данте.
Теперь стало понятно, почему Данте с таким живым энтузиазмом согласился потренировать Орена. Их спарринги были познавательными, изматывающими и очень весёлыми! Но это означало, что Данте уже давно планировал отправить Орена в самостоятельное плаванье. Жаль — Орену искренне нравилось проводить с ним время.
Орен опустил голову, вжимаясь всем телом в Данте, стараясь слиться, залезть ему под кожу. В последний разочек.
— Ммм, ничего.
— Ты какой-то странный. У тебя всё в порядке? Ничего не болит?
Болит. У него болело всё тело. Уже где-то полгода с тех пор, как случился первый гормональный всплеск на фоне переизбытка феромонов в окружающем его воздухе. Орен чувствовал, как растут его кости, как тянутся его связки, как наполняются его мышцы. И как он день за днём умирал из-за того, что его собственное тело не могло отрегенерировать себя.
Может, Данте просто устал тянуть его на себе? Орен бы понял. Кто захочет выхаживать слабое больное потомство? Ещё и чужое! Зачем, когда можно создать новое, сильное и способное, вместе с таким же сильным партнёром.
Данте был просто слишком человечным, чтобы выгнать Орена просто так. Он всё ещё заботился о нём и его благополучии.
— Наверное, у меня просто первый пубертат, — буркнул Орен в ответ, наслаждаясь добротой своего дяди. Ему так повезло. — Гормоны сходят с ума и заставляют меня быть странным.
— Опять вычитал в своих умных книжках? — усмехнулся Данте.
— Думаю, — пробубнил он, — у гибридов этот период ещё острее. Как бы бесчеловечно это ни звучало, вам с отцом повезло проживать самый энергичный этап вашей жизни в постоянной борьбе за неё.
— Сомнительное везение, — фыркнул Данте.
— Как минимум вы не сходили с ума от скуки.
— Хочешь пойти в школу?
— Чтобы умереть от скуки там? Вот спасибо…
Данте вздохнул, а потом поднял лицо Орена, чтобы взглянуть ему в глаза.
— Знаешь, если… если до твоего дня рождения Нико не справится с компасом, я думаю, мы пойдём за твоим отцом.
Орен моргнул. А потом осознал сказанное.
— Правда?!
Данте с улыбкой кивнул.
— Думаю, неделька адских каникул развеет твою скуку и успокоит твой пубертат.
Орен сжал Данте так крепко, как только мог.
— Спасибо-спасибо-спасибо! Данте, ты лучший дядя на свете! Я так сильно тебя люблю!
Данте стиснул его в ответ:
— Не забудь рассказать об этом своему бате при встрече.
Обновлено: 18.01.2026