Сначала Верд не осознал происходящего, как впрочем и остальные. Но в ту же секунду, воздух расколол резкий клац, и воин, словно молния, схватил его запястье, вырвав из пасти внезапно возникшего чудовища.
Мелкое отродье, ростом чуть больше метра. Внешним видом оно лишь отдаленно напоминало богомола. Его передние лапы, заточенные в косы смерти, были покрыты своеобразным украшением: с них свисали мерзкие, копошащиеся черви и хитиновые отростки, словно живые кисти.
‘Что это за тварь?!’
Ничего не понимая, Верд попятился назад впритык к стене. По всей пещере разнеслись звуки клацанья, когда существо очередной сомкнула свои клешни. Всё его тело было покрыто зелёным хитиновым слоем, и от недавнего соприкосновения с лезвием меча не было даже царапины. К тому же местами, выделялись определенные части тела как грудь и спина, руки и голова. Одного взгляда было достаточно, чтобы Верд понял: это не просто оболочка, а несокрушимая защита.
Воин замер в боевой стойке, отведя руку назад, словно тетива натянутого лука, и выставив меч вперед. Клинок, нацеленный прямо в сердце чудовища, в следующее мгновение окутался призрачным, голубым светом. Словно выпущенная стрела, он ринулся на врага в яростной атаке. Богомол ответил с такой же неумолимой быстротой. Его круглые глаза вспыхнули зловещим рубиновым огнем, и дрожащая, но облаченная в багряное сияние лапа, встретила меч.
Пока мужчина оказался в уязвимом положении, когда оружие оказалось в цепких лапах чудовища, монстр воспользовался мимолетным преимуществом, вонзив жвала в его плечо.
В ответ, ладонь воина, метнулась к лицу богомола, выпустив из себя еле заметный поток воздуха. Лезвие ветра прочертило на хитиновой броне неглубокий, но болезненный рубец. Вздрогнув от неожиданной боли, богомол, все еще сжимая меч, отбросил воина прочь.
Благодаря прочной броне, удар пришелся лишь по касательной, оставив на месте плеча вмятину. Но даже сквозь защиту воин почувствовал острую, неприятную волну, пробежавшую по руке. Синяя кровь, словно застывшая лазурь, медленно струилась по лицу монстра, роняя капли на серый гранит.
- Почему ты ещё здесь?!
Он повернул голову к Верду.
Верд был парализован ужасом. Впервые столкнувшись с подобным кошмаром, он потерял дар речи.
‘Что… что здесь вообще происходит…’
Он попытался дышать, но не мог сделать даже вздоха. Даже если этот богомол и сравнился по силе с пробужденным опустошителем, нельзя забывать, что Верд обычный человек, а не закаленный в боях воин, сражающийся за его жизнь.
В этот же момент, богомол не дал опомниться обезумевшей от ужаса толпе. Взмах, и ближайшие к нему люди распадались на части, стоило лишь лезвию клешни коснуться плоти. Мерзкие черви, словно живые присоски, вытягивались с рук и впивались в тела, жадно вытягивая кровь..
В этой вакханалии ужаса, воин, воспользовавшись тем что тварь переключила своё внимание, подкрался сзади и одним ударом рассек чудовище надвое.
Затем, закрыв глаза, он сосредоточился, и по напряжённому лицу можно было понять, как он напрягает все свои чувства. Почувствовав слабую, угасающую ауру людей повыше, он резко открыл глаза и торопясь убрал меч в ножны.
- Подъём, остолопы!
Голос воина, пропитанный яростью, был подобен удару хлыста. Он даже отвесил оплеуху одному из мужчин, чтобы выбить из того нарастающую панику.
- Живо подняли свои задницы и возвращайтесь!
В каждом его движении сквозила паника, тщательно скрытое под маской грубости.
Пока обезумевшие от страха люди бросились бежать, Верд, словно завороженный, застыл возле распластанного тела богомола. Его взгляд был прикован к светящемуся ядру, пульсирующему в разорванной груди чудовища. Он протянул руку, привлекая внимание воина.
- Ты что, оглох?!
Воин уже собирался схватить мальчишку и оттащить его от опасной находки, но Верд успел подскочить на ноги, демонстрируя в руке осколок светящейся руды.
- Мне показалось, он освещает путь лучше факела.
Уголок его губ тронула слабая, едва заметная усмешка, а в глазах, несмотря на спокойное выражение лица, еще плясали отблески недавнего волнения.
Воин устало вздохнул, сдерживая гнев:
- Проваливай, не трать время.
В его голосе сквозила усталость и едва сдерживаемая агрессия. Получив желаемое, Верд без промедления поспешил за остальными. Воин что-то заподозрил, но решил не тратить время на выяснения, решив, что позже сможет вернуться и исследовать останки монстра. Благодаря этой осмотрительности мальчишке удалось незаметно спрятать ядро чудовища в рваном кармане.
Обратный путь оказался вдвое короче. На этот раз в туннеле почти никого не было, если не считать тех, кого парализовал страх. Обезумевшие от ужаса, они сидели у стен, судорожно всхлипывая. Воин остановился, чтобы помочь тем, кто был не в силах подняться. Осознав, что таких людей гораздо больше, чем он предполагал, он хотел было попросить Верда о помощи, но тот, не обращая внимания на чужие страдания, целеустремлённо двигался вперёд.
Ему не было дела до кого-то из них, Верд следуя за призрачным светом руды, быстро взобрался наверх и по памяти выбрался на поверхность незнакомым маршрутом. Когда он наконец добрался до места раздачи пищи, то застыл в ужасе. Дюжина новых монстров, подобных убитому им, яростно сражались с охранниками и пожирали тела убитых.
‘Дерьмо! Неужели не осталось места, куда не добрались эти твари?’
Прижавшись к стене, он затаился и начал наблюдать за битвой. Охранники здесь были слабее мужчины сопровождающего их, и соответственно проигрывали. Наблюдая за жестоким сражением, где чудовища разрывали людей на части, в голове Верда созрели три плана.
Первый, самый трусливый, заключался в том, чтобы остаться в укрытии, пока битва не закончится, а затем сбежать. И именно этот план ему нравился меньше всего, по двум причинам. Во-первых, он не знал ни точного количества монстров, ни причины их появления. Во-вторых, у него не было уверенности, что они не учуют его запах.
Запах, исходящий от него, был настолько отвратительным, что к нему невозможно было подойти ближе, чем на метр. Даже регулярное обливание водой из ведра не могло полностью избавить людей от этой вони.
Второй замысел был куда более перспективным: подобрать с земли меч убитого воина и попытаться помочь справиться с монстрами. Ключевой проблемой было полное отсутствие навыков владения оружием. Кроме того, учитывая состояние его истощённого тела, существовала большая вероятность того, что он не сможет даже нормально размахивать мечом.
Выглянув из-за укрытия, он изучающе окинул взглядом хитиновые панцири богомолов. Воспоминания о недавней, случайно увиденной схватке, шептали ему, что тягаться с этими чудовищами в скорости безумие.
‘Точно не это…’
Исходя из выводов первого и второго плана, он взял самые лучшие моменты и придумал третий. В разгар битвы, когда внимание чудовищ притупится, он выкрадет меч и затаится в комнате, выжидая одинокую жертву.
‘Пожалуй, это лучшее из того, что я мог придумать.’
Глубоко вдохнув, он огляделся. Ближайший меч покоился у лап одного из монстров, словно зловещий трофей. Расстояние казалось непреодолимым добрых пятьдесят метров.
Осознание ситуации придавило его, словно каменная плита. Даже этот хитрый план казался утопией, требующей не просто удачи, а благосклонности самих богов.
И вдруг, его взгляд выхватил из хаоса фигуру высокого, атлетически сложенного мужчины. Он, стиснув зубы, сдерживал взмахи лап богомола клинком, а взгляд его с мольбой и яростью устремлялся на второй меч у пояса.
Мгновения сомнений промелькнули, как вспышки молний. Верд сглотнул, собрал всю свою решимость в кулак и сорвался с места, бросившись в сторону отчаявшегося воина.
‘Я точно сошел с ума!’
Увидев несущегося на него мальчишку, мужчина застыл в недоумении, попытался что-то крикнуть, но в этот момент, Верд выхватил клинок, и на ходу с трудом, сделав разворот, ударил по левой лапе монстра.
От адской вибрации, пронзившей тело, и от предательской инерции, его закружило, и он рухнул на землю, успев в последний момент сгруппироваться в кувырке.
Удар не отсек лапу, но заставил монстра отступить на долю секунды, роковую секунду, которую мужчина использовал, пронзив чудовище клинком в грудь.
Верд и мужчина встретились взглядами. Без слов, лишь короткий кивок благодарности. Верд ответил тем же и бросился бежать.
Зачем он это сделал? Все просто. Он решил, что будет полезнее помочь этому воину добить монстра, чтобы тот мог сражаться дальше. Переложить часть ответственности на чужие плечи всегда выгоднее, чем тащить все на себе.
‘Так будет лучше.’
В его действиях не было ни капли альтруизма, лишь трезвый расчет и грамотное использование чужой силы ради собственного выживания.
Добравшись до своей комнаты, он запер дверь наспех и, задыхаясь, начал искать способ ее забаррикадировать. Увы, его пожитки были жалки и бесполезны в этом деле.
Два мешка с черствыми сухарями, старая рваная одежда, запасная кирка. Все это едва ли остановит ребенка, не говоря уже о разъяренном насекомоподобном монстре.
‘Надеюсь, мне просто повезет и никто не заглянет сюда до прихода Каела. Где его черти носят в такое время?!’
Прижавшись спиной к двери, он использовал этот миг относительной безопасности. Все еще сжимая клинок в дрожащей руке, он достал ядро монстра и начал его рассматривать.
Оно слабо мерцало призрачным белым светом, едва окрашивая ладонь в тот же цвет. Внутри него также виднелись какие-то, тусклые звёздочки, летающие из стороны в сторону. Тайна и жутковатая красота этого предмета пленили Верда, заставив его на мгновение забыть о нависшей опасности.
‘Что же ты такое?’
Вдруг, что-то толкнуло дверь, и Верд вскочил, направив клинок в черную щель.
Обновлено: 22.01.2026