Когда кашель наконец утих, Бай Цзянсинь, держась за грудь, слабо покачал головой — говорить ему не хотелось.
Е Миньцзя спросил Сян Ди:
— У тебя есть лекарство от кашля?
— Кажется, я взяла с собой.
Сян Ди тут же достала принесённый из дома сироп от кашля и осторожно протянула парню.
— Бай Цзянсинь, может, ты… выпьешь немного?
Тот мельком взглянул на лекарство, потом на неё и хрипло ответил:
— Не надо.
Получив прямой отказ, Сян Ди замялась:
— Но он хорошо помогает от кашля…
— Не надо, я не болен.
Бай Цзянсинь нахмурился, и его голос стал ледяным.
Хотя холодное отношение с его стороны не было для Сян Ди неожиданностью, она всё равно невольно расстроилась. Девушка поджала губы, тихо пробормотала «ладно» и, мокрая с головы до ног, вернулась на своё место.
— Она же просто беспокоится о тебе, думала, что ты заболел. Неужели нельзя было ответить повежливее? — Е Миньцзя даже стало немного жаль её. — К тому же ты только что обрызгал её с ног до головы, а она даже не злится на тебя.
Бай Цзянсинь раздражённо буркнул
— Ты вообще ничего не понимаешь, так с чего вдруг встал на её защиту?
Е Миньцзя уже открыл рот, чтобы возразить, но парень сквозь зубы добавил:
— И вообще, ты думаешь, из-за кого я последние дни в таком состоянии?
Е Миньцзя удивлённо моргнул.
— Из-за кого?
Осознав, что проговорился, Бай Цзянсинь слегка напрягся.
— Ни из-за кого, — отрезал он. — Пойду умоюсь.
Он вышел из класса, оставив Е Миньцзя с задумчивым выражением лица. Тот почесал подбородок, погрузившись в размышления.
Пока сидящий сзади одноклассник не ткнул его:
— Ты что, оглох? Классный руководитель тебя зовёт.
Е Миньцзя очнулся и наконец заметил за окном Чэнь Цзинхуа.
— Учишься до умопомрачения? — пошутила та. — Кричу-кричу, а ты не реагируешь. Пойдёшь, поможешь мне кое с чем.
Е Миньцзя поспешно вышел.
Чэнь Цзинхуа ещё не успела объяснить, в чём дело, как Е Миньцзя вдруг серьёзно заявил:
— Учитель, кажется, я кое-что обнаружил.
Та удивилась:
— Что именно?
— Кажется, я нашёл того, из-за кого Бай Цзянсинь не хотел ходить в школу.
Чэнь Цзинхуа подняла брови:
— Так быстро? Кто же это?
— М-м, — Е Миньцзя кивнул, но тут же добавил: — Но я пока не уверен на сто процентов.
* * *
Вторым уроком после обеда была химия у Чэнь Цзинхуа.
Все ждали, что их снова ждёт скучное занятие, но, поднявшись на кафедру, учитель не стала ни объяснять материал, ни объявлять контрольную.
— Итак, по традиции нашего класса, после экзамена мы меняем рассадку, — объявила Чэнь Цзинхуа. — Я уже подготовила новый список, сейчас выведу его на экран. Меняетесь местами по схеме, а потом начнём урок.
Надо отдать должное — у классного руководителя был свой подход. Если бы она сразу начала урок, вряд ли кто-то проявил бы энтузиазм. Но когда речь заходит о смене мест, все мгновенно оживляются.
Если говорить о скучной жизни выпускника, то одной из немногих радостей как раз и является смена мест. После каждого экзамена все с нетерпением ждут, в каком ряду окажутся на этот раз и кто станет новым соседом. Главное — лишь бы не попался неприятный человек. А если рядом окажется друг или симпатия — вообще прекрасно.
Правда, Чэнь Цзинхуа редко сажала мальчиков и девочек вместе, так что оставалось только надеяться, что в этот раз повезёт оказаться поближе к тому, кто тебе симпатичен.
На экране появилась новая схема рассадки, и, как и ожидалось, одни обрадовались, другие огорчились.
Сян Ди сразу нашла своё имя: она и Лян Цяньцянь из соседок по парте превратились в соседок по ряду — одна сидела перед другой.
Неплохо, по крайней мере, они остались рядом.
В следующую секунду она принялась искать имя Бай Цзянсиня, молясь, чтобы на этот раз они оказались поближе.
Она молилась об этом с самого первого семестра выпускного класса, и хотя мечта никогда не сбывалась, она, как прекрасная надежда, поддерживала её день за днём.
Увидев на схеме два имени, стоящие рядом, Сян Ди на мгновение остолбенела.
А? Учитель что, забыл провести между ней и Бай Цзянсинем проход?
Лян Цяньцянь ошеломлённо прошептала:
— Офигеть, детка, ты на этот раз сидишь с Бай Цзянсинем за одной партой.
Сян Ди не ответила, не веря своим глазам, она уставилась на схему.
Удивлены были не только они, многие были поражены.
— Классная ошиблась с рассадкой? Посадила Бай Цзянсиня и Сян Ди вместе.
— Классная что-то не то съела? Впервые посадила Бай Цзянсиня с девочкой.
— Что происходит?
— Они когда вообще успели сойтись?
— Они разве знакомы?
— Именно потому что не знакомы, их и посадили вместе! Иначе бы им не создали условия для сближения!
Е Миньцзя тоже был в замешательстве.
Что это за обратная тактика у их классного руководителя?
В классе стоял шум и гам: скрип перемещаемых парт и стульев смешивался с голосами. Чэнь Цзинхуа постучала по кафедре, поторапливая:
— Быстрее, быстрее, все меняйтесь местами! Вы что, собираетесь все сорок пять минут урока потратите на раскачку?!
«Как раз это было бы здорово — тогда урок вообще бы не состоялся», — подумали про себя все, но всё же ускорились.
Счастье обрушилось так внезапно, что Сян Ди была оглушена. Но больше, чем волнением, её сейчас переполняли нервное напряжение и растерянность. Она замерла на месте, не решаясь пошевелиться.
«Боженька, мамочка, Будда, папочка, неужели это не предсмертные грёзы?»
Бай Цзянсинь же почувствовал, как у него снова разболелась голова. Ощущение было такое, будто на прохудившуюся крышу обрушился ливень — его охватило чувство полной беспомощности.
Видя, что остальные почти закончили рассаживаться, Чэнь Цзинхуа прямо назвала двух учеников по именам:
— Бай Цзянсинь, Сян Ди, чего замешкались? Вас же просто просят сесть за одну парту, разве это смертельно?
Обновлено: 03.02.2026