В то утро Ясака Махиро, проснувшись, первым делом перевернулся на бок.
*Боф!*
В то место, где только что была голова Махиро, нырнуло что-то чёрное.
*Муи-и, муи-и.* Раздался приглушённый звук.
Махиро искоса посмотрел на источник звука. Это был Шантак-кун, который, используя свою лошадиную голову, смело атаковал подушку приёмом «топе суисида». Странный звук был из-за того, что его рот был зажат подушкой. Обычно он пищал «ми-и», но сейчас звук был ещё более глупым.
*Дрыг-дрыг, дрыг-дрыг.* Уткнувшись лицом в подушку, Шантак-кун дёргал своей милой, острой попкой. Может, ему было больно? Махиро поспешно поднял Шантак-куна.
*Зефью-зефью.* Дыхание Шантак-куна эхом разнеслось по полутёмной комнате.
— …Ты опять пытался разбудить меня, облизав? — Махиро прищурился, глядя на Шантак-куна.
*Ми, ми-и…*
— Почему ты отводишь взгляд?
К тому же, его голова была лошадиной, так что глаза располагались по бокам. Даже если он отворачивался, его зрачки всё равно смотрели прямо на Махиро.
В момент пробуждения от сна он почувствовал какое-то неописуемое давление, поэтому инстинктивно увернулся, и вот результат. В последнее время его чутьё на нелюдей стало слишком острым, и это его беспокоило. Если так пойдёт и дальше, то, чего доброго, при обнаружении в радиусе поиска реакции нечеловеческого существа, активируется какая-нибудь система, и он впадёт в состояние берсерка.
— А ну, признавайся. Пытался разбудить, облизав?
Махиро потёр большим пальцем обе щеки Шантак-куна, которых было не так уж и много.
*Ми, ми-и! Ми-ми-и!*
Эффект был потрясающим. Шантак-кун отчаянно закивал головой.
— Чёрт. Я же говорил, что могу проснуться сам, а если и будить, то достаточно просто ткнуть?
Махиро похлопал Шантак-куна по голове, и тот жалобно пискнул. Как всегда, это странное существо слишком уж любило тактильный контакт. Шантак-кун, который усердно работал и был очень вежлив, совсем не походил на свою хозяйку, но в этом он определённо её напоминал.
Махиро вздохнул и положил Шантак-куна на кровать. Посмотрев на часы, он увидел, что было пять утра. На час раньше обычного. Он потянулся, выпрямив спину, и громко выдохнул. Повернув шею, он услышал приятный хруст.
После внезапной атаки Шантак-куна сон как рукой сняло, и, хотя он проснулся раньше обычного, снова ложиться спать ему не хотелось. Да и вообще, у него не было смелости снова ложиться в постель в будний день утром. Есть, когда хочется есть, спать, когда хочется спать. Так, наверное, живут животные, но человечество прошло долгий путь развития. Да, он сам не понимал, что говорит. Наверное, он ещё не до конца проснулся.
Размышляя об этом, Махиро слез с кровати.
*Муни.*
— Муни?
Странное ощущение от кончиков пальцев ног. Явно не пол. Мягче и, главное, теплее. Не предчувствуя ничего хорошего, Махиро опустил взгляд на пол.
— Н-н-н… ку-у… ку-у…
Там, мирно посапывая, спал Хастер. Причём он заботливо убрал разбросанные по полу старые игровые приставки и постелил футон на освободившемся месте. Эта мягкость, которую он почувствовал кончиками пальцев, похоже, была животом Хастера.
— Эй, почему ты здесь спишь! А ну, Хасута, просыпайся!
Махиро потряс его за худые плечи, и Хастер, тихо застонав, приоткрыл глаза. Медленно, как ленивец, он поднял верхнюю часть тела и, всё ещё полусонный, уставился в пустоту. Махиро показалось, что его тело слегка покачивается.
— …Н-н-н… утро-о?
— Утро.
Махиро коротко ответил, и Хастер, мучительно медленно, повернулся к нему. Его голубые глаза, казалось, не фокусировались, и в них, наверное, отражалось лицо Махиро. «Красивый», — невольно подумал Махиро.
— Аф. Доброе утро, Махиро-кун.
Хастер улыбнулся — мягко, если можно так выразиться, или, скорее, расслабленно. Хоть он и должен был быть старше Махиро, его манеры были по-детски наивными. Ктугха тоже была такой, но Хастер превосходил её. Махиро не понимал, на какую аудиторию он рассчитывает.
— Да, доброе… нет! Эй, Хасута, почему ты спишь в моей комнате?
— …Ку-у… ку-у…
Он снова заснул, сидя. Дети, если это не выходной, просыпаются с трудом.
— Про-сы-па-ай-ся!
Махиро схватил Хастера за обе щеки и потянул в стороны. Они очень хорошо тянулись. Махиро и раньше думал, что у него мягкие щеки, но утром, из-за отёка, они казались ещё более пухлыми.
— Ай-ай-ай! Охи-у, о-хи-у!
Похоже, он сказал, что проснулся. Убедившись в намерениях Хастера, Махиро отпустил его щеки, похожие на рисовые пирожки. На ощупь они были приятными, как моти, но это уже другая история.
— Ладно, проснулся. Так почему ты здесь спишь?
— У-у… мама Махиро-куна сказала, что я могу здесь поспать.
— Мама? Это ещё почему?
— Ну, внизу не было места.
— А-а.
Если подумать, в гостиной уже спали Ньярлатхотеп и Ктугха. Ньярлатхотеп — на диване, а Ктугха, скорее всего, на футоне на полу. Махиро разрешил им пользоваться комнатой родителей, пока те не вернутся, но они, видимо, из скромности, спали в гостиной. И после возвращения матери ничего не изменилось. То есть, гостиная была уже переполнена. Действительно, для новоприбывшего Хастера места там не было.
— П-прости, Махиро-кун, прости.
— Нет, я тоже об этом не подумал. Да, тебе же негде спать.
Но и других мест не было. Хоть дом и был куплен, предположительно, на сомнительные доходы матери от её подработки, планировка у него была как у обычного дома. Свободных комнат не было. Заставлять такого хрупкого на вид Хастера спать в коридоре было бы жестоко. Даже если внутри он — Неописуемый из мифов Ктулху.
— Что мне делать, может, мне лучше поспать где-нибудь ещё?
— Нет, ну. Раз так, то, наверное, ничего не поделаешь. В отличие от Ньяруко и остальных, ты, вроде, ничего такого в одной комнате делать не будешь.
— …Можно… мне?
— Мы же мальчики! Ничего странного!
Махиро нарочито подчеркнул слово «мальчики» и похлопал Хастера по спине. Если расслабиться, то этот тоже начнёт приставать, так что нужно всегда быть начеку. В доказательство этому, Хастер немного недовольно надул щеки.
*Ми-и.*
В этот момент Шантак-кун запрыгнул Хастеру на колени и посмотрел на него своими тёплыми глазами. Сознание Хастера удачно переключилось на него. Отличная работа, Шантак-кун.
— Доброе утро, Шантак-кун!
*Ми-и!*
Обменявшись приветствиями.
— Не заигрывайтесь, сегодня тоже в школу.
Так уж вышло, что Хастер, как родственник Махиро, Ясака Хастер, перевёлся в тот же класс. Теперь в классе Махиро было четверо Ясака. Трое из них — иностранные студенты, у которых фамилия была написана иероглифами, а имя — катаканой, что было совершенно непонятно. И тем не менее, никто особо не удивлялся. Наверное, эти инопланетяне как-то манипулировали информацией за кулисами. Вечно они заботятся о мелочах, а главное упускают — вот такая она, Планетарная Организация Защиты.
— Да, ты прав.
Хастер бодро ответил. И Шантак-кун, и Хастер, в глубине души, были хорошими и послушными. Это Махиро нравилось. Тем более что двое других инопланетян были непослушными и плохими, так что порядочность Хастера и Шантак-куна особенно выделялась.
Махиро сложил футон, который использовал Хастер, и убрал его в угол комнаты. В этот момент…
*Гачари.* Дверь в комнату без предупреждения открылась.
Оттуда появилась…
— Здравствуйте! Добрый вечер! Коман тале ву! Доброе утро, мой Махиро-сан! Сегодня прекрасное утро! Я слышала, что у мужчин ЭТО лучше всего подходит для зачатия сразу после пробуждения! Я думаю, это так! Не волнуйтесь, я всё понимаю, я же ваша будущая жена! Более того, я сама этого хочу! Так что, Махиро-сан, прежде чем идти в школу, давайте соединим наши тела и души…
Это была Ньярлатхотеп. Это ладно. Но почему она замолчала на полуслове, продолжая глупо улыбаться?
Вероятно, взгляд Ньярлатхотеп был устремлён на Махиро и Хастера в пижаме, но её улыбка, обычно такая естественная, казалась какой-то жутковатой. Словно улыбка была просто приклеена к её лицу.
Ньярлатхотеп, не меняя выражения лица, закрыла за собой дверь и…
— Трансформация!
…внезапно приняла полную боевую форму.
— Ого! Почему! Зачем!
Махиро был в шоке от того, что она так внезапно, прямо с начала «серии», перешла в боевой режим. Где же могущественный враг?
— По-че-му-у-у Хастер-кун спит в комнате Махиро-сана?! Это же событие, которое даже мне редко удаётся испытать!
— Не трансформируйся из-за такой ерунды!
Хоть это и было предсказуемо, но когда это произошло на самом деле, Махиро почувствовал не удивление, а гнев. К тому же, хоть она и говорила, что это редкое событие, Махиро помнил, что дня четыре назад она пряталась в его дакимакуре и спала рядом с ним.
— Отвечай, Хастер-кун! Почему ты в пижаме в комнате Махиро-сана?!
— Ну, это, в гостиной не было места. Тогда мама Махиро-куна сказала, что я могу здесь поспать.
— Что… вы сказали…! Н-неужели… вы спали вместе с Махиро-саном?! Да?! Постель одна, подушки две?!
— Н-нет!
— Постель Махиро-сана такая тёплая, да?!
Похоже, Ньярлатхотеп потеряла самообладание. Три глаза на её маске полной боевой формы пылали огнём ревности.
Нельзя допустить, чтобы здесь началась супер-война злых богов. Нужно как-то успокоить Ньярлатхотеп. Думай. Что успокаивает возбуждённого человека?
Точно, милые животные.
— Эй, Шантак-кун! Успокой своего хозяина… Шантак-кун?
Махиро посмотрел на кровать.
Там, перевернувшись на спину и показывая свой круглый живот, лежал Шантак-кун с закатившимися глазами. Его язык безвольно вывалился, а птичьи лапы мелко подёргивались.
Похоже, он притворялся мёртвым.
Даже Шантак-кун боялся свою хозяйку в таком состоянии.
Ничего не поделаешь, придётся Махиро самому разбираться.
— Эй, успокойся! Не начинай с самого утра!
— Махиро-сан защищает Хастер-куна?! Значит, тебе всё равно, что я чувствую, даже если наши отношения глубже, чем у кого-либо?!
— Ты должна научиться понимать людей! Хасута просто спал на полу!
— Махиро-сан врёт! Когда ты врёшь, у тебя поднимается правая бровь!
— Нет у меня такой привычки! Ты что, Эйри Хирамацу? И вообще, разве мама тебе не сказала? Что Хасута будет здесь спать.
— Ньяруко-тян, в это время она уже спала.
— …Заняла весь диван и уснула, а Хасута остался без места? И ты ещё смеешь ему что-то предъявлять, да ещё и трансформировавшись?
— У…
Махиро посмотрел на неё с укором, и Ньярлатхотеп демонстративно отвернулась. Она начала насвистывать, пытаясь скрыть своё смущение. Герой токусацу, насвистывающий в такой ситуации, — это было невероятно сюрреалистично.
— Чёрт, с утра пораньше такой шум. А ну, вернись в нормальный вид. Нечего зря тратить боевую мощь.
Махиро оскалился, и Ньярлатхотеп, наконец, пришла в себя. Чёрный воин превратился в обычную, кокетливую девушку. Какое же беспокойное существо.
— Я просто… хотела немного порезвиться с Махиро-саном…
Ньярлатхотеп что-то бормотала, теребя пальцы. Она опустила плечи и выглядела такой смиренной, но Махиро не знал, можно ли ей верить. Впрочем, это было уже обычным делом, так что он решил её простить.
Махиро вздохнул и легонько стукнул Ньярлатхотеп по голове.
— Ладно, ладно. На этот раз комната не пострадала, так что я тебя прощаю.
— Правда?! Спасибо!
Ньярлатхотеп расцвела, как подсолнух. Махиро, увидев её улыбку, коротко хмыкнул и отвёл взгляд. Он невольно подумал, что она милая. Хоть он и знал, что её характер далеко не ангельский, её внешность иногда сбивала его с толку.
Но он не мог этого показать. Махиро сделал суровое лицо и сказал:
— В следующий раз такого не будет.
— Клянусь рычагом!
Ньярлатхотеп отсалютовала. Махиро знал, что она всё равно повторит это, но ничего не мог поделать. Похоже, слова, выгравированные на печени Ньярлатхотеп, со временем стирались. Как в той шпионской плёнке, которая самоуничтожается.
— Хватит уже, иди вниз. Мне нужно переодеться.
— Это необязательно! Я могу помочь…
*Щёлк-щёлк.*
Махиро демонстративно сжал кулаки и хрустнул пальцами.
— …Похоже, моя помощь не нужна. Да, я всё понимаю. Тогда я пойду.
Ньярлатхотеп, с немного расстроенным видом, вышла из комнаты. Когда серебристоволосая, голубоглазая девушка исчезла из виду, Махиро почувствовал, как на него навалилась усталость. Такое насыщенное утро. Он в который раз вздохнул и повернулся к кровати.
— Шантак-кун, Ньяруко уже ушла.
Махиро посмотрел на всё ещё мелко дрожащего Шантак-куна и сообщил ему эту новость. Серый зверёк мгновенно вскочил с перевёрнутого положения. Безвольно высунутый язык и закатившиеся глаза вернулись в нормальное состояние. Махиро не мог поверить в такую быструю реабилитацию.
*Ми-и.*
И этот писк.
— …Ты в этом очень похож на свою хозяйку, такой же сообразительный.
Перед лицом такого мастерского возвращения к жизни Шантак-куна, Махиро почувствовал, что ему уже всё равно.
— В конце концов, мне можно здесь спать?
— Наверное, да. Ох, сколько времени зря потратили. Я пойду умываться первым.
— А, подожди, Махиро-кун!
Время ограничено, особенно утром, когда всё нужно делать быстро. Поэтому Махиро вышел в коридор и спустился по лестнице. За ним поспешил Хастер, неся на руках Шантак-куна. Они направились в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Там Махиро узнал, что к его обычному утреннему ритуалу — умыванию и причёсыванию — добавилась ещё одна процедура.
— Больно!
— …Ты такой неуклюжий.
Длинные светлые волосы Хастера, хоть он и был мальчиком, были мягкими и после сна торчали во все стороны. Их нужно было расчесать. Но Хастер, к сожалению, был очень неуклюжим. Он постоянно запутывал волосы в расчёске и выдирал их, морщась от боли.
Ничего не поделаешь, Махиро пришлось расчёсывать волосы Хастера. Махиро, будучи парнем, конечно, не имел опыта ухода за длинными волосами. Разве что когда он менялся телами с Ньярлатхотеп. Но даже так он справлялся лучше, чем неуклюжий Хастер.
— …Махиро-кун, ты всё умеешь.
— В плане способностей вы, инопланетяне, намного превосходите меня. Просто среди этих способностей крайне мало тех, которые помогают читать атмосферу или пригождаются в повседневной жизни. Ну вот, не больно?
— Нет, не больно. Приятно.
Хастер зажмурился, как котёнок. Ньярлатхотеп говорила, что он библиотекарь и вполне взрослый человек. Махиро вспомнил, что в прошлый раз Хастер говорил, будто отец позвал его обратно, значит, он жил один. Как он вообще до сих пор выживал?
— Ну вот, дальше сам справишься. Я не умею заплетать косички.
— Д-да!
Хастер, с неожиданно решительным видом, начал собирать волосы. Но его движения были такими неуверенными, что Махиро не мог на это смотреть. Свободная коса Хастера, возможно, была не потому, что ему нравилась такая причёска, а потому, что он просто не мог туго её заплести. Настолько неуклюжими были его руки.
Махиро пожал плечами и усмехнулся.
Совсем как будто у него появился младший брат, за которым нужен глаз да глаз.
Но это было совсем не неприятное чувство.
Даже если он так расслабится, реальность всегда сурова.
Достаточно провести в гостиной всего десять минут, чтобы это понять.
— Итак, что у нас сегодня в новостях… Хм, размножение редких злых богов стабилизировалось. Ещё один вид исключён из списка вымирающих… Космический Союз, как всегда, на высоте.
— …Ньяруко, не видно. Наклони телефон поближе.
— Заткнись! Это мой телефон, я не обязана тебе его показывать! И вообще, отойди от меня! С утра пораньше от тебя жаром пышет!
Ньярлатхотеп и Ктугха, которые, казалось, мирно сидели на диване, в следующую секунду уже сцепились. Ньярлатхотеп ударила Ктугху ладонью в челюсть.
— …Ньяруко, больно.
— Естественно, я же тебя ударила.
— …Но… это приятно…
— Тебе пора в больницу.
— …Пусть больница сама ко мне придёт.
Развернулась сцена из непонятной пьесы.
Ктугха, потирая подбородок и краснея, смотрела на Ньярлатхотеп с восторгом. Махиро в очередной раз убедился, что между землянами и инопланетянами огромная пропасть. Похоже, Ктугха могла превращать большую часть урона от ударов Ньярлатхотеп в удовольствие. Проще говоря, она была извращенкой, эта богиня огня.
— И вообще, ты можешь смотреть новости на своём телефоне.
— …У меня на телефоне нет «Великого Древнего Сегмента».
— Вот поэтому ты и информационно отсталая… Я вот уже предзаказала новый iaiaPhone, который скоро выйдет. Теперь у меня будет два телефона.
Хоть и летели непонятные слова, Махиро понял, что они смотрят телевизор на телефоне. Привычка — страшная сила. Впрочем, девяносто девять процентов их имён собственных — это дурацкие каламбуры. Шаблон уже усвоен.
— Что вы вообще делаете?
Махиро, хоть и знал, что лучше не вмешиваться, не смог удержаться и заговорил с ними.
— О, Махиро-сан. Наконец-то спустился.
— …Мальчик, доброе утро.
— Да, доброе. И что вы тут с утра пораньше устроили?
— Ну, я уже больше десяти дней на Земле, так что решила посмотреть новости, чтобы быть в курсе событий.
— Новости… из космоса?
— Игзактли!
Махиро хмыкнул и, приложив руку ко рту, задумался. Похоже, с тех пор, как Ньярлатхотеп впервые появилась перед ним, прошло больше десяти дней. Нет, не так. Всего лишь около десяти дней. Ему казалось, что он пережил столько нереальных событий, что хватило бы на всю жизнь, но на самом деле прошло совсем немного времени.
— А на Земле можно принимать космические новости?
— На этой захолустной планете на окраине галактики, конечно, качество изображения плохое.
Его явно немного унизили. Впрочем, они постоянно разговаривают по телефону со своим начальством, так что радиоволны сюда доходят. Да и вообще, если они говорят, что это возможно, значит, так оно и есть. Махиро не собирался с ними спорить.
— …Ньяруко, эта новость.
— А? Хм, «Фсаггва Хэви Индастриз» успешно разработала новый сплав «Хит Метал»? Теоретически, он выдерживает даже Большой Взрыв… Хм, очень интересно.
— …Что думаешь, это тоже для Фан-сина?
— Хм… как вариант. Значит, у нас есть сверхлёгкий сплав «Сайклон Метал» от «Хайита Корпорейшн» и эластичный сплав «Луна Метал» от «Най Метал».
— …У каждого свои плюсы и минусы. Использовать все сразу не получится.
— Наверное. Может, устроим конкурс?
Летели непонятные существительные, но на самом деле они, вероятно, не имели большого значения. Если обращать на них внимание, то только устанешь. Всё равно, можно не сомневаться, что подобных имён собственных потом будет ещё очень много.
С такими мыслями Махиро случайно бросил взгляд на окно.
— Хе-хе, приятно?
*Ми-и!*
Хастер сидел на полу, скрестив ноги, и, глядя Шантак-куну в глаза, нежно гладил его лошадиную голову. Каждый раз, когда маленькая ладонь Хастера проходила между его ушей, Шантак-кун щурился и мурлыкал.
— А здесь как?
Рука Хастера переместилась с головы Шантак-куна на его подбородок. В тот же миг Шантак-кун перевернулся на спину. Это было не для того, чтобы избежать руки Хастера. Он выставил свой беззащитный живот, показывая полное отсутствие враждебности.
— Хорошо, хорошо.
Понимая, что чувствует Шантак-кун, Хастер ещё шире улыбнулся и начал гладить его неожиданно пухлый живот, следуя его плавным изгибам.
*Фыр-фыр,* — Шантак-кун громко засопел. Похоже, ему было очень приятно. Он лежал с таким блаженным выражением, словно видел сон, а его птичьи лапы мелко подёргивались. В отличие от предыдущего раза, когда он притворялся мёртвым, на этот раз это была дрожь от удовольствия.
— Эй!
Но ласки Хастера на этом не закончились. Он перевернул Шантак-куна на живот. Махиро подумал, что он сейчас будет гладить его милую, острую попку, но Хастер начал щекотать его у основания крыльев летучей мыши.
Тело Шантак-куна внезапно подпрыгнуло, словно от удара током. Но в следующую секунду он обмяк.
*Ми-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и…*
Шантак-кун издал протяжный писк, словно выдыхая весь воздух из лёгких. Махиро уже много раз слышал, как пищит Шантак-кун, но такой довольный звук он слышал впервые. Нет, это уже был не писк, а скорее стон удовольствия.
— Ха-ха, какой ты милый, Шантак-кун.
За невинной улыбкой этот мальчик, возможно, скрывал невероятные техники. Совершенно бесполезный навык.
*Гладь-гладь.*
*Ми-ми.*
*Гладь-гладь-гладь.*
*Ми-ми-ми.*
*Гладь-гладь-гладь-гладь.*
*Ми-ми-ми-ми.*
— …Ха!
Махиро очнулся и замотал головой. Наблюдая за трогательным общением двух маленьких животных, он мог забыть о времени и погрузиться в это зрелище. Махиро был уверен, что сможет полдня провести, просто глядя на них и ни о чём не думая. Наверное, никто не смог бы сохранить хладнокровие перед этой парочкой. Если подумать, Хастер и Шантак-кун — непобедимая комбинация. Пришлось отказаться от прежних слов.
И тут…
Махиро внезапно почувствовал давление на спину. И ещё — тёплое, мягкое прикосновение. Слишком уж знакомая ситуация. Махиро, не поворачивая головы, посмотрел назад.
— У-у-у… Хиро-ку-у-ун…
— …Мам, опять?
Это была мать Махиро, Ясака Ёрико. Она обняла его сзади, вернее, слегка придушила. Похоже, она снова пришла к Махиро за своей дозой утреннего общения. Эта мать была своего рода непутёвой, и, по-видимому, ей требовалось регулярно получать загадочный питательный элемент «Сынониум», который вырабатывался при контакте с Махиро, иначе она умирала. Махиро совершенно не понимал, насколько это правда, а насколько — шутка.
Но, — подумал Махиро. Хоть матери и была жизненно необходима стабильная поставка Сынониума, если подумать, то вчера она должна была получить его в избытке. То, что она отсутствовала неделю во время своего ежегодного так называемого «медового месяца» в стиле охоты на монстров, и у неё возник дефицит Сынониума, — это факт. Однако вчерашние объятия были настолько пылкими, что Махиро даже отшатнулся. Этого должно было хватить, чтобы вернуться в нормальное состояние.
— Знаешь, вчера, после того, как Хиро-кун уснул…
— Успокойся, мам, не впадай в детство.
Махиро мягко похлопал мать по плечу, словно успокаивая младшего брата, а не наоборот. Неизвестно, подействовало ли это, но, по крайней мере, мать перестала его душить.
Когда Махиро снова повернулся к матери, та почему-то выглядела расстроенной и прижимала указательный палец к губам. «Моя мама, — подумал Махиро, — ведёт себя так молодо». Сама она утверждала, что ей вечно семнадцать, и каждый раз, когда Махиро это слышал, он мысленно возражал: «Ну да, конечно». Он никогда не осмеливался сказать это вслух, боясь последствий.
— Хнык… Хиро-ку-у-ун…
— Ох, ну что опять с утра пораньше?
Махиро чувствовал, что если он расслабится, то она набросится на него, как зомби на свежее мясо.
— Вчера вечером, после того, как Хиро-кун ушёл в свою комнату…
— Да… кстати, это ты отправила Хасуту в мою комнату?
— А? А, да. Хасута-тян, похоже, негде было спать. Нехорошо получилось?
— Нет, ничего страшного. Нельзя же было заставить его спать в коридоре. Ну, это лучше, чем если бы Ньяруко пришла ко мне. Кстати, я же запирал комнату на ключ.
— А, у меня есть дубликат ключа от комнаты Хиро-куна, он лежит в ящике стола.
Никакой личной жизни. Хоть Махиро и сам в последнее время из-за общения с инопланетянами стал немного странным, он всё же был обычным второкурсником старшей школы. В его возрасте у него были свои интересы, в том числе и сексуальные. У него даже были припрятаны кое-какие книжки на эту тему. Но, судя по словам матери, она, возможно, их уже нашла.
— …Ну, об этом мы поговорим отдельно. Прости, что перебил. Так что случилось после того, как я ушёл в свою комнату?
— А, да. Мне позвонил папа.
— Папа?
Муж, который терпит жену, занимающуюся сомнительной подработкой, — вот таким был отец Махиро. Он был настолько терпимым, что даже сопровождал жену в её ежегодных «охотничьих турах», оставляя дом. И сейчас отец, из-за того, что слишком много отдыхал, задерживался на работе.
— Да. И он сказал, что открывается новый филиал, и его отправляют туда в командировку на некоторое время. Он не знает, когда вернётся.
— Правда?
— Да. Появился крупный клиент, и нужны люди.
— Хм.
Насколько же крупным должен быть клиент, чтобы ради него открывать новый филиал?
Впрочем, если это работа, то ничего не поделаешь. Но Махиро всё равно было грустно, что он так долго не увидит отца. Мать была такой, какая есть, так что отец, скорее всего, тоже смог бы найти общий язык с инопланетянами. Если бы он вернулся домой, то никаких проблем бы не было. Махиро очень любил своих родителей, и ему было одиноко без них.
— Хнык… папы так долго не будет…
— Да…
Однако, глядя на расстроенное лицо матери, Махиро понял, как сильно она любит отца. И это его успокаивало.
— Маме нужен не только Сынониум, но и Мужнекислота, чтобы быть в тонусе…
— А? Что это за питательное вещество?
Впервые слышу. Наверное, это какая-то аминокислота, которая вырабатывается при супружеской близости. Хорошо хоть, не МужнеSAN.
— Хиро-ку-у-ун… обними меня…
На этот раз она обняла его спереди. Кстати, почему от матери так приятно пахнет? Она вроде бы не пользуется духами или косметикой. Это был не такой запах, как от Ньярлатхотеп, а какой-то… успокаивающий.
В общем, мать, которая не могла прийти в себя, решила восполнить недостаток Мужнекислоты Сынониумом. Вот и причина её утренних объятий. У Махиро разболелась голова. Неужели инопланетные технологии не могут превратить Сынониум и Мужнекислоту в какие-нибудь таблетки?
Вздохнув, Махиро снова оглядел гостиную.
— …Ньяруко, я хочу посмотреть утренний сериал «Демон, роющий землю».
— О чём ты говоришь! Утром нужно смотреть «Возвращение звёздного воина 80»! Недавно же вышел полный сборник на DVD! И вообще, это мой телефон! Отстань от меня!
Ньярлатхотеп и Ктугха спорили из-за пульта от одного единственного телевизора.
*Гладь-гладь.*
*Ми-ми.*
Хастер и Шантак-кун, не обращая внимания на окружающих, общались без слов.
— Всё-таки, когда Хиро-кун меня обнимает, я успокаиваюсь. Может, я смогу продержаться.
Мать, которая не отпускала Махиро из своих объятий.
— А ну-ка, все построились!
Терпение лопнуло. Махиро, с трудом сдерживая подступающую головную боль, силой оттолкнул мать. Затем, окинув взглядом инопланетян в гостиной, указал на место перед собой.
— Ч-что случилось, Махиро-сан?
— …Мальчик?
— А? А? Сюда садиться?
*Ми-и?*
Ньярлатхотеп, Ктугха и Хастер сели перед Махиро на колени. Шантак-кун устроился на коленях у Хастера. Почему-то и мать села рядом с ними, сложив ноги. Махиро решил пока её проигнорировать.
Махиро кашлянул и посмотрел на всех.
— Я давно об этом думал, но после утреннего инцидента с Ньяруко и Хасутой я окончательно всё понял.
— Что такое?
Ньярлатхотеп удивлённо наклонила голову. Её ахогэ, как всегда, изогнулся в форме вопросительного знака. Невероятно кокетливо.
— Вы превратили гостиную в проходной двор.
— …Мальчик?
Ктугха тоже приложила указательный палец к губам и сделала удивлённое лицо.
— Вообще-то, наш дом не такой уж и большой. Конечно, он близко к станции, у нас есть сад, вокруг тихо, и школа в пешей доступности. Для семьи из трёх человек он вполне подходил.
— Махиро-сан, нас же четверо. А если родится ребёнок, то будет пятеро или больше. Ой, что это я… Ай!
Месячный выпуск журнала «Хокс» попал Ньярлатхотеп прямо в лицо. Разумеется, его бросил Махиро. На мгновение ему захотелось швырнуть в неё пульт от телевизора, но он сдержался, чтобы не поднимать давление с утра пораньше. Тем не менее, твёрдый корешок журнала попал ей точно в цель, и Махиро почувствовал удовлетворение.
— Это не «ой, что это я».
— М-Махиро-сан, это же не смешно…
— Ваши шутки про злых богов тоже не смешные.
— М-мои планы на светлое семейное будущее…
Ньярлатхотеп, прикрывая нос и со слезами на глазах, посмотрела на Махиро. Он проигнорировал её и оглядел троих инопланетян и одного питомца.
— Слушайте, вы же инопланетяне, у вас же есть супер-технологии?
— Ну да. Мы защитим Землю с помощью супер-науки.
— Тогда… вы не можете создать новое пространство?
— Создать пространство?
— Да… для вас.
— Что вы сказали?!
— Не притворяйся удивлённой.
Раньше Махиро пытался выгнать инопланетян, которые поселились у него дома. Но теперь он передумал. Главное препятствие — его мать — дала своё согласие, так что он больше не возражал против их присутствия.
К тому же, в глубине души он был им благодарен. Хоть они и были злыми богами, они всегда ставили его безопасность на первое место и защищали его ценой своей жизни. Даже если он попадал в неприятности не по своей вине, они всегда его спасали. Конечно, он никогда не скажет им спасибо вслух, а то они зазнаются.
Однако, в реальности, жилая площадь была ограничена.
Если все соберутся в гостиной, и Махиро сядет на диван, то Ньярлатхотеп обязательно сядет рядом с ним. А рядом с Ньярлатхотеп сядет Ктугха. Это было так же неизбежно, как то, что если меч-посох из пояса для трансформации засветится, то враг умрёт.
Этого было достаточно, чтобы занять весь диван. До вчерашнего дня это было нормально. Но теперь появился Хастер. Он наверняка будет смотреть на диван с тоской, желая присоединиться к ним. Но диван уже занят, так что ему придётся сидеть на полу.
А Шантак-кун, будучи очень дружелюбным, будет мяукать и пытаться залезть кому-нибудь на колени. Даже если не залезет, он будет бегать по гостиной.
А где же тогда будет сидеть мать? Она же занимается всеми домашними делами, нельзя же заставлять её всё время сидеть за обеденным столом. Махиро этого не допустит.
Когда наступит вечер, придёт время спать. Диван займёт Ньярлатхотеп. Она считает, что раз она первая поселилась в этом доме, то у неё есть на это право.
А Ктугха будет спать на футоне на полу в гостиной. Иногда она спит на диване вместе с Ньярлатхотеп, но в основном — на полу.
Где будет спать Шантак-кун, неизвестно, но, скорее всего, рядом со своей хозяйкой, Ньярлатхотеп. То есть, тоже в гостиной.
У матери есть своя спальня, так что с ней всё в порядке. Но гостиная уже переполнена. Неудивительно, что Хастеру пришлось спать в комнате Махиро.
— То есть, если в гостиной будет такая красивая девушка, как я, то плотность красоты вокруг Махиро-сана повысится, и он будет в восторге, поэтому он стесняется и хочет держаться на расстоянии, так вы хотите сказать! Я всё понимаю!
— …Если такая красивая девушка, как я, будет рядом, то сердце мальчика забьётся чаще… он такой милый и невинный…
— Эх… я… я милый? Хочется меня обнять?
— Бам!
— Бам!
— Бам!
— Вы меня достали своими фантазиями! Я не хочу, чтобы вы все были в одном месте!
Махиро ударил каждого из троих инопланетян по голове корешком журнала. Они, как по команде, схватились за головы и согнулись. Они были одноклассниками, так что их реакция была синхронной.
— Т-то есть, вы хотите, чтобы мы создали себе личное пространство? — спросила Ньярлатхотеп.
— Да. Помнишь, во время инцидента с аукционом Ноденс использовал какую-то странную технику? Пространство Ноденса, кажется? Ты и Ку-ко тогда куда-то исчезли. Вы не можете сделать что-то подобное?
— …Махиро-сан, ты хорошо всё запомнил. Я уже почти забыла об этом.
Похоже, это была одноразовая способность. Как всегда, инопланетяне не заботились о последовательности сюжета.
— А ещё, когда закончился инцидент в мире грёз, Ку-ко использовала какое-то странное устройство, похожее на портативную игровую приставку. Чтобы создать небольшое замкнутое пространство или что-то в этом роде.
— …Портативная космическая тюрьма P?
— Да-да. Ей же Ньяруко-сан… ой!
— Да-да, ей же мы перевезли дикого Ньярлатхотепа! Ох, сколько же хлопот было с тем инцидентом! Дикий Ньярлатхотеп выскочил из ниоткуда, без всяких предупреждений! Наверное, он решил подружиться с нами, этот безумец!
Ньяруо, представитель расы Ньярлатхотепов, который погрузил коллективное бессознательное землян, мир грёз, в пучину ужаса. В тот момент, когда Махиро хотел заговорить о нём, Ньярлатхотеп, его сестра, зажала ему рот. Похоже, она твёрдо решила скрыть их родство. Особенно сейчас, когда рядом была мать Махиро. Признаться в том, что у неё есть брат-преступник, перед матерью своего возлюбленного — это, конечно, было бы для неё неловко.
Хоть брат и сестра были одного поля ягоды, Махиро решил пока об этом умолчать.
— Пха! Отпусти! — Махиро силой оттолкнул мягкую руку Ньярлатхотеп и цокнул языком.
— Хм… — Ньярлатхотеп надула губы и закрыла глаза. Её губы, похожие на губы осьминога, потянулись к руке, которой она только что закрывала рот Махиро.
— …Что ты делаешь?
— Косвенный поцелуй. Приятного аппетита, Мартин Кайган.
— Вот так!
Махиро, не раздумывая, провёл страницей журнала «Хокс» по руке Ньярлатхотеп.
— Горячо! Больно, больно! М-Махиро-сан, цветные страницы журнала могут быть острыми, как нож! Прекрати! Моя нежная кожа!
На руке Ньярлатхотеп остался тонкий красный порез. Качественная бумага режет очень хорошо. Махиро убедился в этом, когда читал женские модные журналы. Почему Махиро, парень, читал женские модные журналы — это отдельная история, и он решил умолчать об этом ради чести своей матери.
— …Ньяруко, косвенные поцелуи — это так… низко. Ты можешь поцеловать меня напрямую. Вот… давай… соединим наши слизистые… языком… или… ниже… мур-мур…
— Ты думаешь, это смешно?! Прекрати говорить о своих плотских желаниях! — закричала Ньярлатхотеп.
— Хватит отвлекаться! Вернёмся к главному! — Махиро топнул ногой, чтобы успокоить двух злых богов.
— Махиро-кун, я… я тебе мешаю? — спросил Хастер.
— Не то чтобы мешаешь, но… и мне, и вам нужно личное пространство. Разве вам не хочется иметь свою комнату?
— Я… я не против… быть с Махиро-куном… то есть… мне лучше с Махиро-куном…
— Мама, тебе же тоже шумно каждый день, — Махиро посмотрел на мать, пытаясь воззвать к её здравому смыслу.
— Ну, я думаю, что шумно, — сказала мать, нахмурив свои тонкие брови. Она не то чтобы была против их присутствия, но, похоже, хотела, чтобы они вели себя потише.
— Поэтому я и говорю, если вы можете это сделать с помощью своей инопланетной науки, то создайте себе комнаты. Вы же можете?
— С точки зрения возможности или невозможности, это, конечно, возможно.
— Тогда сделайте это. Я не говорю, чтобы вы не выходили из гостиной. Просто… знайте меру.
— Хм… хорошо. Я сейчас же этим займусь.
Ньярлатхотеп достала телефон и начала быстро нажимать на кнопки. Похоже, это был не звонок, а электронное письмо или подключение к интернету. Махиро облегчённо вздохнул. Гостиная — это место для отдыха, а не для накопления усталости.
— …Ньяруко, ты будешь использовать «Ямансо.ком»?
— Ну, только они могут доставить сюда, в это захолустье.
— Что за… «дотком»?
Даже знакомое доменное имя, если к нему добавить незнакомое слово, может вызывать беспокойство.
— …«Ямансо.ком». Крупнейший интернет-магазин во вселенной. Книги, журналы, товары для дома, продукты, косметика, электроника, ювелирные изделия, недвижимость — всё можно заказать одним нажатием кнопки. Доставка осуществляется почти по всей вселенной. При покупке на определённую сумму доставка бесплатная.
— Их девиз — «Мы будем ждать, пока вы не получите свой заказ». Они ждут на месте, пока получатель не заберёт посылку. Даже если вас нет дома, они не оставят её у двери. И не нужно платить за повторную доставку. Очень удобно.
— …Ньяруко, — сказал Махиро.
— Что такое, Махиро-сан?
— Земля же находится под защитой, и сюда могут прилетать только агенты Организации Планетарной Защиты и официальные импортёры, одобренные Космическим Союзом, верно?
— …………
— …………
— Махиро-сан.
— Что?
— Ты устал. Тебе нужно немного расслабиться.
Похоже, она даже не собиралась оправдываться. У Махиро разболелась голова.
Если подумать, это странно. Ньярлатхотеп и Ктугха — агенты Организации Планетарной Защиты, так что их присутствие ещё можно как-то оправдать. И то, что преступная организация и Ньяруо смогли проникнуть на Землю, — это незаконно, но понятно. Преступники не подчиняются законам.
Но почему Хастер, обычный гражданин, может так легко находиться на Земле? И почему какой-то интернет-магазин может официально доставлять сюда товары? Что это за Организация Планетарной Защиты? И что это за Закон о защите планет, если он такой дырявый?
— …Мальчик, «Ямансо.ком» — это исключение.
— Почему?
— …Мы не можем использовать ресурсы Земли, поэтому должны обходиться космическими. Это правило для агентов Организации Планетарной Защиты. Так что доставка «Ямансо.ком» — это необходимое зло. По-английски — «necessary evil».
— Вы же всё время едите земные продукты.
— …Мальчик, ты меня ненавидишь?
Ктугха посмотрела на него влажными глазами. Похоже, он задел её за живое. Вот так, из-за необдуманных слов, всё и усложняется.
— Т-так, вернёмся к делу! Мы создадим себе комнаты. Так что не волнуйся, Махиро-сан. Ой, уже так поздно!
Ньярлатхотеп, пытаясь скрыть своё смущение, посмотрела на часы. Действительно, пора было собираться в школу. Хоть он и проснулся раньше обычного, из-за этих разговоров он чуть не опоздал. Похоже, отдельные комнаты действительно необходимы.
— Хиро-кун, давай сначала поедим, а потом поговорим.
— Да, хорошо.
На столе уже стоял завтрак. Мать, как всегда, была очень расторопной. Хотя, Махиро не понимал, когда она успела всё приготовить. Он проснулся, и она сразу же его обняла. И с тех пор они были вместе. Загадочная женщина.
Кстати, на завтрак сегодня была жареная сёмга, омлет дасимаки и салат из мицубы с грибами намеко. В мисо-супе были свежие водоросли вакамэ. Типичный и идеальный японский завтрак — одно основное блюдо и три закуски.
— Приятного аппетита! — сказали все хором.
Махиро отхлебнул мисо-суп, потом взял кусочек сёмги. Рыба была немного суховатой, но соус придавал ей насыщенный вкус. И она не была такой солёной, как обычно, так что не нужно было есть много риса.
Омлет дасимаки был нежным и сочным в центре. Он был слегка сладковатым, с приятным вкусом. Мелко нарезанный зелёный лук добавлял пикантности. Махиро много раз пытался приготовить такой же омлет, но у него никогда не получалось так вкусно, как у матери.
Мицуба была заправлена не соевым соусом, а грибами намеко из банки. Это было простое, но любимое блюдо Махиро. Овощи, особенно зелёные, всегда придавали ему сил. Махиро очень расстраивался, когда цены на овощи росли.
Мисо-суп тоже был очень вкусным. Свежие водоросли вакамэ приятно хрустели на зубах. И ещё там были стебли. Это было не просто дополнение к супу, а самостоятельное блюдо, которое можно было бы подать в качестве закуски.
Прошло всего две недели с тех пор, как родители уехали. Но Махиро уже соскучился по домашней еде.
— Ой, забыла. Нужно выбрать экспресс-доставку, а то сегодня не успеют. Изменить, изменить… — сказала Ньярлатхотеп.
— Ты можешь хотя бы во время еды не сидеть в телефоне? — спросил Махиро.
— …Ньяруко, у меня закончились лекарства. Закажи мне их тоже. Чёрный лотос, Ляодань.
— Это же какое-то опасное лекарство, которое отправляет в прошлое! Не принимай его постоянно!
Неужели они не могут спокойно поесть?
＊＊＊
Даже если Земля, без ведома её жителей, подвергается опасностям и преодолевает их, школьная жизнь остаётся неизменной. И сегодня Махиро, понурив плечи, шёл по школьному двору.
— …Ньяруко, бесконечная защита — это нечестно. Это же баг.
— О чём ты говоришь! Если патч не выходит, значит, это официально разрешено производителем! Если ты не можешь с этим справиться, то это твои проблемы!
Несмотря на то, что это была оживлённая улица, Ньярлатхотеп и Ктугха играли в портативные игровые приставки. Говорят, что игра, которая была популярна в игровых автоматах, была портирована на портативные консоли с добавлением оригинальных элементов. Это был экшен, в котором нужно было собирать команду из гигантских роботов и сражаться с другими роботами. Называлась она, кажется, «Деус Экс Макина против Деус Экс Макина NEXT».
Конечно, это была космическая игра. Махиро в очередной раз подумал, что если они так увлекаются космическими развлечениями, то им не нужны земные.
— …Я разозлилась. Получай удар бесконечной тепловой энергии!
— Хе-хе, я отражу его ударом абсолютного нуля!
— Вы что, с ума сошли?! Играть на ходу — это опасно!
Махиро видел, как люди играют в портативные приставки на скамейках в парке, в фастфудах и даже в поездах. Он и сам несколько раз так делал. Но играть на ходу, идя по улице, — это было слишком. Даже если барьер скрывал их от посторонних глаз. Может, стоит их ударить, чтобы они прекратили?
Из-за того, что они играли, Ньярлатхотеп и Ктугха, которые обычно шли рядом с Махиро, теперь шли впереди него. Их спины, если смотреть только на них, были тонкими, как у обычных девушек. Но внутри они были инопланетянками, которые не очень-то дружелюбно относились к человечеству. Их хитрость заключалась в том, что они выглядели как люди.
Махиро вспомнил старый зарубежный сериал. В нём инопланетяне, которые выглядели как люди, на самом деле хотели захватить Землю. Они выглядели как красивые девушки, но могли есть мышей живьём. Эта сцена произвела на него сильное впечатление.
Конечно, Ньярлатхотеп и Ктугха не были такими. Но он не должен был забывать, что они — другие.
Кстати, раз Ньярлатхотеп и Ктугха шли впереди, значит, кто-то шёл рядом с Махиро. Махиро посмотрел в сторону. Хастер, стараясь не отставать, семенил рядом с ним.
Хастер, который по легенде был родственником Махиро и учился по обмену, был одет в мужскую школьную форму. Махиро был этому рад. Если бы он пришёл в женской форме и начал к нему приставать, то его школьная жизнь закончилась бы. В конце концов, в их классе была Курей Тамао, которая считала себя главным источником информации в школе. Хотя её больше знали как «ходячий громкоговоритель».
Впрочем, спокойная жизнь Махиро закончилась ещё в тот день, когда Хастер, одетый в мужскую форму, на первом же уроке назвал его «самым дорогим человеком».
Махиро вздохнул. Ему не хотелось идти в школу.
— Что случилось, Махиро-кун? — спросил Хастер, глядя на него снизу вверх. Махиро нахмурился и опустил плечи.
Независимо от того, был ли Хастер мальчиком или девочкой, его лицо было очень красивым. Его голубые глаза, не такие, как у Ньярлатхотеп или Ктугхи, сияли, как драгоценные камни. Махиро не мог не признать, что он очень красив.
— Нет, ничего. Хм, твоя форма какая-то мешковатая. Она тебе не по размеру?
— Ну… это… это самый маленький размер, который был, — сказал учитель.
Хастер выглядел как ученик средней школы, так что неудивительно, что форма для старшеклассников была ему велика.
— Тебя не приняли за девочку?
— Сначала приняли. Мне даже юбку дали. Но я же не девочка. Я не могу такое носить. Если мальчик наденет юбку, он будет похож на извращенца.
— Ну, ты и так достаточно извращенец.
— Это не так! Я — платоник!
Хастер надул щёки. Похоже, ему не нравилось, когда его принимали за девочку. Тогда почему он не распустит свою длинную косу? Махиро сам сначала принял его за девочку.
Если тебе нравятся мальчики, то носи юбку. Так говорила одна аристократка. Но чтобы устроить промышленную революцию в юбке, нужно ещё много времени. Махиро не понимал, о чём он говорит. Наверное, на него повлияла аура злых богов.
И тут он заметил.
— Эй, Хасута, у тебя слишком большая сумка.
Хастер носил на плече большую спортивную сумку. В неё можно было бы сложить вещи на двух-трёхдневную поездку. Сегодня у них не было физкультуры, и у него не было никаких громоздких учебников. Даже если бы он положил туда все свои учебники, там всё равно осталось бы много места.
— Это? Хе-хе, это…
Хастер, не снимая сумку с плеча, открыл молнию.
*Ми-и.*
Махиро, не раздумывая, закрыл молнию.
— Зачем ты его принёс?!
Он потянул Хастера за мягкие щеки.
— Ай-ай-ай! Хватит!
Махиро отпустил его, насладившись ощущением мягкой кожи.
— Это не то же самое, что принести в школу кошку!
— У-у-у… но мне было жаль оставлять Шантакк-куна одного.
Из сумки Хастера донёсся приглушённый писк.
— Ты понимаешь, что если кто-нибудь увидит этого странного зверя, то у нас будут большие проблемы?
Раньше, вернее, позавчера, Шантакк-кун уже прятался в портфеле Махиро. Тогда Махиро вовремя его заметил, и всё обошлось. Но если бы Шантакк-кун, с его странной внешностью, показался на глаза одноклассникам, то это вызвало бы панику.
Даже Махиро, который уже привык к внешности и поведению Шантакк-куна, сначала считал его отвратительным. Конечно, одноклассники были бы в ужасе. Но Хастер, похоже, не понимал этого.
— В этом отношении не волнуйтесь, Махиро-сан!
— Ты смотри вперёд, когда идёшь!
— Вы только что вычеркнули меня из разговора, да?..
Ходить и играть одновременно — это уже само по себе опасно, а если ещё и идти задом наперёд, то это вообще никуда не годится. Махиро указал вперёд, и Ньярлатхотеп, со слезами на глазах, но не выпуская из рук портативную приставку, повернулась в нужном направлении.
— Ну, Шантакк-кун тоже немного умеет использовать барьер, так что, думаю, его не заметят.
— А, правда? Шантакк-кун?
Махиро открыл спортивную сумку Хастера и посмотрел внутрь.
*Ми-и!*
Шантакк-кун гордо выпятил грудь.
— Ну как, Махиро-сан, он же выглядит как обычная кошка, правда?
— Вперёд.
— …Да.
Ньярлатхотеп, увидев, что Махиро смотрит на неё без всякого выражения, понуро поплелась дальше.
Но барьер — это действительно удобная вещь. Дар сверхтехнологий космоса. Если злые боги могут так легко им пользоваться, то, может быть, они и правда могут создать себе отдельные комнаты, как Махиро просил сегодня утром.
Эта мысль немного успокоила Махиро.
— …Ньяруко, я победила.
— Гр-р-р…! Ты использовала Кракена! Его стоимость — 1000, а на самом деле — 2000! Это нечестно!
— …В войне все средства хороши.
— И прекрати использовать Циклонош! Это же нечестно, что его не сбивают до трёх раз! Этот билд запрещён на всех турнирах!
— …Если патч не выходит, значит, это официально разрешено производителем. Ты сама это сказала, Ньяруко.
— Ах ты…!
Похоже, их битва закончилась. Ньярлатхотеп была в ярости, а Ктугха выглядела спокойной.
— Ладно, раз уж закончили, то смотрите вперёд. Мы, конечно, не опоздаем, но если будем так плестись, то придём впритык.
— У-у, хорошо.
— …Хорошо.
— Да.
*Муи-и.*
Все трое ответили по-разному, но Махиро был доволен.
Ещё минут десять ходьбы, и они будут у ворот школы. Поле битвы злых богов — это космос или другие миры, а поле битвы Махиро — это школа. Главная задача ученика — учиться. Даже в окружении тех, кто не собирается учиться, он должен стараться изо всех сил.
— Ну что, ребята! Вперёд, в наш класс!
Так Махиро отправился искать реальность в знакомых стенах школы.
— Махиро-сан, после уроков!
— Подожди.
Махиро не мог не вмешаться.
На фоне звонка, объявляющего конец уроков, Ньярлатхотеп смотрела на него с укором.
— …Что случилось, мальчик? Почему у тебя такое страшное лицо?
— Нет, я только что пришёл в школу.
— Махиро-кун, что ты говоришь?
Хастер с беспокойством посмотрел на него.
Странно. Ему показалось, что он только что вошёл в школьные ворота, но он не помнил, что было дальше. Как будто кто-то вырезал кусок из его памяти.
— Ньяруко, я правда был на уроках?
— Что ты такое говоришь, кролик! Это был такой насыщенный день! Как будто целый том манги! Можно было бы снять полнометражный фильм!
— …Это было невероятно. Ньяруко, я, Хасута-кун и мальчик — мы все сражались.
— Было весело, очень весело!
Это было очень подозрительно. Неужели они все сговорились и пытаются его обмануть? Махиро оглядел класс, но другие ученики не выглядели так, будто заметили что-то странное. Все вели себя как обычно после уроков.
— Что случилось, Махиро-сан? Что-то не так?
— Нет… я не помню, что было после того, как я пришёл в школу. Как будто… как будто этот кусок времени просто вырезали, потому что он был скучным.
— …А, это… это часто бывает.
Ньярлатхотеп отвела взгляд и хитро улыбнулась.
— Часто бывает?
— Да. В медицине это называется «синдром Красного Короля».
— …А?
— Это когда ты не помнишь, что происходило, а помнишь только результат. Например, ты плыл на лодке, а потом вдруг оказался на берегу. Или ты ничего не ел, а потом вдруг обнаружил, что у тебя во рту шоколад. Все, кто это испытывал, говорят, что время как будто пролетело. Как у тебя сейчас, Махиро-сан.
— Ты это серьёзно или шутишь?
— Чувства Махиро-сана — это разновидность психического расстройства. Я знаю, как его успокоить, так что доверься мне.
— Не подходи ко мне, объект X.
Ньярлатхотеп, радостно улыбаясь, раскинула руки и попыталась приблизиться к Махиро, но он отмахнулся от неё. Это была очень трудоёмкая шутка. Махиро хотел, чтобы она перестала играть с его повседневной жизнью.
И тут между Махиро и Ньярлатхотеп встала тень.
— …Мальчик, нельзя изменять. Если ты будешь заигрывать с Ньяруко, я… я накажу тебя именем Фомальгаута.
Это была Ктугха, пламя предательства. Она надула щёки и начала расталкивать Махиро и Ньярлатхотеп. Похоже, она ревновала.
— Не мешай, Ку-ко! Я сейчас буду… лечить Махиро-сана! По-английски это будет «chemical fusion»!
— …Ньяруко, я же говорила, что твоя любовь к мальчику — это просто иллюзия. Это всё из-за электромагнитных волн Земли. По-английски это будет «блуждающий разум».
— Почему «блуждающий» на японском?
Махиро не мог не вмешаться.
— А ты сама не выдумываешь всякую чушь о том, что любишь меня?! Это тоже иллюзия! Блуждание!
— …Ньяруко, настоящая любовь… существует.
Ктугха ответила с неожиданной серьёзностью. В её красных глазах пылал огонь страсти. Нет, скорее, это был огонь желания.
— Настоящая любовь… да… существует…
— Не смотри на меня так.
Хастер, который говорил с такой очаровательной улыбкой, заставил Махиро отвернуться. Махиро не хотел давать Курей Тамао повод для новых сплетен.
— …Ньяруко, если ты меня любишь, забудь о мальчике. Тебе не обязательно быть моей. Просто будь рядом. Нет, я передумала. Стань моей.
— Кто сказал, что я тебя люблю?! Когда?! Где?! Во сколько?! Сколько раз успела обернуться планета вечного возвращения?!
— Не надо вращать опасные предметы!
Это было похоже на детский спор. Похоже, их ментальный возраст был близок к детскому. Особенно когда они начинали шуметь, не обращая внимания на окружающих.
Махиро огляделся. Похоже, его одноклассники уже привыкли к этим странным сценам. Они смотрели на них с таким видом, словно чужие страсти — это мёд. Почему они так легко ко всему привыкают?
Если подумать, то Махиро был центром этого хаоса. Если он уйдёт, то, по крайней мере, окружающие смогут вздохнуть спокойно. Осознав эту истину, Махиро ударил Ньярлатхотеп и Ктугху по головам. Пока они корчились от боли, он схватил свой портфель и попытался выбежать из класса.
— П-подожди, Махиро-сан!
— …Мальчик, когда уходишь, нужно прощаться со всеми.
— А, не оставляй меня!
Махиро, игнорируя их крики, ускорил шаг.
По дороге домой Махиро вдруг вспомнил. В последнее время он не ходил домой вместе с Йоичи. Раньше они часто заходили в игровые автоматы или книжные магазины, но сейчас он давно этого не делал.
Причина была очевидна.
— Махиро-сан, куда мы сегодня пойдём?
— …После пяти жизнь становится богаче.
— Хм, хороший ветер…
Вот они. Эти инопланетяне, которые поселились у него дома и следили за ним двадцать четыре часа в сутки. Йоичи, похоже, неправильно понял их отношения с Ньярлатхотеп и теперь старался держаться от них подальше. Махиро это очень расстраивало.
— Ну что, какие планы?
— А можно просто пойти домой?
— Махиро-сан, ты такой скучный! Ха-ха-ха!
Ньярлатхотеп, которая смеялась, как американка, в конце каждого предложения, невероятно его раздражала. Махиро почувствовал, как в нём закипает гнев, но сдержался. Он не хотел устраивать сцен на улице.
— …Мальчик, мальчик.
Ктугха потянула его за рукав.
— Что такое?
— …Я голодна.
Ктугха прижала руки к животу и нахмурилась.
Кстати, Махиро не помнил, что они ели на обед. Он потерял память из-за синдрома Красного Короля. Может, Ньярлатхотеп накормила его каким-нибудь странным бенто? Он почувствовал, как по его спине пробежал холодок.
— Ты же только что поела. Скоро ужин.
— …Ничего страшного. Ужин — это отдельный желудок.
— Ты что, корова?
Может, у Ктугхи четыре желудка?
— Хе-хе, я тоже немного проголодался.
— Хастер-кун, ты же растущий организм!
— Ты всё ещё растёшь? Ты же взрослый.
Хоть он и выглядел как мальчик, но по возрасту он был старше Махиро. Может, он растёт с такой же скоростью, как расширяется вселенная? Бесконечно эволюционирующее существо?
Махиро не хотел есть перед ужином. Он должен был как-то отвлечь их от мыслей о еде.
— Хм, а что это там? — спросила Ньярлатхотеп, указывая на другую сторону улицы.
— …Это… ларёк? — сказала Ктугха.
Это действительно был ларёк. Старомодный, как те, что стоят на ярмарках. Он скромно притаился на углу тротуара.
*Ми-и!*
Внезапно Шантак-кун высунул голову из спортивной сумки Хастера. Махиро на мгновение испугался, что его увидят, но потом вспомнил. Если верить словам Хастера, то Шантак-кун тоже умеет использовать барьер, так что его не должны заметить.
*Ми-и…*
Шантак-кун зажмурился и начал шевелить носом. Наверное, он учуял какой-то странный запах. Махиро тоже принюхался и вскоре понял, в чём дело. Лёгкий ветерок донёс до него аромат чего-то жареного. Очень аппетитный запах.
Источник запаха, скорее всего, был тот самый ларёк.
— Похоже, это ларёк с такояки, — сказала Ньярлатхотеп. Махиро подумал так же.
— …Мальчик, я хочу это съесть.
— Но это же мучное, потом живот будет полный.
— …Мальчик, я хочу это съесть.
— Нет, я же говорю, дома ужин.
— …Мальчик, я хочу это съесть.
— Ты что, сломанный плеер?
— Это называется «сломанный радиоприёмник»!
— Ты вообще молчи.
Махиро огрызнулся на существо, рождённое с языком вместо мозга.
Вообще-то, перекусывать по дороге домой после школы — это нехорошо. Если он сейчас наестся, то потом не сможет съесть ужин. Это как у маленьких детей.
— …Мальчик, мой голод уже достиг апогея.
— Махиро-сан, не будь таким занудой! Перекусить — это же святое дело для школьника!
— Махиро-кун, нельзя?
*Ми-и!*
Но их было слишком много. Махиро, скорее всего, был единственным, кто возражал. Все остальные смотрели на него с такой надеждой. Ктугха и Шантак-кун даже пускали слюни. Если начнётся голод, они первыми умрут от истощения.
Махиро вздохнул. Конечно, он мог бы возразить, но вряд ли они его послушают. В худшем случае, они устроят истерику вселенского масштаба. Это создаст ещё больше проблем. Иногда нужно идти на компромисс.
— Ладно, хорошо. Но только одну порцию. Разделим на всех. Перед ужином хватит.
— …Мальчик, зелёный свет. Пошли.
— Эй, ты слишком быстрая!
Не успел Махиро договорить, как Ктугха уже нажала на кнопку светофора. Похоже, она услышала только его согласие. У неё же мозги из твёрдого топлива. Она всегда следовала своим желаниям.
Чтобы не задерживать машины, Махиро и остальные быстро перебежали дорогу. Когда они подошли к другой стороне, аромат от ларька стал ещё сильнее. Ктугха даже закрыла глаза и, вытянув руки вперёд, как зомби, пошла к ларьку. Она была похожа на лунатика. Странное зрелище.
Так или иначе, они все вместе подошли к ларьку.
На специальной сковороде для такояки пузырилось полужидкое тесто. В нём были видны кусочки зелёного лука и красного имбиря, а в центре — главный ингредиент, осьминог. Аромат жареной муки и соуса смешивался с запахом японских специй. Махиро вспомнил детство, праздники… тёплый свет фонарей в сумерках, шум толпы, звуки праздничной музыки…
Зрение, обоняние, слух, и даже воспоминания… Махиро почувствовал, как у него разыгрался аппетит. Даже он, который хотел воздержаться от перекуса, не мог устоять. Что уж говорить об остальных. Ньярлатхотеп даже начала покачивать своим ахогэ.
На акриловой доске перед сковородой было написано меню.
Такояки, восемь штук, триста иен.
— Хм, дёшево. На ярмарках они стоят около пятисот иен.
— Там же ещё аренда места входит в стоимость. Если подумать, то это грабёж.
Ньярлатхотеп так сказала, но люди на праздниках теряют чувство реальности и тратят деньги бездумно. Например, некоторые покупают столько додзинси, что у них не остаётся денег на обратную дорогу. Махиро никогда такого не делал. Ну, может, они платят за атмосферу.
— Добро пожаловать. Рада вас видеть, — раздался голос продавца.
Это был женский голос.
— А, эм, одну порцию такояки… хм?
Этот голос… он где-то его слышал. Совсем недавно. Махиро перевёл взгляд со сковороды на продавца.
В тот же миг его сердце забилось сильнее.
Потому что…
— Ч-что, ты, Лухи?!
Он слишком хорошо знал эту женщину.
Лицо с резкими, не японскими чертами, зелёные волосы. На вид ей было лет двадцать пять, может, чуть больше. Тонкие очки в металлической оправе придавали ей интеллектуальный вид. Девяносто девять из ста сказали бы, что она красавица.
Лухи Джистоун.
Сотрудница корпорации «Ктулху», известная как «ктулхи», и та самая, кто похитила мать Махиро. Это было совсем недавно. Хотя, скорее, это мать сама с ней ушла. И Ктугха, и Хастер тоже были замешаны в этой истории. Это было очень запутанно. И развязка была невероятно глупой.
— Хм, это ты, Ясака Махиро! Ньярлатхотеп и Королева тоже здесь!
Похоже, она только что их заметила. Какая же она рассеянная.
— Ты опять охотишься за матерью Махиро-сана?! Если так, то у меня есть план! Я недавно разработала новую технику космического CQC, нулевую форму «Айн Соф Аур», эм… эм… в общем, очень крутую технику!
— Если не можешь вспомнить название, то не используй её.
— Нет, я всё помню! Силой чёрного кристалла, который я дала Махиро-сану, я призову всех своих двойников из параллельных вселенных и устрою вам групповое избиение!
— Ты хочешь уничтожить Солнечную систему?!
Ньярлатхотеп, которая не могла справиться даже с одной собой, собиралась призвать ещё нескольких. Это был бы кошмар. Возможно, даже конец света.
— …Я больше этого не делаю. Вернее, это бессмысленно.
Но Лухи, в ответ на угрозы Ньярлатхотеп, лишь горько усмехнулась. В её глазах была какая-то печаль.
— Бессмысленно? Что ты имеешь в виду?
— Я больше не сотрудница «Ктулху».
Лухи, переворачивая такояки, которые издавали весёлый треск, пробормотала это. Тихо, но отчётливо.
— А, тебя всё-таки уволили? Значит, они действительно закрыли игровое подразделение.
— …Хнык… хнык… экс-босс… хнык… хнык…
— К-Ку-ко-тян так сильно плачет?!
По словам Хастера, Ктугха рыдала так, что её можно было принять за фонтан. И это неудивительно. Лухи работала в игровом подразделении корпорации «Ктулху», и его закрытие больше всего ударило по Ктугхе. Для этой игровой наркоманки, богини огня, стационарная приставка Xoth от «Ктулху» была пределом мечтаний.
— Ох, как же это раздражает! Вот, вытри слёзы, — Махиро достал из кармана платок и протянул его Ктугхе.
— …Хнык… спасибо, мальчик… шмыг-шмыг…
Ей сильно заложило нос.
И она вернула ему платок.
Что делать, может, ударить её?
— Значит, ты больше не враг?
— Получается, что так.
— Но тогда почему ты здесь, продаёшь такояки?
Это Махиро тоже интересовало. Если она работала в отделе разработки Xoth, то её навыки могли бы пригодиться в другой компании. Например, в CCE, которая производила HS3, конкурента Xoth.
В ответ на вопрос Ньярлатхотеп, Лухи вздохнула и начала свой рассказ.
— На самом деле, у меня была работа в другом отделе той же компании. Я привыкла к этой компании. Я думала, что даже если не смогу заниматься разработкой игровых приставок, то смогу работать в другом отделе.
— Твои намерения и реальность не совпадают.
— Меня перевели в ужасное место!
В ответ на вопрос Махиро, Лухи вспылила. Казалось, она выплёскивает всю накопившуюся обиду. Она сжала зубы, и её красивое лицо исказилось.
— К-какая работа это была?
— …Сначала это был отдел антиквариата.
— Антиквариат? «Ктулху» и этим занимается?
— Конкурентов мало, так что это нишевый, но прибыльный бизнес.
Махиро посмотрел на Ньярлатхотеп, и та кивнула, не колеблясь.
— Да. Меня перевели в антикварный магазин в Р'льехленде. Но я в тот же день написала заявление о переводе.
— Почему?
— Тамошний заместитель управляющего был ужасен!
— А?
— Он постоянно меня пинал! Какая-то старшеклассница, а возомнила себя невесть кем! «Я решу все проблемы ударом карате»! Только потому, что у неё молодая, упругая кожа, она так зазналась!
Махиро ничего не понял.
— То есть, тебя травили как новичка?
— Не смей меня унижать, Ньярлатхотеп Ньяруко!
Похоже, так оно и было. Конечно, если человека, который до вчерашнего дня был начальником отдела, переводят на новую должность и обращаются с ним как с новичком, это задевает самолюбие. А Лухи, с её сильным характером, тем более.
— …Заявление приняли? — спросила Ктугха.
— Да. Меня сразу же перевели в другой отдел.
— …Какой?
— Геройское шоу в Р'льехленде.
Это как те шоу, которые устраивают в парках развлечений, типа «Пожми руку герою!».
— Э-э… раз ты здесь продаёшь такояки, значит, и там не получилось. Неужели тебя заставили носить костюм злодея?
— Нет, наоборот, я была главной героиней.
— Ну и хорошо, что же тогда?
— …Хорошо?! Даже если для этого нужно было превращаться в персонажа с волшебной палочкой, в мини-юбке с оборками, да ещё и с открытым лицом?! Что за «Морская волшебница»?! Что за «Великолепный дебют»?! И рейтинг у этого шоу был явно X!
— …А-а.
Махиро всё понял. Лухи, конечно, была не стара, но на вид ей было лет двадцать. А дети воспринимают всех взрослых старше определённого возраста одинаково. В худшем случае, дети подумали бы:
«Тётка превращается».
Дети, в своей невинности, иногда бывают более жестокими, чем взрослые.
— И тогда я поняла, что всё это бессмысленно. Зачем я так старалась в этой войне игровых приставок? Я сразу же написала заявление об увольнении. Его приняли на месте.
Может быть, её специально переводили в такие ужасные отделы, чтобы она сама уволилась? Чем больше Махиро думал об этом, тем больше ему казалось, что так оно и есть. Ему стало жаль Лухи.
— И поэтому ты стала продавцом такояки? У тебя такие крайности.
— Я совсем не умею готовить. Единственное, что у меня получалось, — это такояки. И вот, я целый день стою здесь, и люди останавливаются, покупают, говорят, что вкусно. Когда я вижу их улыбки, я думаю, что это не так уж и плохо.
Лухи говорила это с таким видом, словно освободилась от какого-то бремени. На её лице не было и следа от прежней подавленности. Было видно, что ей действительно нравится её работа.
Кстати, сегодня Лухи была не в деловом костюме, а в фартуке. Похоже, для работы в ларьке это было удобнее.
— Ты тоже через многое прошла… — сказал Махи impresionante.
Махиро, хоть и считал её виновной в похищении матери, всё же сочувствовал ей.
— Прости, что заболтала тебя. Ну что, Ясака Махиро, будешь покупать?
— Да, одну порцию. Извини, мы разделим на всех, хорошо?
— Ничего страшного. Школьники часто так делают.
Лухи, кивнув в ответ на слова Махиро, привычно начала выкладывать такояки на бумажную тарелку. Стружка тунца, посыпанная сверху, шевелилась от пара, словно живая.
Махиро взял тарелку с такояки и заплатил триста иен.
И тут он заметил.
— А, Лухи, здесь десять штук.
В меню было написано, что за триста иен дают восемь штук. Значит, здесь на две больше.
— Восемь штук на всех не хватит.
— А?
— Вы… то есть, вас сколько?
Махиро огляделся. Ползучий Хаос, Ньярлатхотеп. Живое Пламя, Ктугха. Неописуемый, Хастер. И обычный человек, он сам. Четверо. Чтобы разделить поровну, нужно было восемь штук.
Нет, не так. Был ещё один. Вернее, одна.
*Ми-и-и…*
Шантак-кун. Странный зверёк, высунувший голову из спортивной сумки Хастера, смотрел на него сияющими глазами. Из его закрытого рта непрерывно текла слюна. Ноздри были широко раскрыты, словно пытаясь впитать весь аромат соуса.
Похоже, он больше не мог ждать.
— Может, это и для Шантак-куна? Можно?
— …Вы… вы доставили мне столько хлопот. Простите, что так получилось.
Похоже, это было извинение. Лухи, видимо, раскаивалась. Махиро не мог её простить, но её раскаяние заслуживало уважения. По крайней мере, она была намного лучше, чем те двое ненормальных, которые стояли рядом с ним.
— Ну, тогда спасибо.
— Я обязательно зайду к вам, чтобы извиниться официально.
— Нет, не надо, не надо.
Если верить Дерлету, то в доме Ясака уже собрались представители стихий земли, огня и воздуха. Махиро не хотел, чтобы к ним присоединилась ещё и вода. Четыре стихии в сборе. По-английски это будет «полная форма».
В общем, они окружили тарелку с такояки.
— …Приятного аппетита.
Ктугха проткнула зубочисткой поверхность такояки, подула на неё, чтобы остудить, и отправила первый кусочек в рот. Она была богиней огня, но не любила горячее. Впрочем, если она будет дуть на такояки, то они станут ещё горячее.
— Шантак-кун, а-а-ам.
Ньярлатхотеп протянула Шантак-куну такояки на зубочистке, и тот, словно ждал этого, широко открыл рот. Такояки мгновенно исчез в его лошадиной пасти. Шантак-кун, фыркая, начал жевать.
*Ми-и!*
Похоже, ему очень понравилось.
Шантак-кун ел всё подряд, и Махиро радовался, глядя на него. Под влиянием этого милого зверька Махиро тоже взял зубочистку, чтобы проткнуть такояки… но тут его взгляд упал на вывеску ларька.
Такоячная «Пти-Кути».
Талисманом заведения был зелёный персонаж, нарисованный в стиле чиби. Обычное дело. Но Махиро привлекло его сходство…
Он был похож на осьминога. Это было нормально для такоячной. Но из-под ног осьминога торчали человеческое туловище и четыре конечности. Как будто человеческую голову заменили на осьминога. А за спиной у него были крылья, похожие на крылья летучей мыши, хоть и немного стилизованные.
Махиро видел похожего персонажа в Р'льехленде.
И самое главное — надпись в облачке рядом с талисманом.
『Йа, йа!』
— Ку-ко, можешь съесть и мой кусок. Шантак-кун, ещё один тебе.
Махиро был из тех, кто предпочитает обходить опасные места стороной. Он не был уверен, что Лухи использует обычного земного осьминога, поэтому не хотел рисковать. Его чутьё, отточенное благодаря кулинарным экспериментам Ньярлатхотеп, подсказывало ему, что здесь что-то не так.
*Ми-и!*
Шантак-кун посмотрел на Махиро с таким благоговением, словно увидел бога. Какое преувеличение из-за одного такояки.
— …Мальчик, ты тоже хочешь меня соблазнить?
— Нет.
— …Это ранит моё девичье сердце.
Что мне делать?
Но, если подумать, Лухи же продавала такояки детям. И вокруг не было никаких трупов. Наверное, она не использовала опасные ингредиенты. Хоть название и талисман ларька вызывали у Махиро беспокойство, Лухи, находясь на Земле, вряд ли стала бы причинять вред землянам.
Значит, Махиро мог бы их съесть. Он подумал об этом, но Ктугха и Шантак-кун выглядели такими довольными, что он решил, что всё в порядке.
Махиро заметил, что пока такояки исчезали с тарелки, один человек к ним так и не притронулся. Хастер. Он держал зубочистку в руках и крутил её.
— Что случилось, Хасута? Ты не будешь есть?
— Э… ну…
Хастер, в ответ на вопрос Махиро, замялся. Он посмотрел на Лухи. И Махиро всё понял.
Хоть инцидент с похищением матери и был исчерпан, Лухи, то есть Ктулху, и Хастер всё ещё были врагами. Вернее, они были в плохих отношениях. Поэтому Хастер, естественно, с опаской относился к такояки, которые приготовила Лухи.
Но Махиро ничего не мог с этим поделать. Он, простой землянин, не мог вмешиваться в конфликты между расами. Ньярлатхотеп и Ктугха были особым случаем. Нельзя было ожидать, что две разные расы так легко найдут общий язык.
Так он думал.
— …Там нет яда. Ешь, Хастер.
Лухи, слегка вздохнув, предложила Хастеру поесть.
— А?
Хастер, услышав обращение от своего врага, издал странный звук.
— Я же сказала, ешь. Остынут — станут твёрдыми и невкусными.
— А… но…
— Ешь.
— Д-да!
Хастер, похоже, не смог устоять перед властным тоном Лухи. Он, словно подброшенный пружиной, проткнул такояки зубочисткой и поспешно отправил его в рот. Он не успел его остудить и теперь, как золотая рыбка, выброшенная на берег, хватал ртом воздух, но всё же жевал.
И тут…
Лицо Хастера просветлело.
— …Ну как? — Махиро с опаской посмотрел на него.
— Вкусно!
Похоже, ему понравилось. Он забыл о своей прежней настороженности и быстро съел ещё один такояки. Ням-ням. Улыбка. Как ребёнок.
И Махиро увидел, как Лухи, глядя на Хастера, мягко улыбнулась. В её взгляде была какая-то материнская нежность, словно она смотрела на младшего брата. Это совсем не походило на взгляд врага.
И Ньярлатхотеп, и Ктугха, и Хастер, и Ктулху… Может быть, вражда между расами не так уж и серьезна, как думал Махиро? Или, может быть, новое поколение не так сильно зациклено на этом?
— Этот город мне нравится. Я собираюсь здесь немного поработать, так что заходите ещё, если будет время.
В её облике, когда она жарила такояки, не было и следа от прежнего великолепия. Но Махиро эта Лухи нравилась больше.
Может, стоит зайти к ней ещё раз по дороге домой? Размышляя об этом, Махиро выбросил пустую тарелку в мусорный мешок рядом с ларьком, и они пошли дальше.
Хастер поклонился удаляющемуся ларьку, и Лухи, словно в ответ, помахала ему рукой. Это было очень трогательно.
— Лухи — продавец такояки. Может, она так счастлива?
— Кто знает. У неё своя жизнь. Нам не стоит об этом думать.
— Ты так спокойно об этом говоришь.
— Конечно. Даже если в ходе событий приходится впутывать других, в наше время не принято переживать из-за этого.
— Да, ты как всегда ужасна.
Она была просто невероятно бессердечной.
＊＊＊
Наконец-то они вернулись к воротам дома Ясака.
— Я дома!
Дверь была не заперта. Обувь матери стояла на месте, так что, похоже, никаких похищений больше не было. Махиро облегчённо вздохнул.
Как только они сняли обувь и вошли в коридор, дверь в гостиную открылась.
— С возвращением, ребята, — сказала мать, шлёпая тапочками.
— Мы дома… Мам, что это за коробка?
Махиро заметил, что мать держит в руках картонную коробку. Размером она была около двадцати сантиметров в квадрате, не очень большая. Судя по спокойному лицу матери, она была не тяжёлой. Махиро заметил, что на коробке наклеена какая-то бумажка, похожая на накладную.
И ещё надпись на коробке.
Yomagn'tho.com.
— Где-то в обед пришла посылка для Ньяруко-сан.
— Пришла! Экспресс-доставка, хоть и платная, но быстрая, Ямансо-дотком!
— А-а.
Похоже, это был тот самый товар, о котором они говорили утром. Если подумать, то Земля — это захолустье на окраине галактики, а заказ доставили всего за девять часов. Неужели курьеры могут летать со скоростью света? Какая-то невероятная история.
— Вот, Ньяруко-сан.
— Спасибо, мама Махиро-сана!
— Что это такое?
Это должно было быть устройство для создания комнат для Ньярлатхотеп и остальных, но Махиро не знал, что это на самом деле. Он боялся, что если открыть коробку, то там окажется зеркало, которое ведёт в какой-нибудь параллельный мир.
— Хе-хе. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Сейчас я вам всё покажу… Хм?
И тут…
Из кармана Ньярлатхотеп раздалась мелодия. Наверное, это был её телефон. На этот раз это была песня о том, как кто-то быстрее всех летит в завтрашний день. Махиро казалось, что каждый раз у неё новая мелодия. Сколько же их у неё?
— Телефон?
— Нет… это электронная почта. Сейчас посмотрю…
Ньярлатхотеп открыла телефон и начала читать сообщение.
Но в следующую секунду…
Её лицо побледнело.
— Ч-что случилось, Ньяруко?
— Это… это ужасно! Кошмар!
— Что такое? Опять какая-то неприятность?
Ньярлатхотеп, в ответ на вопрос Махиро, вытерла пот со лба и закрыла телефон.
Она посмотрела на него серьёзным взглядом.
— Махиро-сан, нам нужно немедленно уходить.
— А? Ч-что случилось?
— Я… мы… должны идти.
В голосе Ньярлатхотеп звучала такая решимость, что Махиро не мог ей возразить.
— К-куда?
Ньярлатхотеп, с серьёзным выражением лица, ответила на вопрос Махиро.
— В библиотеку Келено.
