Опять.
Знакомое ощущение. Тепло, словно тебя что-то обволакивает, и чувство покоя, от которого не хочется избавляться. Махиро снова погружался в это состояние.
Он уже понял. Это сон. Раз он осознаёт, что это сон, значит, он спит не очень глубоко. В доказательство этому, его пять чувств, хоть и смутно, но, кажется, работали.
Вот, например, губы тёплые.
Губы.
В тот момент, когда он это осознал, сознание Махиро пробудилось. Мысли, до этого словно подёрнутые дымкой, стремительно прояснились, и это заставило его открыть тяжёлые веки. Махиро, напрягая пресс, резко сел — так, как не смог бы человек с низким давлением. Правда, только верхняя часть тела. Прояснившимся мозгом он оценил ситуацию.
Что произошло потом? Кажется, он мчался на «Нефрен-Ка» к Р'льеху, совершая подводное приключение, и тут на них напали Глубоководные. Он думал, что они отбились, но потом их начал преследовать Дагон-кун. Р'льех уже был виден, но дорогу преградила Гидра-тян. Да, их атаковала Гидра-тян.
С этого момента у Махиро не было воспоминаний.
Махиро посмотрел на место, где он сидел. Это была не тесная кабина «Нефрен-Ка». Гораздо более просторное место. Не в помещении, а снаружи.
Извивающиеся кривые и безупречно точные прямые линии сплетались в причудливом танце. Разбросанные тут и там строения имели настолько странные очертания, что поневоле врезались в память, вызывая желание воскликнуть: «Да вы же нарушаете все строительные нормы!»
Цветовая гамма напоминала карнавал во всей его пестроте. Если просто скользить взглядом, то ещё ничего, но если пристально смотреть, то зрение, казалось, стремительно ухудшалось. Земля, на которой сидел Махиро, была спокойного зелёного цвета, но даже она выглядела необычно по сравнению с привычными пейзажами.
Этот город, где от одного воздуха можно было сойти с ума.
Без сомнения, это Р'льех.
Он посмотрел наверх. Неба, которое должно было там быть, не было. Вместо него виднелись глубины океана, где они только что были. Похоже, Р'льех был защищён полупрозрачным куполом, и внутри него была такая же среда, как на суше.
— Махиро-кун, ты в порядке?
В этом ином измерении знакомый язык и голос заставили барабанные перепонки Махиро вибрировать. Он повернул голову на звук. Хастер сидел на корточках на зелёной брусчатке. Но почему-то его волосы и одежда были мокрыми. Словно он гулял под дождём без зонта.
— Да, вроде в порядке, но почему ты такой мокрый… Ого!
Тут Махиро заметил, что он и сам такой же. То есть, Махиро тоже был весь мокрый. С его чёлки, казалось, вот-вот закапают капли. Это ощущение, вероятно, проникло до самого нижнего белья. Не то чтобы это было невыносимо, но приятного мало.
— Прости, я изо всех сил пытался спасти Махиро-куна, извини, что мы промокли.
— Спасти? Что произошло потом?
— Ну, это…
Хастер начал объяснять, жестикулируя.
«Нефрен-Ка», атакованная Гидрой-тян, затонула. Троих пассажиров выбросило в море. Хастеру удалось как-то вытащить Махиро, который потерял сознание, и проникнуть в Р'льех. Вот почему они были мокрыми.
— Понятно… Спасибо, Хасута, ты меня спас.
Он нежно погладил по голове своего спасителя.
— Д-да…
— Но всё же, как я выжил, оказавшись в море?
Р'льех, затонувший на дне океана, был виден, значит, глубина была немаленькая. В таком случае, давление и температура воды… Хастер, известный своей невообразимой силой, ещё мог бы выдержать, но Махиро, обычный человек, вряд ли.
— Ну, это, наверное, благодаря этому?
Хастер указал куда-то. На карман школьной формы Махиро. Оттуда пробивался фосфоресцирующий свет. Махиро, подумав, что это такое, пошарил в кармане и нащупал что-то твёрдое.
— …Кристалл, это он.
То, что он вытащил, без сомнения, было чёрным кристаллом, который ему дала Ньярлатхотеп. Значит, если бы не он, Махиро бы умер. «Носи его всегда с собой», — говорила Ньярлатхотеп, и, возможно, к этому стоило прислушаться.
Кстати, этот чёрный кристалл слишком уж удобен. Он и энергию Шантаку-куна восполняет, и от лучей Великого Предводителя защищает. Если бы существовал список «Лучшие моменты чёрного кристалла», то спасение Махиро точно вошло бы в него.
— Но ты всё-таки, Махиро-кун, немного воды наглотался. Ты не дышал, когда мы сюда попали.
— Что, серьёзно? Я чуть не умер?
Пусть это и было ради того, чтобы добраться до матери, но от мысли о смерти у Махиро по спине пробежал холодок. Махиро, который голыми кулаками усмирял злых богов, был исключением для Ньярлатхотеп и Ктугхи. Если бы инопланетянин без корыстных побуждений всерьёз взялся за Махиро, то тот легко бы попрощался с этим миром — настолько он был слаб. Он забыл об этом. Возможно, из-за того, что дело касалось его матери, он потерял хладнокровие.
— Правда, хорошо, что ты спасся.
— Но как я снова задышал? Это тоже благодаря кристаллу?
Раз уж этот предмет такой полезный, может, стоит его немного отполировать, чтобы он стал чище?
— Н-нет, это не так!
— Не так?
— Ну, это…
Хастер вдруг покраснел и отвернулся от Махиро. Он сидел на корточках, скрестив ноги, и теребил пальцы, явно нервничая.
Время от времени Хастер украдкой поглядывал на Махиро. Но не смотрел ему в глаза. Взгляд Хастера был направлен чуть ниже глаз Махиро.
В то место.
Губы.
В мозгу Махиро что-то щёлкнуло. Ощущение из сна. Тёплые губы. Махиро, наглотавшийся воды и переставший дышать. В таких случаях при несчастных случаях на воде самое распространённое средство первой помощи — это…
— Хасута, что ты со мной сделал?
— Н… ну… это долгая история…
— В трёх предложениях.
— Махиро-кун наглотался воды.
Он не дышал.
Я… я сделал… искусственное… дыхание.
У меня… это было впервые.
— Четвёртое предложение я не слушал!
— Ой!
Махиро в ярости ударил кулаком по зелёной брусчатке, и Хастер вздрогнул и закрыл голову руками. Это было так предсказуемо, что хотелось плакать. Значит, Махиро невольно лишился невинности с двумя злыми богами. Причём на этот раз, хоть и внешне это была девушка, внутри был парень.
Нет, это не считается. Не считается. Это было искусственное дыхание, медицинская процедура. Хастер ведь это признаёт. И благодаря этому Махиро выжил, так что нельзя это отрицать. Скорее, нужно от всего сердца поблагодарить.
— …Да, ты прав. Искусственное дыхание. Спасибо, Хасута. Это была медицинская процедура.
— …Это не только…
— Кстати, а где Ньяруко?
Махиро проигнорировал бормотание Хастера.
— Ньяруко-тян, не знаю, но, думаю, она уже в Р'льехе.
— Ты это чувствуешь?
— Да, я чувствую запах Ньяруко-тян.
Хастер принюхался, шевеля носом. Махиро подумал, что он похож на щенка, но потом его осенила другая мысль. Это и был радар злых богов Хастера. У Ньярлатхотеп это был ахогэ. У Ктугхи, по слухам, — два хвостика. А у Хастера, видимо, — обоняние.
— Тогда сначала нужно встретиться с Ньяруко.
Махиро встал. Хоть ботинки и промокли, сейчас было не до этого. Если что, потом простудится, сейчас не время об этом думать.
— …Махиро-кун…
Хастер встал и посмотрел на Махиро влажными глазами.
— Что случилось?
— Ты любишь Ньяруко-тян?
— Что?!
От неожиданного вопроса Махиро издал странный звук.
— Ньяруко-тян говорила. Что она… поцеловалась с Махиро-куном.
— Эта дура!
Это же была чёрная страница его истории, а она всем подряд рассказывает! И про случай с «Ройгер Ньюс» тоже. Почему она так легкомысленно относится к таким вещам, хотя обычно ничего не делает? Может, стоит всё-таки снять печать с вилки?
— И Ньяруко-тян, похоже, очень любит Махиро-куна.
— Не обращай внимания на её слова. Её слова — это как игра «Лжец», если ты не можешь распознать ложь, то лучше вообще её не слушать.
— …Вы же поцеловались?
Глубокий, как синее небо, взгляд пронзал его. В глазах Хастера, хоть и спокойных, была какая-то непреклонная сила. Махиро невольно сбавил тон.
— Слушай, Хасута. Это был несчастный случай. Словно на меня напал Ползучий Хаос.
— …Значит, было.
— Нет-нет, почему ты так расстроился?
— …Потому что… я тоже… я тоже люблю Махиро-куна!
— …………
— …………
— Ты что, на самом деле фанат своего старшего брата? Ты был единственным ребёнком, поэтому восхищаешься старшими братьями?
— Это не «нравится», а «люблю»!
Махиро попытался отшутиться, но его слова были отвергнуты.
— У тебя температура, всё в порядке?
На всякий случай он приложил руку ко лбу Хастера.
— У меня нормальная температура!
Похоже, это не простуда, а болезнь мозга.
Махиро глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, и, глядя на Хастера, как старший брат на неразумного младшего, мягко сказал:
— Слушай, Хасута. Я кто? Ясака Махиро. Имя Махиро, конечно, иногда дают и девочкам, но этот Махиро — парень. Понимаешь? Я парень. Парень. Парень. Парень. А ты кто, Хасута? Ты же не Хасуко, а Хасута. Если бы девушку звали «-та», я бы на её месте вырыл яму и кричал туда. Понимаешь? Ты парень. Парень. Парень. Парень.
Он повторял слово «парень», словно пытаясь разрушить гештальт в мозгу Хастера.
Но Хасута медленно покачал головой и уверенно посмотрел на Махиро.
— В любви нет правил! Я просто полюбил человека, который оказался парнем! Логически здесь нет никаких противоречий!
Нет, это нелогично. И потом, «противоречие» читается как «хатан», а не «хадзё». Ты вообще взрослый? Махиро так думал, но Хастер, который так уверенно отстаивал свою точку зрения, казался ему неубедительным. Глядя на то, как он горячо доказывает свою правоту, словно в лихорадке, Махиро понял, что простыми уговорами его не переубедить.
— …Ладно, оставим в стороне однополую любовь. Но почему именно я?
— А?
— Мы же познакомились только сегодня утром. А нормально представились друг другу — вообще только что. Как ты мог за полдня так… полюбить меня?
— …Когда мы столкнулись, и Махиро-кун помог мне встать… когда я прикоснулся к его тёплой руке… я почувствовал… это!
— Что «это»?
— Любовь с первого взгляда.
— Рис из Мияги?
— Нет!
Хастер покраснел и запротестовал, но Махиро не мог удержаться от шутки. Любовь с первого взгляда. Ньярлатхотеп говорила что-то похожее. Что она влюбилась в Махиро, как только увидела его досье. Что за инопланетяне? Что за я? Раньше Ньярлатхотеп, ссылаясь на фольклор, говорила, что у Махиро есть предрасположенность к тому, чтобы его похищали боги. Может, он действительно притягивает к себе инопланетян?
— Эй, Хасута. Говорят, любовь — это как корь.
— Это не так! Я хочу… соединиться с Махиро-куном.
— Ты говоришь то же самое, что и Ку-ко.
Махиро был уверен.
Среди инопланетян нет нормальных.
Наверное, все инопланетяне, которые появятся в будущем, тоже будут странными.
— Махиро-кун… я так тебя люблю…
Хастер чуть не плакал. Похоже, разговор зашёл в тупик. Это было плохо. Чтобы встретиться с Ньярлатхотеп, ему нужно было пересечь этот огромный Р'льех, а без обоняния Хастера, то есть, без его радара злых богов, это было бы самоубийством.
Но сам Хастер был в таком состоянии.
Бог ветра, а не может прочитать атмосферу. Что за дела?
Что же делать? Махиро был в замешательстве, но тут ему в голову пришла мысль из одной книги, которую он читал раньше.
Это была не книга о мифах Ктулху, а обычная научно-популярная книга. Он случайно наткнулся на неё в школьной библиотеке и прочитал от корки до корки. Это была книга о питании европейской знати.
И Махиро вспомнил одну историю из этой книги.
— Ладно, Хасута, давай сделаем так.
— А?
— Я читал в одной книге. По астрономии. Всё в этом мире движется по циклу в двадцать пять миллионов лет. То есть, через двадцать пять миллионов лет всё будет точно так же, как сейчас.
— Правда?
— Да, правда. Так что, Хасута, если твои чувства ко мне не изменятся через двадцать пять миллионов лет, то я, может быть, приму тебя.
— П-правда?
— Да. Так что сейчас потерпи, помоги мне найти Ньяруко, а потом мы пойдём к моей маме.
— Д-да! Обещаю, Махиро-кун!
— Обещаешь.
Всё идёт по плану. Махиро, стараясь не выдать своего торжества, мысленно ликовал. Бог ветра с мозгами из вихря — это же так просто.
Хастер протянул Махиро мизинец.
— Давай поклянёмся!
— А, да, давай.
Махиро переплёл свой мизинец с мизинцем Хастера. Его палец был таким же тонким, как и всё его тело. Махиро, хоть и был стройным для старшеклассника, всё же выглядел мужественнее. Хастер же, казалось, родился не того пола.
— Клянусь-клянусь…
— Клянусь-клянусь…
— Если совру…
— Если совру…
— Выпью тысячу чашек воды из озера Хари!
— …………
Стоит ли клясться? В конце концов, это инопланетянин, и земные законы на него не действуют. Что, если он действительно продержится двадцать пять миллионов лет? Конечно, это маловероятно, но всё же. Может, он поторопился?
Нет, всё правильно. Это лучший способ справиться с ситуацией. Иначе Хастер так и остался бы сидеть на месте, обиженный. А сейчас главное — найти мать, а для этого нужно объединиться с Ньярлатхотеп и собрать все силы.
Пока Махиро убеждал себя, Хастер отпустил его мизинец.
— Пошли! Я чувствую запах Ньяруко-тян! Вон там!
Хастер, неожиданно оживившись, схватил Махиро за руку и побежал. Махиро, чувствуя неприятную сырость в ботинках, последовал за ним.
— Далеко она?
— Думаю, не очень… Хм…
Хастер, продолжая бежать, принюхался.
— Что такое, Хасута?
— …Новый запах. Это… Ку-ко-тян!
— Что?! Где?!
— Кажется, она вместе с Ньяруко-тян.
Вместе с Ньярлатхотеп. Обычно в этом не было ничего страшного, но Махиро не мог отделаться от дурного предчувствия. Сейчас Ктугха была на стороне Ктулху. Что будет, если они встретятся? Конечно же, начнётся битва.
Ктугха вряд ли всерьёз попытается убить Ньярлатхотеп, которую так любит. А вот Ньярлатхотеп, наоборот, может и прикончить Ктугху. Судя по их обычным перепалкам, Махиро не сомневался в таком исходе.
— Плохо дело, нужно спешить!
— Д-да!
Махиро подтолкнул Хастера в спину, и тот ускорился. Махиро старался не отставать, но в то же время чувствовал свою человеческую ограниченность. Впрочем, он не собирался тренироваться и преодолевать эти ограничения.
Вскоре они вышли на открытое место. На площади, если можно так выразиться, виднелись две фигуры. Даже на расстоянии Махиро узнал их.
— Ньяруко! Ку-ко!
Махиро закричал, подбегая к ним.
— Махиро-сан, вы в порядке? Я уж думала, что-то случилось, когда мы разделились.
— А, да. Хасута помог. И тот кристалл, который ты мне дала.
— В нём заключена моя любовь, так что это пустяки.
Ньярлатхотеп легкомысленно отмахнулась, но её взгляд был прикован к Ктугхе.
— …Мальчик, нужно высушить одежду, а то простудишься.
Ктугха, которая тоже не сводила глаз с Ньярлатхотеп, указала пальцем на Махиро. На кончике её пальца зажёгся тусклый огонёк.
В тот же миг Махиро почувствовал, как его тело меняется. Вернее, не тело, а одежда. Она становилась всё теплее и теплее, пока от неё не пошёл пар. Но кожа при этом не обжигалась. То же самое произошло и с одеждой Хастера.
В результате их мокрая одежда высохла, словно только что из химчистки.
Похоже, это тоже была работа Ктугхи. Помимо того, что у неё мозги из твёрдого топлива, она ещё и ходячий бытовой прибор.
— Махиро-сан, я немного поговорю с Ку-ко, а вы пока идите вперёд.
— Н-но…
— Хастер-кун, ты же знаешь, где мать Махиро-сана?
— Д-да, наверное.
— Эй, Ньяруко, мы же одни…
— Не волнуйтесь. Скорее всего, самый опасный противник на стороне Ктулху — это эта извращенка. С остальными Хастер-кун справится и один.
Ктугха была самым опасным врагом, и Ньярлатхотеп это знала лучше всех. Поэтому она не могла оставить её без присмотра. Сейчас Ктугха была на стороне Ктулху, она была врагом.
Махиро не хотел, чтобы они дрались. Всего несколько часов назад они были вместе. Но если это неизбежно, то он, простой смертный, ничего не мог поделать.
Поэтому он решил сказать только одно.
Махиро глубоко вздохнул и посмотрел на двух девушек, которые сверлили друг друга взглядами.
— Ньяруко. Ку-ко.
— Что такое?
— …Что?
— Мамины крокеты… намного вкуснее, чем моя стряпня. Уже поздно, так что давайте поскорее закончим и пойдём ужинать.
Он произнёс это чётко и ясно.
Обе девушки на несколько секунд застыли, а потом, поняв смысл его слов, одновременно показали ему большие пальцы.
— Хасута, пошли. Где мама?
— А? А… наверное, там.
Махиро отвернулся от них и побежал.
Он не знал, что задумала его мать и Ктугха. Не знал, что задумал Ктулху, и зачем отец Хастера послал его сюда. Но он знал одно: когда всё закончится, они все вместе вернутся домой и сядут за стол. Никто не останется в стороне.
Возлюбленный мальчик, сопровождаемый Хастером, исчез из поля зрения. Ньярлатхотеп смотрела ему вслед, хоть и не пристально, но всё же провожала взглядом.
— …Мальчик… хороший…
Тихо прошептал живой огонь.
Ктугха, рождённая на Фомальгауте, ходячее нарушение закона об обращении с опасными веществами.
— Естественно. Махиро-сан — мой муж.
На самом деле, Махиро, кажется, стремительно «оттаивал». Вначале он был настроен враждебно, всерьёз пытался выгнать Ньярлатхотеп из дома Ясака, даже колол её вилкой. Но сейчас? Хоть он по-прежнему быстро выходил из себя и ранил её нежное сердце словесными уколами, попыток изгнать её больше не было. Вилку он тоже доставал лишь для острастки, но не применял.
Здесь, в последнее время, её симпатия к нему росла, хоть и были признаки этого и раньше, но это изменение было слишком резким. Словно яд обернулся лекарством.
Наверное, это всё-таки…
…тот вчерашний поцелуй стал решающим.
Вспоминая его, она сама чувствовала, как её мозг плавится. Если бы от одного поцелуя можно было забеременеть, то это, без сомнения, был бы точный выстрел, прямо в яблочко.
Хоть Великая Раса Йит и поменяла их телами, но её буйное воображение уже всё дорисовало. В её галерее воспоминаний и компьютерной графики уже была сцена, где Махиро страстно целует её. Хоть «Ройгер Ньюс» и сожгли фотографии и негативы, эта память навсегда останется в её мозгу.
Но это был лишь промежуточный этап. После «А», естественно, будут и «Б», и «В». Конечная цель — зачать ребёнка от Махиро и жить с ним долго и счастливо всей семьёй.
Для этого нужно устранить препятствия. Эту бесстыдницу, забывшую о гостеприимстве и переметнувшуюся на сторону врага, нужно как-то образумить.
— …Несмотря ни на что, Ньяруко последовала за мной. Сердце трепещет.
— Моё дело! Несколько дней назад ты поступила на службу в Агентство Планетарной Защиты, а теперь почему ты на стороне врага? Это неважно. Важно то, Ку-ко, что ты собираешься делать! Чем ты собираешься помочь Ктулху?!
— …Ньяруко.
— Телохранителем ты точно не будешь… Хм?
Если нужна была просто боевая мощь, то не обязательно было привлекать Ктугху. Ньярлатхотеп и сама могла бы справиться. Более того, Дагон-кун и Гидра-тян были бы вполне достаточны. Для защиты затонувшего Р'льеха, где Дагон-кун и Гидра-тян, не имеющие себе равных в подводном мире, были бы незаменимой силой.
И тем не менее, та зеленоволосая женщина выбрала Ктугху. Значит, дело не в боевой мощи, а в чём-то уникальном, присущем Ктугхе. Это подтверждалось и тем, что та женщина назвала Ктугху Королевой. Значит, Ктугха была нужна ей по какой-то особой причине.
В таком случае, тем более нельзя оставлять Ктугху без присмотра.
— …Ньяруко.
— Что такое?
— …Взрослеть — это грустно.
— Не знаю я таких вещей.
Ньярлатхотеп отмахнулась от слов Ктугхи, которые могли бы вызвать травмирующие воспоминания.
— …Я тоже, на самом деле, не хочу сражаться с Ньяруко… но…
Ктугха взмахнула правой рукой. Вслед за её движением вспыхнуло пламя. Это был огонь, окутывавший Неописуемый Лом, который она незаметно сжимала в руке.
— …Если есть что-то дорогое, что нужно защитить… то я буду сражаться… даже с собой!
Казалось, пламя в её алых глазах разгорелось ещё сильнее.
— …Вот как. Значит, ты настроена серьёзно.
Ньярлатхотеп вздохнула. Похоже, решимость Ктугхи была непоколебима, она была готова ко всему. Она думала, что Ктугха глупа, но не до такой же степени.
Ничего не поделаешь.
Придётся преподать ей суровый урок реальности.
— …Ньяруко, ты не будешь трансформироваться?
Полная боевая форма — уникальная способность Ньярлатхотепов. Она позволяла им менять свой облик на тот, в котором они чувствовали себя сильнее всего, и доводить свой боевой дух до предела. Но Ньярлатхотеп даже не достала свой Неописуемый Лом. Ктугха, естественно, нахмурилась.
— О чём ты говоришь? С тобой я справлюсь и так. Разве герои трансформируются, чтобы сражаться с рядовыми солдатами?
На самом деле, да, но если она сейчас об этом скажет, то всё усложнится.
Это была уже вторая встреча с Ктугхой в Р'льехе. В первый раз её слуги доставили Ньярлатхотеп немало хлопот своими дальнобойными атаками. Для Ньярлатхотеп, которая предпочитала ближний и средний бой, эти постоянные обстрелы тепловыми лучами были очень неприятны. А в ближнем бою Ктугха была не слаба.
В итоге, тогда ей пришлось использовать полную боевую форму, чтобы победить. Она думала, что Ктугха больше не сможет сражаться, но та снова вернулась.
Значит, против Ктугхи нужно трансформироваться. Так, наверное, думала Ктугха. И действительно, тогда, в прошлый раз, так и было. В обычной, девичьей форме, она бы не смогла справиться с той критической ситуацией. Поэтому то, что Ньярлатхотеп сейчас не трансформировалась, казалось Ктугхе странным. Но это было тогда.
Как говорил один главарь гангстеров, контролирующий преступный мир одного города:
«Люди растут каждый день».
Она покажет это Ктугхе.
Ньярлатхотеп резко выбросила вперёд сжатый кулак. Это было настолько естественное движение, что казалось, будто её рука всегда была в таком положении. Даже сама Ньярлатхотеп не поняла, когда она это сделала.
Естественно, Ктугха не успела среагировать и просто смотрела на неё.
Ньярлатхотеп медленно разжала кулак.
В тот же миг с её ладони что-то упало.
Это был лист дерева. Обычный лист, словно только что сорванный с ветки. Он был зажат в кулаке Ньярлатхотеп, и теперь, освободившись, полетел вниз.
Лист, подхваченный лёгким ветерком, закружился в воздухе. Не поднимаясь и не опускаясь, он плыл на той же высоте, где был кулак Ньярлатхотеп, уносимый потоком воздуха.
Он летел прямо к лицу Ктугхи.
Лист, словно заранее зная свою цель, прилип к глазам Ктугхи, закрыв ей обзор.
— …Чёрт, соринка в глаз попала!
Ктугха, не успев среагировать на неожиданность, поспешно попыталась смахнуть лист рукой.
Но было уже поздно.
За это мгновение Ньярлатхотеп уже приблизилась к Ктугхе. Ктугха, обладая инстинктами богини огня, успела закрыть руками голову и туловище, но Ньярлатхотеп целилась не туда.
Скользя по земле, она атаковала ноги Ктугхи. Мощный удар Ньярлатхотеп оторвал ноги Ктугхи от земли. Это был не просто подкат, а удар, наносящий урон.
Но это было ещё не всё. Ньярлатхотеп, оттолкнувшись руками от земли, подпрыгнула. Её целью была голова Ктугхи, которая оказалась в воздухе. Не сбавляя скорости, она обхватила шею Ктугхи лодыжками и, сделав сальто, ударила её о землю. Зелёная брусчатка треснула.
Не давая Ктугхе опомниться, Ньярлатхотеп схватила её. Перевернув её вниз головой, она крикнула: «Эх!» — и слегка подпрыгнула. Но приземлилась она не на ноги, а на голову Ктугхи. Раздался приятный хруст ломающихся костей.
Ктугха, не в силах сопротивляться, распласталась на земле. Ньярлатхотеп не отпускала её. Она схватила Ктугху за ноги, раскрутила её и бросила вверх. С каждым оборотом скорость увеличивалась, и тело Ктугхи вращалось параллельно земле.
Затем Ньярлатхотеп с боевым кличем бросила Ктугху вверх. Ктугха, вращаясь, полетела к потолку, но Ньярлатхотеп не стала ждать, пока она упадёт. Она оттолкнулась от земли и прыгнула. Схватив Ктугху за её похотливую голову, она сделала сальто и ударила её о твёрдую землю.
Собственный вес, умноженный на вес противника и на ускорение свободного падения, равняется разрушительной силе.
— Это мой космический CQC, архивная версия, «Опасный суплекс-комбо, от которого даже смерть умрёт в неизмеримой вечности»! — провозгласила Ньярлатхотеп, глядя на распростёртую ничком Ктугху.
«Неизмеримый и так далее» — это была серия из четырёх приёмов космического CQC, которые можно было выполнить только в определённой последовательности. Комбинация различных техник, выполненных в нужном порядке и в нужный момент, наносила гораздо больший урон, чем простое повторение одного и того же приёма.
Но это требовало огромных затрат физической и ментальной энергии. Такую комбинацию нельзя было использовать часто. К тому же, если ошибиться с таймингом, комбинация прерывалась. Чтобы выполнить её до конца, требовался очень высокий уровень мастерства. Но Ньярлатхотеп уже овладела им в совершенстве. Она могла бы побить даже председателя Космического Союза. Только вилка Махиро была ей не по зубам.
— …Ньяруко… подло…
Прозвучал слабый голос поверженного врага.
— Глупости, главное — победа, а какими средствами — неважно. Это всё. Профессор Йог-Сотот тоже так говорил: «Нападай исподтишка, не стесняйся». Ты же тоже учила космический CQC с использованием окружающей среды.
— …У-у-у… было очень больно… но… это было так… приятно…
Вот чёрт, её нужно как-то остановить.
Махиро ожидал, что даже после «Неизмеримого и так далее» Ктугха не будет побеждена. Может быть, она превращает семьдесят процентов урона от атак Ньярлатхотеп в удовольствие? Если так, то чтобы её убить, нужно использовать всю свою силу. Нельзя недооценивать этого злого бога.
— Ну, вставай. Пора рассказать, что ты задумала на стороне Ктулху. Что ты так отчаянно защищаешь?
Ньярлатхотеп села на корточки и посмотрела на Ктугху. Та медленно поднялась. Хоть из её головы и текла кровь, выражение её лица было обычным. Наверное, для неё это было как насморк.
— …Хорошо. Проигравший подчиняется победителю.
Ктугха начала раздеваться.
— Что ты делаешь?!
— …Я проиграла… Ньяруко лишит меня невинности…
— Мне это не нужно, даже если ты заплатишь!
— …Проигравший… хм… победитель изнасилует его, как грязную тряпку… ах… ах… я больше никогда… не смогу смотреть на солнце… ах… ох…!
— Вжик!
Ньярлатхотеп рассмеялась и ткнула её пальцем в глаз.
— Тебе пора задуматься о том, какое влияние ты оказываешь на молодёжь.
— …Больно.
Ктугха, похоже, была готова кончить от одних своих фантазий.
— Ну, выкладывай всё начистоту.
— …Вот.
Ктугха достала из кармана школьной формы листок бумаги. Ньярлатхотеп вспомнила его. Это был тот самый листок, который зеленоволосая женщина протянула Ктугхе. После этого Ктугха изменилась и перешла на сторону врага.
Значит, на этом листке была разгадка.
Ньярлатхотеп вырвала листок из рук Ктугхи. Тогда, издалека, он показался ей просто клочком бумаги, но на самом деле это была карточка. Прямоугольная, размером с ладонь, белая карточка.
На ней были написаны слова.
— Это…!
Ньярлатхотеп, прочитав их, вскрикнула от удивления.
Так вот оно что.
Вот в чём дело.
Её мозг, способный вызывать тошноту, наконец-то сложил все части головоломки воедино.
— Далеко ещё? — спросил Махиро, глядя на спину Хастера, который бежал в нескольких шагах впереди.
— Близко, наверное, ещё немного! — ответил Хастер.
Махиро немного успокоился. Р'льех, где от одного воздуха можно было сойти с ума, не был тем местом, где хотелось бы задерживаться. Он старался не смотреть по сторонам, а просто следовать за Хастером.
Ньярлатхотеп и Ктугха его беспокоили. В конце концов, это был тот же Р'льех, где они уже однажды сражались. Их вражда могла вспыхнуть с новой силой. Но Махиро покачал головой. Ньярлатхотеп и Ктугха вряд ли станут сейчас серьёзно драться. Скорее всего, они просто будут шутить и дурачиться, и всё закончится ничем.
Так что проблема была здесь.
— Хм… очень близко… а, вон там, наверное!
Хастер вдруг остановился и указал куда-то.
Это было здание, сложенное из угловатых зелёных камней. Вернее, было непонятно, здание это или нет. Неровные, прямолинейно обтёсанные камни были беспорядочно, или, может быть, в Р'льехе это считалось закономерным, нагромождены друг на друга, образуя нечто, похожее на гору. Даже в этом городе, где всё было странным, это сооружение выделялось своей необычностью.
Тем не менее, у этого сооружения был вход. Зияющая дыра, в которой царила такая тьма, что невозможно было разглядеть, что находится внутри.
— Мама там?
— Да, я думаю, это точно. Я чувствую тот же запах, что и от Махиро-куна. Нежный, тёплый, как солнце. Неужели он так пахнет? Как будто только что выстиранное бельё.
В общем, раз мать была внутри, то нужно было идти, что бы их там ни ждало. Ньярлатхотеп поручилась за боевые способности Хастера, так что Махиро решил ему довериться.
— …Ну, пошли.
— Да… а, эм…
Хастер схватил его за руку.
— Что такое?
— А… я подумал, что так мне будет легче защищать Махиро-куна.
— А, ну да, спасибо.
Махиро сжал его маленькую руку. Хастер, прикрыв рот свободной рукой, опустил голову. Почему он всё время краснеет до кончиков ушей? Может, он болен?
Но сейчас было не до этого. Махиро, стараясь не поддаваться панике, вошёл в здание.
Внутри было не так темно, как он ожидал. Скорее, полумрак. Можно было различить дорогу и стены. Похоже, это был коридор. Причём, один-единственный. Как в комнате страха, где маршрут заранее определён.
Тем не менее, нужно было смотреть под ноги, чтобы не сбиться с пути. Махиро шёл, не отрывая взгляда от пола. Хастер же, наоборот, шёл уверенно, словно прогуливаясь под солнцем. Наверное, это и есть разница между богом и человеком. Не стоит судить о его зрении по земным меркам.
Махиро решил, что лучше всего следовать за Хастером. Он позволил мальчику вести себя за руку. Ему было немного стыдно, что его защищает ребёнок, но, с другой стороны, Хастер, наверное, был намного старше его. Он же ровесник Ньярлатхотеп, а она уже взрослая.
Они шли по тёмному коридору несколько минут, и вдруг Хастер остановился. Махиро поднял голову. Коридор заканчивался. Но дорогу преграждало что-то ещё.
— …Дверь?
Махиро узнал то, что стояло перед ним. Это была не старая деревянная дверь, как в подземельях из RPG. Это была современная дверь из блестящего материала, похожая на дверь лифта.
— Мама Махиро-куна… она прямо за этой дверью!
— Но как её открыть?
На двери не было видно замочной скважины. Она была раздвижной, как в лифте, но щель между створками была такой узкой, что туда не пролезла бы и волосинка.
Дверь должна была открываться. Но как? Может, она открывается только изнутри? Если так, то они в ловушке.
— Подожди… Хаста-скоп!
Хастер вдруг вытянул руки вперёд и произнёс какое-то странное слово. Он медленно поворачивался, осматривая дверь и стены.
— Эй, Хасута?
— …Я понял.
Хастер опустил руки и подошёл к двери. Он начал что-то искать на стене рядом с дверью. Наконец, он остановился.
Там был небольшой выступ. Прямоугольник размером с кирпич, словно приклеенный к стене. Хастер схватил его и с силой оторвал. Он был таким хрупким на вид, но его движения были очень резкими.
Под выступом оказался какой-то узор. Шестиугольник, внутри которого было изображение. Существо, похожее на осьминога с крыльями летучей мыши, нависало над городом. А вокруг него были написаны какие-то непонятные, стёртые буквы.
— Что это?
— Знак Р'льеха.
Махиро вспомнил, что читал об этом в одном из рассказов Дерлета. Похоже, за этой дверью действительно находилось логово Ктулху.
Хастер прикоснулся к знаку, и дверь, которая до этого была неподвижна, начала открываться.
Понятно, Хаста-скоп искал механизм двери. Он был не только сильным бойцом, но и умелым исследователем. Махиро вспомнил, что в играх ветер часто ассоциируется с универсальностью и главным героем.
В общем, путь был открыт.
— …Пошли, Хасута.
— Д-да!
Что ждёт их за этой дверью? Ктулху? Мать? Что они задумали? Неужели всё дело в Сынониуме? Скоро всё станет ясно.
Собравшись с духом, Махиро прошёл через дверь.
И замер.
То, что он увидел, совершенно не походило на Р'льех. Никаких изломанных линий и кричащих цветов. Наоборот, всё было… знакомым.
Они оказались в огромном помещении, размером со школьный спортзал. Но потолок был куполообразным, как в планетарии.
В центре зала возвышалась какая-то машина. Огромное сооружение, достигающее потолка. Оно напоминало материнский компьютер из научно-фантастических фильмов, который управляет армией роботов. От него исходила какая-то… зловещая аура.
А по периметру зала стояли компьютеры. Обычные компьютеры, как те, что используются в офисах. Только мониторы были старыми, кинескопными.
Пейзаж совершенно не соответствовал тому, что было раньше.
И среди всего этого Махиро увидел зеленоволосую женщину и свою мать.
— Ой, Хиро-кун?
— Мама!
Махиро, не раздумывая, бросился к ней.
Но мать спряталась за спину зеленоволосой женщины.
— Ты всё-таки пришёл… Ты так хочешь нам помешать?
— Конечно! Ты похитила мою маму, не сказав ни слова!
— Причину? Причину? Хастер знает её лучше всех.
Женщина говорила с вызовом.
— Э… я? Э… что за история?
— Не притворяйся! Ты пришёл сюда, чтобы украсть информацию о нашем новом игровом оборудовании!
— Н-но я ничего не знаю!
Хастер махал руками и качал головой, отрицая свою вину.
Женщина сжала зубы и указала на Хастера.
— Это информация о нашем новом игровом оборудовании!
С этими словами она закончила.
— …Что? — Махиро не понял, что она имеет в виду. Он растерянно моргнул.
— Хиро-кун! Это… это невероятно! Это же космическая игровая приставка! — воскликнула мать, глядя на огромное устройство. Её глаза сияли, как у ребёнка, которому подарили долгожданную игрушку.
Махиро понял.
Причина, по которой Ктулху хотела заполучить его мать.
Причина, по которой Ктулху привлекла Ктугху.
Общее у них было одно.
Не Сынониум.
— Игровые приставки.
— А-а-а-а! Это же та самая сюжетная линия! — закричал Махиро, хватаясь за голову.
И тут…
С потолка раздался грохот.
Махиро в ужасе поднял голову. Часть потолка обрушилась. Обломки посыпались на пол. Среди них было что-то, что не было похоже на обломки. Оно упало на пол и отскочило. Махиро узнал его.
— …Падение без страховки — это больно, — сказала Ктугха. Она была связана верёвкой, как колбаса. Кто мог это сделать? Только один человек.
Махиро, предчувствуя неладное, посмотрел на дыру в потолке.
И оттуда… спустилась…
— Я так и знала, — сказала Ньярлатхотеп.
Все актёры были в сборе.
— …Что происходит? — спросил Махиро.
Он ничего не понимал. Ньярлатхотеп протянула ему руку. Между её указательным и средним пальцами был зажат белый листок бумаги.
Махиро уже видел это раньше. Зеленоволосая женщина сделала то же самое, когда переманила Ктугху на свою сторону. Белый листок бумаги. Наверное, это был тот самый листок, который зеленоволосая женщина дала Ктугхе.
Махиро взял листок из рук Ньярлатхотеп. Он был неожиданно твёрдым. По форме и размеру он напоминал визитную карточку.
Визитная карточка.
Махиро перевернул её.
Корпорация «Ктулху».
Генеральный менеджер отдела игровых разработок.
И начальник первого отдела исследований и разработок игрового оборудования.
Лухи Джистоун.
— …Что это? — спросил Махиро, не понимая, что означают эти слова. Он посмотрел на Ньярлатхотеп.
— Это её должность. Она — сотрудница корпорации «Ктулху», одна из тех, кого называют «ктулхи». И она — глава отдела разработки игрового оборудования.
Ктулхи… Махиро вспомнил. В мифах это были существа, которые прибыли на Землю вместе с Ктулху. Дети Ктулху. Сотрудница «Ктулху» — ктулхи. Ктулхи — Лухи. Теперь понятно.
— Хватит издеваться! — сказал Махиро.
— …Почему ты говоришь это мне, Ясака Махиро? — спросила зеленоволосая женщина, Лухи, с недоумением.
— Глава отдела разработки игрового оборудования? «Ктулху» занимается не только парками развлечений?
— У них есть свой игровой отдел. Хотя он не очень популярен.
— Не смей так говорить! — Лухи зарычала. Похоже, Ньярлатхотеп попала в точку. Махиро думал, что она холодная и рассудительная, но, похоже, она тоже может выходить из себя.
— Тогда зачем тебе моя мама?
— Чтобы… чтобы она помогла нам с разработкой нового игрового оборудования. Её знания и страсть к играм… они бесценны.
Махиро почувствовал, как его охватывает усталость. Конечно, его мать была фанаткой игровых приставок, и она много о них знала. Но она была просто пользователем. А не разработчиком. Зачем производителю прислушиваться к мнению простого пользователя?
Махиро решил прояснить ситуацию.
— Слушай, Лухи, — сказал он.
— Что тебе, Ясака Махиро?
— На Земле, в Японии, была очень популярная 3D-файтинговая игра. В неё играли в основном в игровых автоматах, а потом её портировали на домашние консоли.
— К чему ты клонишь?
— Послушай. В эту игру играло много очень сильных игроков. Их называли по именам городов, в которых они жили, и по именам персонажей, которыми они играли. О них писали в журналах, они вели свои колонки. Они были настоящими звёздами.
— И что с того?
— А то, что одна компания решила собрать этих игроков и сделать с их помощью новую yóгу. Они прислушались к их мнению, разработали игру… и выпустили её. И знаешь, что случилось?
— Наверное, игра получилась очень хорошей, раз её делали такие известные игроки.
— Вовсе нет. Она провалилась.
— Ч… что?! — Лухи была в шоке.
— Хороший игрок не всегда становится хорошим тренером. То же самое и здесь. Пользователь не может быть хорошим консультантом.
Махиро понимал, что его логика не безупречна, но он был уверен в своей правоте. Одна мать не сможет повлиять на судьбу игровой приставки, не говоря уже о программе.
Кстати, та файтинговая игра, несмотря на провал, получила продолжение на другой платформе. Но Махиро решил об этом умолчать. Это только усложнило бы ситуацию.
— Ч-что за бред ты несёшь?! Мы… мы с этой дамой… мы захватим вселенную!
Опять она за своё. Пора было её разоблачить.
— Захватить вселенную? Значит… — Махиро посмотрел на Ньярлатхотеп.
— …Это война игровых приставок во вселенной, — сказала Ньярлатхотеп.
Махиро понял. Война не может быть односторонней. Должна быть и другая сторона. И Лухи уже назвала её.
— Значит, причина, по которой Лухи так враждебно относится к Хасуте…
— Может быть, отец Хастер-куна — владелец компании по производству игровых приставок?
— А? А? Правда?
— Ты всё ещё собираешься притворяться, Хастер… то есть, CCE! — Лухи указала на Хастера.
— А, неужели отец Хастер-куна — шишка из CCE? — спросила Ньярлатхотеп.
— Что такое CCE? — спросил Махиро.
— Каркоса Компьютер Энтертейнмент. Компания, которая производит игровую приставку HS3. Точнее, это игровое подразделение компании «Каркоса».
HS3.
Махиро где-то слышал это название.
Точно, Ктугха говорила об этом сегодня утром. Что ей больше нравятся космические игровые приставки, чем земные. И она упоминала HS3.
— Не надо прятать подсказки в таких местах! Я же не понимаю!
— …Хнык… почему ты ругаешься на мальчика…?
Ктугху, которая лежала на полу, связанная верёвкой, ударили кулаком по виску.
— Да, CCE и их ненавистная HS3! Они постоянно мешают нам продвигать наш Xoth! Как же они меня бесят!
Xoth. Это название тоже упоминала Ктугха. Махиро думал, что это какая-то шутка, но, похоже, это была реальная игровая приставка.
— Кстати, Махиро-сан, Xoth пишется вот так, — Ньярлатхотеп написала что-то на обратной стороне визитки Лухи.
Большая буква X. Маленькие буквы o, t, h.
Xoth.
Махиро узнал это слово. Он читал о нём в своей книге по мифам Ктулху. Но оно читалось не «Xoth».
Зот.
В мифах это была зелёная двойная звезда, на которой Ктулху и его свита жили до того, как прилетели на Землю.
— Не надо вставлять такие шутки! — Махиро бросил визитку Лухи.
— Н-но я ничего не делала! — запротестовала Лухи. Махиро не слушал её. Значит, HS3 — это тоже какая-то отсылка к Хастеру. Наверное, H и S — это первые буквы его имени. Что за бред!
— Значит, Куко перешла на сторону Ктулху из-за этого? — спросил Махиро, глядя на Ктугху, которая всё ещё лежала на полу.
— …Я… я большая поклонница приставок Ктулху.
Вот оно что. Поэтому она так легко согласилась помочь Лухи, когда та показала ей визитку.
— Да, Королева — наша преданная поклонница. Мы учтём её мнение при разработке нового Xoth.
— А почему ты называешь её «Королевой»?
— …У меня есть все игры для Xoth. Я прошла их все на сто процентов.
— Мы называем её Королевой в знак уважения.
— Какая же это… глупая развязка.
Махиро ожидал чего-то более… грандиозного, но реальность оказалась намного прозаичнее.
— Вообще-то, космические приставки не могут сравниться с земными. Большинство инопланетян играют в земные приставки. HS3 и Xoth делят между собой лишь небольшой сегмент рынка. И продажи Xoth падают с каждым днём.
— Правда?
— Да, магазины подержанных игр даже отказываются их принимать.
Реальность была жестока.
Но, если подумать, зачем вообще покупать приставки Ктулху или CCE, если есть земные? Земные развлечения — лучшие во вселенной, и все это признают.
— Чёрт… если бы Стигия-Сассекс не отказалась от Xoth…! — Лухи с ненавистью посмотрела на Хастера.
— Что такое Стигия-Сассекс? — спросил Махиро. Он знал, что Ньярлатхотеп знает ответ.
— Это компания, образовавшаяся в результате слияния двух крупнейших производителей RPG в космосе — «Стигия Софт» и «Сассекс». Кстати, они собирались выпустить новую часть «Ползучей хроники Ньяр» на Xoth, но потом передумали и выпустили её на HS3.
— Да! Проклятая Стигия-Сассекс! Мы разрешили им использовать образ Инсмута в «Кингспорт Хартс», они заработали на этом кучу денег…!
Лухи не могла успокоиться.
У Махиро разболелась голова.
Итак, подведём итоги.
Конфликт между Ктулху и Хастером из-за матери Махиро, которая обладала невероятными знаниями об игровых приставках, был на самом деле отражением войны игровых приставок во вселенной.
Вот и всё.
Как всегда, развязка была слишком… глупой.
— Э… это… я виноват? — спросил Хастер, который ничего не понимал. Он спрятался за спину Махиро, спасаясь от гневного взгляда Лухи.
— Не обращай внимания. Наверное, это всё из-за солнца.
Махиро не мог говорить как иностранец. Он устал от этой глупой истории. Он чуть не умер из-за неё. И мать, и Ктугха… они могли бы просто сказать ему правду.
— …Хе… хе-хе… но эти дни унижения закончились. Когда я закончу разработку Xoth 731, HS3 будет просто пылью!
Лухи указала на огромное устройство за своей спиной. Махиро догадался, что это и есть новая приставка Ктулху. Понятно. Компьютеры по периметру зала и новая приставка в центре.
Это была лаборатория по разработке игровых приставок.
— Но этот… Xoth… он же слишком большой. Вы же не собираетесь продавать его в таком виде?
— Конечно, нет. Хе-хе, главная особенность Xoth 731 в том, что это центральный сервер, который будет передавать данные прямо в мозг игроков!
— Объясни в трёх предложениях.
— Игроки покупают право на использование Xoth 731.
Мы передаём им данные игры по беспроводной связи прямо в мозг.
И они получают невероятный опыт виртуальной реальности.
Короче говоря, это эксклюзив для цифровой дистрибуции.
— …Ты тоже использовала четыре предложения, — сказал Махиро.
Он уже устал от этого.
Значит, этот центральный сервер будет передавать какие-то странные волны, и игроки будут играть в игры в своём воображении.
— Хе-хе, и его характеристики в три раза превосходят HS3! Только на Xoth 731 можно будет увидеть такую обработку света! Никаких дисков — никаких перегревов! Игры будут передаваться по сети, так что никаких затрат на производство! И игроки смогут играть где угодно, как на портативной консоли! Идеально! Со всех сторон! Атлантида!
Она была в восторге.
— …Круто… я куплю аккаунт, — сказала Ктугха.
Махиро ошибся. Был ещё один человек, который был в восторге. Ктугха была фанаткой Xoth.
— Ну как, Ясака Йорикo? Это шедевр наших технологий, Xoth 731. Он не уступает земным приставкам. Теперь нам нужны только ваши советы, чтобы…
— Хм… но я думаю, что это провал, — сказала мать.
— …Что?
Очки Лухи съехали на нос.
Мать, которая до этого молча рассматривала огромное устройство, нахмурилась. Она посмотрела на Лухи с таким видом, словно та была маленьким, глупым ребёнком.
— Я не разбираюсь в разработке игровых приставок, так что скажу своё мнение как пользователь. Я видела много разных приставок, играла в них… и я думаю, что эта не будет популярной.
Мать сказала это твёрдо.
Её слова были как холодный душ.
— Н-но почему?! Она же намного мощнее существующих приставок!
— Вот именно. Знаешь, Лухи-сан, если ты посмотришь на историю игровых приставок на Земле, то увидишь, что и стационарные, и портативные приставки с самыми высокими характеристиками обычно проигрывали.
— Ч-что?! Не может быть!
Лухи была в шоке. Мать была права. Приставки с лучшими характеристиками часто исчезали с рынка. Портативная консоль с цветным экраном высокого разрешения и возможностью просмотра телевизора проиграла консоли с монохромным экраном низкого разрешения. Стационарная консоль, которая позиционировалась как мультимедийный центр, не смогла конкурировать с консолью, которая была предназначена только для игр.
Мать, которая коллекционировала эти провалившиеся приставки, знала, о чём говорит. Махиро, который играл в них, тоже понимал, почему они исчезли. Игры не соответствовали возможностям приставок.
— Высокие характеристики означают, что игры должны им соответствовать. А это увеличивает затраты на разработку. Знаешь, сейчас на Земле популярны портативные консоли. Они намного слабее стационарных, о которых ты говоришь. Но их разработка дешевле и быстрее, и они приносят больше прибыли.
— Н… но…
— Популярность игровой приставки зависит не только от производителя. Нужны сторонние разработчики, которые будут выпускать для неё игры. Сможет ли ваша новая приставка привлечь их?
— Н… ну…
Лухи замялась. Слова матери были не какими-то секретными знаниями, а общедоступной информацией. Если Лухи, специалист, не может ей возразить, то всё кончено. Как она вообще стала генеральным менеджером?
— Прости, Лухи-сан, но я не смогу тебе помочь. Впрочем, я с самого начала так думала. Нельзя же просто так взять и доверить разработку приставки простому пользователю.
— Н-но вы же согласились мне помочь…
— А? Я сказала, что пойду с тобой, но не говорила, что буду помогать.
Мать была жестока. Конечно, она не говорила, что будет помогать. Она сказала, что ей это подходит, но не уточнила, что именно.
— Н-но… тогда зачем вы пошли со мной?
— Ну… из любопытства.
— Но…
Лухи потеряла дар речи. Можно понять её чувства. Человек, на которого она возлагала такие надежды, пришёл просто из любопытства. Даже врагу не пожелаешь такого.
— Хе-хе-хе… похоже, переговоры провалились. Сколько же времени мы потратили. Ну что, верните нам мать Махиро-сана, — сказала Ньярлатхотеп с победным видом. Раз мать Махиро отказалась сотрудничать, то у Лухи, а значит, и у корпорации «Ктулху», не осталось никаких оснований её удерживать.
Но Лухи спрятала мать за своей спиной.
Похоже, она всё ещё собиралась сопротивляться.
— Чёрт… она не твоя, девчонка!
— Ну да… тогда я, как Ползучий Хаос, заберу её!
Ньярлатхотеп с боевым кличем бросилась вперёд. Её тело окутала фиолетовая молния. Конечности начали меняться, кожа превратилась в твёрдую броню.
Вскоре перед ними стоял воин в чёрных доспехах.
Воплощение сверхнасилия.
Ходячий флаг смерти.
Полная боевая форма.
— Чёрт… не подходи!
— Отдай мать Махиро-сана, и всё будет хорошо. Иначе мой космический CQC-энхансер разорвёт узы вечности и превратится в меч правосудия, который покарает тебя.
Махиро не понял, что она имеет в виду, но это звучало очень… жестоко.
— Я… я тоже могу помочь? — спросил Хастер.
— Не надо. Я думаю, она справится и одна. Всегда справлялась, — ответил Махиро.
Ньярлатхотеп, превратившаяся в чёрного воина, медленно шагнула вперёд. Для Лухи это, наверное, было похоже на приближение реки Стикс.
И тут…
Раздался телефонный звонок. Махиро подумал, что это телефон Ньярлатхотеп, но её мелодия была другой. И у Махиро тоже. И у Ктугхи, насколько он помнил, тоже. Мать, если она не сменила мелодию, должна была использовать голос Махиро «Телефон звонит». Хотя Махиро очень хотел, чтобы она её сменила.
Значит, оставался только один человек.
— А, подождите, — сказала Лухи, внезапно став серьёзной. Она достала из нагрудного кармана телефон. Соблюдая деловой этикет, она отвернулась и поднесла телефон к уху.
— Да, Лухи Джистоун… Что? Г-генеральный директор?!
Лухи резко изменилась в голосе. Она выпрямилась и застыла по стойке смирно.
— Да! Да, мы почти закончили, восемьдесят процентов готово! Мы обязательно уложимся в срок! Xoth 731 станет спасением нашей компании… Что?
Лухи, которая говорила с энтузиазмом, вдруг замолчала.
— Что…? Закрыть проект?! Но, генеральный директор, этот отдел приносит прибыль, и если мы сейчас его закроем, то убытки будут… Это окончательное решение?! Но… генеральный директор?!
Что-то было не так. Лухи была явно расстроена. Она постоянно меняла руку, которой держала телефон, и вытирала пот платком.
— Т-тогда что будет с этим отделом… с нами… увольнение?! П-подождите, генеральный директор! Этот… этот Xoth 731… он принесёт пользователям столько радости и удовольствия… это будет золотой опыт… А-а-а, не бросайте трубку! Генеральный директор! Генеральный директор! Подождите!
Лухи кричала в трубку, но потом её плечи поникли. Она уронила телефон.
— А… я понял, но всё же спрошу. Что случилось, Лухи? — спросил Махиро.
— …Корпорация «Ктулху»… закрывает игровое подразделение… они сосредоточатся на парках развлечений и продаже мерча… нас… уволили…
Вот и всё.
Значит, руководство решило, что вкладывать огромные деньги в не очень прибыльное игровое подразделение невыгодно. Лучше сосредоточиться на основном бизнесе — Лулльеленде. С точки зрения бизнеса это было правильное решение.
Но они могли бы принять это решение до того, как начали разработку новой приставки.
Махиро посочувствовал Лухи.
— …Xoth закрывается… а я так ждала продолжения многих игр… «Клуб Дримленд»… «Ползучий M@STER»…
Ещё одна жертва обстоятельств. Ктугха, которая была ярой поклонницей Xoth, плакала так, словно её священный источник иссяк. Махиро стало её жаль.
— …Ньяруко, что будем делать? Мне её жаль, — сказал Махиро.
— …Да. Конечно, легко её сейчас избить, но я буду чувствовать себя виноватой.
Может быть, Лухи просто любила Xoth. Она пыталась привлечь мать Махиро и Ктугху, враждовала с Хастером… всё ради того, чтобы Xoth стал популярным. Махиро начал её понимать.
Он решил, что они просто вернут мать и Ктугху и оставят Лухи в покое.
Махиро посмотрел на Лухи с сочувствием.
Но…
— …Нет… ещё не всё кончено…!
Лухи, которая до этого выглядела как сломанная кукла, вдруг ожила. Она бросилась к огромному устройству в центре зала и начала что-то делать на панели управления.
— Эй! Что ты делаешь?!
— Я запущу Xoth 731! Если он заработает, если я покажу его возможности, то генеральный директор передумает!
— Но он же не готов! Ты же сама говорила, что он готов только на восемьдесят процентов!
— Неправда! Он готов на сто процентов! Начальство этого не понимает!
Лухи с невероятной скоростью нажимала на кнопки. Похоже, она сошла с ума от шока.
Она ударила по клавиатуре.
И тут… центральный процессор Xoth 731, огромное устройство, которое занимало почти весь зал, ожил. Раздался низкий гул, и на его корпусе зажглись лампочки.
— О… он заработал? — спросил Хастер, прижимаясь к Махиро. Он был таким же беспомощным, как и Махиро.
— Не знаю… Ньяруко, что скажешь?
— Я тоже не понимаю, — ответила Ньярлатхотеп. Похоже, даже она не разбиралась в таких вещах.
И тут…
Раздался звук, словно кто-то выпустил воздух. Махиро посмотрел на источник звука. Это была дверь, через которую они с Хастером вошли в зал. Единственный выход из этого купола.
Там стояла тень. Человеческая тень. Вернее, не совсем человеческая.
— Глубоководный? — спросил Махиро.
Это был тот самый ихтиандр, который атаковал их в море. Он вышел из-за двери. И он был не один. За ним стояли ещё четверо.
— Что вы здесь делаете? Возвращайтесь на свои места! — крикнула Лухи. Похоже, это были её подчинённые. Значит, те, кто атаковал их в море, тоже были сотрудниками компании.
Но глубоководные не слушали её. Они издали низкий рык и вошли в зал. Их перепончатые лапы шлёпали по полу.
Их мутные глаза горели странным, недобрым светом.
— …У меня плохое предчувствие, — сказал Махиро.
— …У меня тоже, — ответила Ньярлатхотеп.
И, словно подтверждая их опасения, глубоководные бросились на них. Они рычали и прыгали.
— Ой, всё-таки да! — воскликнул Махиро.
Но глубоководные не достигли их. Они упали на пол, словно их сбило что-то невидимое.
— О… я испугался… — сказал Хастер. Он стоял, протянув руку вперёд. Похоже, это он использовал свою силу ветра.
— Эй, Лухи! Это ты их натравила?! Ты хочешь нас убить?! — закричала Ньярлатхотеп.
— Н… нет! Я не давала им такого приказа!
Лухи покачала головой. Махиро ей поверил. Глубоководные, похоже, не слушали даже её.
Но они же напали на них.
Махиро, не понимая, что происходит, посмотрел на дверь. Оттуда выходили всё новые и новые глубоководные.
Их было так много, что Махиро сбился со счёта. Десять, двадцать, тридцать… Они шли нескончаемым потоком, словно муравьи. Вскоре они заполнили весь зал.
— Ч… что это такое?! — закричал Махиро.
Глубоководных было больше ста. Их глаза были мутными, они рычали и шевелили своими перепончатыми руками. Из их зубастых пастей капала слюна.
— А, может быть… — сказал Хастер, хлопнув себя по лбу.
— Что такое, Хасута? Ты что-то знаешь?
— А… да… новый Xoth же работает?
— Ну, наверное…
— Может… они играют в игру?
— …………
— …………
— …Лухи, какая игра сейчас запущена на Xoth 731? — спросил Махиро.
— …Шутер от первого лица, в котором нужно убивать вражеских солдат, — ответила Лухи.
— Я так и знал!
Махиро схватился за голову.
Похоже, эти глубоководные сейчас играли в игру на Xoth 731. И они не отличали реальность от игры. Поэтому они приняли Махиро и остальных за врагов и напали на них.
— Хм, это и есть тот самый «космический игровой мозг»? — спросила Ньярлатхотеп.
— …Эта приставка… очень опасная, — сказал Махиро.
— Да… это как устройство для промывки мозгов, — сказала Ньярлатхотеп.
В мифах Ктулху говорилось, что Ктулху мог управлять людьми с помощью телепатии. Похоже, это было что-то вроде этого. Если бы такая приставка попала на рынок, то это привело бы к катастрофе. Может, генеральный директор корпорации «Ктулху» был прав, когда решил закрыть этот проект?
— Н… но… мы… я… я просто хотела сделать хорошую приставку… — пробормотала Лухи. Похоже, она начала понимать, что натворила.
Но сейчас нужно было что-то делать с этими глубоководными.
— Ньяруко, что будем делать? — спросил Махиро.
— Раз они под гипнозом, то нужно уничтожить источник гипноза, — ответила Ньярлатхотеп.
Источник — это Xoth 731.
— Ч… что? Уничтожить? Наш… наш шедевр? — спросила Лухи.
— Конечно! Мы не можем оставить такую опасную вещь!
— Но… но… — Лухи заплакала. Махиро понимал её чувства, но Xoth 731 был слишком опасен. Его нужно было уничтожить, пока он не натворил ещё больших бед.
Внезапно глубоководные бросились в атаку.
Первый ряд, около десяти существ, побежал к ним.
Но они не достигли своей цели. Они упали на пол. Не от удара Ньярлатхотеп и не от ветра Хастера. Ктугха всё ещё была связана. Тогда кто же их атаковал?
Махиро увидел это.
В головах глубоководных торчали…
…серебряные вилки.
Махиро обернулся.
— Не знаю, что происходит, но, похоже, нужно их остановить, — сказала Ясака Йорикo.
Мать Махиро держала в руках вилки.
— А… нет, убивать их не надо, — сказала Ньярлатхотеп.
— Хорошо, значит, нужно их обезвредить. У меня есть парализующие вилки, — ответила мать.
В следующий миг из её рук вылетели вилки. Их было много. Они летели по прямой, вонзаясь в глубоководных. Те падали на землю, парализованные. Наверное, на вилках был какой-то яд.
Даже когда вилки в её руках закончились, они тут же появлялись снова. Махиро не понимал, откуда она их берёт. Это было похоже на фокус.
— Ну что, потанцуем? — сказала мать.
Вилки летели во все стороны. Они летели не только по прямой, но и по дуге, поражая глубоководных в виски, или снизу вверх, как будто подпрыгивая. Глубоководных было больше ста, но их число стремительно уменьшалось. Пол был усеян телами парализованных существ.
— Отчаяние — вот ваша награда, — сказала мать, когда последний глубоководный упал на землю.
— …Мам, что это за режим берсерка? — спросил Махиро. Он не мог поверить своим глазам. Его мать была невероятно сильной.
— Хм… я, наверное, самая слабая из учеников профессора. Но он всегда берёт меня с собой на охоту. Знаешь, почему?
— …Нет, не знаю.
— Я очень хорошо справляюсь с мелкими врагами. Я не могу победить сильных монстров, но могу бесконечно убивать слабых. Поэтому я отвечаю за зачистку территории от мелких монстров, которые мешают охоте на больших.
Вот почему она так легко справилась с глубоководными.
Слишком уж… невероятно.
— …Так. Нужно уничтожить Xoth 731, пока не поздно! — сказала Ньярлатхотеп, которая, похоже, пришла в себя. Она повернулась к центральному процессору и сжала кулаки.
— Ох… наш шедевр… моя мечта… — Лухи всё ещё плакала.
И тут…
— …Ньяруко, позволь мне это сделать, — сказала Ктугха, которая каким-то образом освободилась от верёвок.
— А? Почему?
— …Xoth — это приставка, которую я любила. Позволь мне самой её уничтожить.
— А? Не понимаю.
— Позволь ей, Ньяруко, — сказал Махиро. Он понимал чувства Ктугхи. Она была ярой поклонницей Xoth, и ей было больно видеть, как её любимая приставка превратилась в оружие.
Ктугха подошла к центральному процессору Xoth 731 и подняла руки.
В тот же миг огромное устройство окутало пламя. Оно было таким сильным, что Махиро вспомнил огненную стену, которую Ктугха создала во дворе их дома. Казалось, что в зале появилось солнце.
— …Прости, что не смогла тебя полюбить… ты родилась не в то время… покойся с миром… — прошептала Ктугха. Махиро показалось, что она плачет.
Контуры Xoth 731 начали расплываться в пламени. Это был плач Ктугхи, Лухи и всех поклонников Xoth.
Так закончилась война игровых приставок, начавшаяся из-за похищения матери Махиро. Корпорация «Ктулху» ушла с рынка.
