Глава 3 — Глава 3

Чон Хёну никогда особо не дружил с учёбой. С анализом, расчётами, вероятностями и прочей игрой в цифры, от которой раскалывалась голова, он сблизился лишь тогда, когда стал профессиональным питчером в Корейской бейсбольной лиге. — Скорость подачи в лучший день — сто тридцать пять километров в час. Ты не из тех, кто может бросать больше сотни раз за игру, да и тело у тебя такое, что плечо, поясница или колено могут отказать в любой момент. Единственный твой талант — это контроль. Если хочешь выжить в профессионалах, придётся хорошенько пошевелить мозгами. Под руководством своего первого тренера питчеров он научился выживать в мире профессионального спорта, и с тех пор игра в цифры стала его неотъемлемой частью. Он анализировал отбивающих, оцифровывал каждое их движение и вступал в битву вероятностей. Конечно, результат оказался не самым лучшим. Дело было не в расчётах. «Если бы только тогда плечо не подвело…» Просто его плечо отказало раньше, чем он успел как следует применить свои расчёты. Так или иначе, именно поэтому… «Стоп, а почему я вдруг об этом думаю? Ах да, на меня же несётся грузовик. Это что, жизнь перед глазами проносится? Нет, погодите, какой там был процент смертности в ДТП после введения беспилотных автомобилей?» …даже в этот роковой миг, когда грузовик, потерявший управление на мокрой дороге, вылетел с трассы и нёсся прямо на него, он мысленно прикидывал шансы. «Чёрт, до чего же не везёт». Более того, Чон Хёну даже вспомнил, что с момента массового внедрения беспилотных автомобилей число погибших в авариях с их участием за год было меньше, чем количество победителей в лотерею. «Лучше бы я в лотерею выиграл». На этом его мысли оборвались. Виз-зг! Грузовик налетел на Чон Хёну, и его сознание в тот же миг погасло. Это был момент аварии. Ба-бах! Раздался оглушительный грохот. А затем наступила мёртвая тишина. Всё замерло, словно остановилось и время, и сам мир. — Кха! Тишину нарушил лишь короткий, сдавленный звук — это Чон Хёну наконец смог вдохнуть. — Я… я жив? Следом вырвался его растерянный шёпот. Вместе с этим он повернул голову и увидел огромный грузовик с прицепом, который, проехав мимо него, врезался в фонарный столб. Если бы водитель хоть немного не довернул руль, этой картины он бы уже не увидел. Чудом уцелел. Это выражение как нельзя лучше описывало ситуацию, и Чон Хёну наконец дал волю своим чувствам. — Блядь! Грубое, необузданное ругательство. Вполне уместное. Разве не странно было бы услышать что-то приличное от человека, который только что пережил немыслимую ситуацию и чуть не погиб? — Блядь! Ух, ух! Вырвавшаяся ругань не только не прекратилась, но, наоборот, полилась нескончаемым потоком. Пот тоже хлынул из всех пор. — Ух, блядь! Забыв о дожде, Чон Хёну снял кепку и смыл капли пота, смешавшиеся с дождевой водой. — Ха-ха, уха-ха! Затем раздался смех. С безумной улыбкой на лице Чон Хёну, сам того не осознавая, рухнул на землю. В его голове понемногу начало проясняться, и он вспомнил разговор с Ли Хёкчу. Разговор о игровом фэнтези, где главного героя сбивал грузовик, и он возвращался в прошлое. — Ух ты, чуть в прошлое не вернулся. При воспоминании об этом разговоре с его губ сорвался смешок, полный недоумения. Постепенно этот смешок перерос в широкую ухмылку. «А, мне же теперь компенсация положена? Интересно, сколько?» Это была радостная улыбка при мысли о том, что он может получить неплохие деньги за моральный ущерб. «Думаю, выйдет довольно приличная сумма…» Как только эта мысль заполнила его сознание… — Кх! Чон Хёну рухнул без чувств. Удар током. Никто не любит больницы. Чон Хёну не был исключением. Он их ненавидел. Особенно сильно он возненавидел больницы после того, как, будучи профессиональным бейсболистом, буквально жил в них из-за раздробленного плеча. А после аварии, в которую попали его брат и невестка — самые дорогие для него люди, — больницы и вовсе превратились для него в ад. Место, куда он не хотел бы попасть даже после смерти. — М-м-м… Поэтому, открыв глаза и увидев потолок, Чон Хёну сразу понял, где находится. «Б-больница? Почему?» Конечно, он не помнил, как сюда попал. Голова раскалывалась, а воспоминания были спутаны. — М-м-м… Но хуже всего было то, что его тело, его ощущения были какими-то странными. «Что… что такое?» Казалось, будто время замедлилось. Словно мир вокруг показывают в замедленной съёмке. Это странное, незнакомое чувство вызвало у Чон Хёну смятение и страх. — Очнулся, значит. Вернул его в реальность чей-то весомый голос. — Кха! Выдохнув, Чон Хёну резко сел. Перед ним стоял старик. Ему было лет шестьдесят, волосы аккуратно зачёсаны назад, на носу — массивные очки в роговой оправе. Он был похож на профессора. Раз уж это больница, значит, он врач. Поэтому Чон Хёну без тени сомнения задал вопрос: — Сколько дней я был без сознания? Какое сегодня число? Старик с серьёзным лицом ответил: — Девятое марта две тысячи тридцать четвёртого года. — Что? На мгновение Чон Хёну застыл с пустым выражением лица. Когда до него дошёл смысл сказанного, его лицо исказилось от ужаса. — П-погодите. Сейчас две тысячи тридцать четвёртый? А не тридцать восьмой? Старик вместо ответа закрыл глаза и кивнул. При виде этого в глазах Чон Хёну заплясали панические огоньки. «Н-неужели я и правда вернулся в прошлое?» Возвращение в прошлое. Неужели то, о чём он читал только в романах, произошло с ним на самом деле? «Т-так, стоп. Что делать? С чего начать?» В этой немыслимой ситуации, естественно, он впал в панику. Ту-дум, ту-дум, ту-дум! Но даже в таком состоянии его сердце бешено колотилось, словно инстинктивно чувствуя, что это шанс на миллион. — Пациент Ян Хёнсу! Из ступора Чон Хёну вывел голос медсестры. — Сколько раз вам говорить, чтобы вы не заговаривали с другими пациентами! Услышав резкий тон медсестры, Чон Хёну удивлённо склонил голову. «Пациент?» Он перевёл взгляд с лица старика на его одежду. Только теперь он заметил на нём идеально чистую больничную пижаму. Вжик! В этот момент между Чон Хёну и стариком вклинился робот. Он был похож на монитор, водружённый на мусорное ведро. На экране виднелся мужчина в докторском халате. — Пациент Чон Хёну, вы очнулись. Вот и настоящий врач. По дороге из больницы домой у Чон Хёну было отвратительное настроение. — Чёртов старик с деменцией. Обычно он произносил такие вещи про себя, но сейчас слова вырывались наружу, словно звериное рычание. Это было явным признаком того, что он был не в духе. «Что за денёк сегодня?» И было отчего. «Сначала грузовик». Он чуть не попал под грузовик. «Потом, как только понял, что выжил, — удар током». А после этого его угораздило получить удар током, из-за чего он и загремел в больницу. «А вдобавок ещё и этот сумасшедший старик». И на этом его злоключения не закончились: в больнице его ещё и разыграл пациент с деменцией. «А у меня и так денег почти нет…» В довершение всего, счёт за лечение ему пришлось оплатить самому. В итоге на его банковском счету осталась всего четырёхзначная сумма. Вспомнив всё, что произошло с ним за полдня, Чон Хёну стиснул зубы. «Вот увидите, какую я с вас компенсацию стрясу». Он превратит эту ярость в деньги, чего бы это ни стоило! Погружённый в эти мысли, Чон Хёну шёл, пока его шаги не замерли в месте, которое можно было назвать буквально лесом из зданий. Высотки, устремлённые в небо, с бесчисленными маленькими окнами, плотно усеявшими их стены, стояли так тесно, что едва пропускали солнечный свет. Это был жилой комплекс для аренды, в котором жил Чон Хёну. «Проклятое место». Конечно, это место больше походило не на жилой комплекс, а на загон. Загон, построенный для того, чтобы просто складировать людей под предлогом дешёвой арендной платы. Самое дно корейского общества, где было позволено жить лишь тем, у кого ничего не было. «Я выберусь отсюда, чего бы это ни стоило». Это было место, из которого Чон Хёну должен был сбежать как можно скорее, и именно поэтому он так отчаянно барахтался. Укрепившись в своей решимости, Чон Хёну прошёл через главные ворота и остановился перед корпусом 231. Затем он поднялся на лифте и встал перед одной из бесчисленных дверей в длинном коридоре. Квартира 2031. Убедившись в правильности номера, Чон Хёну прижал ладонь к дверной ручке. [Незарегистрированный биометрический код.] Тут же раздалось уведомление. — А? Удивлённый Чон Хёну посмотрел на свою ладонь, а затем снова на номер квартиры. «Нет, что за бред? Это же мой дом». Ещё раз всё проверив, он снова приложил ладонь. [Биометрический код не зарегистрирован.] Уведомление повторилось. В этот момент Чон Хёну поднял голову. «Может, я корпусом ошибся?» Он мысленно прокрутил в голове путь, которым шёл. Перед его внутренним взором пронеслись одинаковые многоэтажки, стоявшие так же плотно, как деревья в лесу. В таком месте немудрено было и заблудиться. Скрип! В этот момент дверь начала открываться изнутри. — Дядя! Его встретила милая девочка лет семи с коротким каре, радостно воскликнув. Только тогда Чон Хёну улыбнулся. — О, Херин, ты как? — Хорошо! Чон Херин. Единственная племянница Чон Хёну. — А папа где? — Я здесь. Из-за спины племянницы показался его брат, Чон Тхэу, — один из двух оставшихся у него кровных родственников. Он был похож на Чон Хёну, но выглядел гораздо привлекательнее. Если поставить двух братьев рядом, можно было лишь покачать головой, глядя на Чон Хёну, — настолько поразительной была разница. Однако это не бросалось в глаза. В глаза бросалось лишь одно: Чон Тхэу сидел в инвалидном кресле. — Сказали, ты из больницы? Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Чон Тхэу. — Да что может случиться с игровым задротом? Ничего серьёзного, — угрюмо ответил Чон Хёну. — Ты где-то заболел? На повторный вопрос брата Чон Хёну лишь покачал головой. — Говорю же, ничего серьёзного. Если бы были проблемы, я бы сейчас в больнице лежал, а не стоял тут перед тобой. Говоря это, Чон Хёну мысленно вернулся к тому ужасному дню четыре года назад. Он вспомнил, как его брат, ставший главой семьи в четырнадцать лет после гибели родителей в автокатастрофе — просто потому, что был на пять лет старше, — пройдя через все мыслимые трудности и едва обретя свет в конце тоннеля, снова потерял всё самое дорогое. «Незачем ему об этом говорить». Вспомнив те ужасные события, Чон Хёну не счёл нужным рассказывать брату о пережитом за день. Он не стал добавлять ещё одну страницу кошмаров в голову брата, и без того полную тяжёлых воспоминаний. — Кстати, кажется, биометрический сканер сломался. Чон Хёну плавно сменил тему. Услышав это, Чон Тхэу пристально посмотрел на младшего брата, а затем, нахмурившись, ответил: — Сломался? Не распознаёт? — Ага. — Не может быть. В голосе Чон Тхэу звучала уверенность. Уверенность бывшего, весьма успешного программиста. На это Чон Хёну усмехнулся. — Почему это не может? Техника ведь ломается. — Алгоритм, используемый в системе безопасности этого комплекса, применяется и в Капсулах Врат. Если бы сам сканер был сломан и не работал, это одно, но вероятность того, что он считывает биокод, но не распознаёт его, — одна на миллион. Услышав конкретную вероятность — «одна на миллион», — Чон Хёну, который уже собирался сказать, что у него не сработало дважды, застыл. — Погоди. — Что? — Ты говоришь, что система безопасности нашего дома используется и в Капсулах Врат? Капсула Врат. Устройство для входа в виртуальную реальность God Wars. Для входа в Капсулу Врат использовался биометрический код. — Да. Это означало, что с другим биокодом войти в свой аккаунт было невозможно. Это правило никогда не менялось. Именно поэтому. — Б-брат, погоди. Секунду. Мне нужно сбегать в ближайший капсульный зал. Именно поэтому в голове Чон Хёну родилось зловещее предчувствие. И это предчувствие тут же обернулось реальностью.