Глава 61 — Глава 61

Где же весна, где же весна? Весна в тех изумрудных лесах. Здесь алые цветы, здесь сочные травы, и поет свою песню малая иволга. * * * Моли в последнее время была немного занята. Когда Сяо Хай возвращался из школы, в салоне мытья головы часто никого не было. Он в одиночестве сидел в пустом подвале, считал капли воды, падающие на ступеньки у входа, и послушно ждал её возвращения. — Сестрица, чем ты в последнее время так занята? — полусерьезно ворчал Сяо Хай, когда такие ожидания участились. — Покупатели приходят, а тебя никогда нет. Как так можно вести дела в салоне мытья головы? Она хихикнула и взъерошила его волосы: — ...А когда ты присматривал за заведением, ты видел хоть одного покупателя? Ни одного. Сяо Хай лишился аргументов, поэтому просто наклонил голову, уворачиваясь от её руки, и этим жестом выразил своё легкое недовольство. Моли это ничуть не задело, она лишь подмигнула: — Это всё из-за плохой экономической ситуации, вот и приходится искать новые способы заработка. Нельзя же просто сидеть сложа руки и ждать, пока мы помрем с голоду. Сяо Хай удивился: — И какой же способ заработка ты нашла? Она улыбнулась, и её глаза заблестели: — Как насчет того, чтобы стать водителем попутки? Но перед этим мне нужно получить водительские права. * * * Моли всегда была человеком действия и славилась своими причудливыми идеями. Сяо Хай уже привык к этому и поначалу не принял её слова всерьез. Однако на этот раз она, похоже, настроилась решительно. Каждый день, когда он возвращался из школы, она усаживалась рядом на маленький стул с толстой книгой в руках и внимательно её изучала. — Это теория для первого этапа? — Сяо Хай удивленно приподнял бровь. — Правила дорожного движения? Ты... ты хоть что-нибудь там понимаешь? Он всё еще помнил, как при их первом знакомстве они шли по улице: она совершенно не смотрела на дорогу, не обращала внимания на светофоры и каждый раз переходила проезжую часть напролом, словно неразумное дитя. Он не раз окликал её, и она, в замешательстве глядя на него пару секунд, внезапно прозревала: — А, точно, нужно же смотреть на светофор. И вот такая рассеянная Моли собралась сдавать на права, учиться водить и возить пассажиров? — Зарабатывать на жизнь непросто, всё ради куска хлеба, — она изгрызла кончик карандаша до неузнаваемости, завороженно глядя в толстый учебник. — Ах, Хай, если бы ты только мог помочь сестренке и в этом. Сяо Хай поднял глаза и серьезно кивнул: — Я буду следить за твоей учебой. Обещаю, я буду в сто раз строже, чем ты, когда следишь за моими уроками. Моли состроила скорбную мину. Когда это она за ним следила? Каждый раз, когда она была рядом, она только и делала, что щебетала под ухом. Сдал он на семьдесят баллов или на семнадцать — для неё всё было поводом погладить его по голове и похвалить: «Есть прогресс, наш Сяо Хай молодец». Теперь же настала очередь Сяо Хая контролировать Моли. Он подошел к делу со всей серьезностью и, сохраняя невозмутимое выражение лица, заставлял её усердно учиться и готовиться два вечера подряд. В итоге Моли вообще перестала приходить домой, оставляя его одного присматривать за заведением. — Ты просила меня следить за тобой, а сама даже домой не приходишь. Это как понимать? — возмутился Сяо Хай. У Моли на всё находилось оправдание, и она пустилась в пространные рассуждения: — Я всё тщательно обдумала. В вождении главное — практика. Я уже нашла учителя, он гарантирует сдачу экзамена и может заниматься со мной каждый вечер. Скоро я всё освою! Он посмотрел на неё с явным недоверием. Моли ущипнула его за надутую щеку: — Не веришь? Если не веришь, поехали сегодня вечером со мной на тренировку! * * * В шесть вечера белая старая «Сантана» припарковалась на обочине улицы Баолин. Моли, ведя Сяо Хая за руку, радостно подбежала к машине. — Пойдем, прокачу тебя с ветерком! Сяо Хай с сомнением открыл дверцу, и Моли тут же заскочила внутрь, усевшись на заднее сиденье рядом с ним. — Ты разве не учиться водить пришла? Почему не села на переднее пассажирское? — шепотом спросил он. Она улыбнулась, всё так же беспечно ответив: — Сзади тоже можно учиться. Инструктором был дядюшка лет пятидесяти по фамилии Хуан. Увидев Сяо Хая в зеркало заднего вида, он долго и пристально его разглядывал. — Это мой младший брат. Дома его оставить не с кем, вот я и взяла его с собой. Вы ведь не против? — спросила Моли. Инструктор безучастно кивнул, глядя в окно. Его пальцы пожелтели от многолетнего курения: — Ты платишь деньги, ты и босс. Вези кого хочешь, хоть всю свою семью, мне плевать. Он не желал тратить время на пустую болтовню, достал телефон и деловито запустил таймер: — Сто шестьдесят в час. Если всё устраивает, сначала деньги. Это заработок или грабеж? Сяо Хай ахнул, пораженный ценой, и посмотрел на Моли. Но та, ни секунды не колеблясь, с удивительной готовностью достала кошелек: — Хорошо! Инструктор Хуан водил машину тридцать лет. Раньше он больше десяти лет работал личным водителем директора на текстильной фабрике. Когда фабрика закрылась, пересел на грузовик. Работа на директора научила его проницательности и умению помалкивать. Работа на грузовике — терпению к одиночеству и хладнокровию в любой ситуации. За годы практики инструктор Хуан приобрел спокойный, терпеливый и немногословный характер, который идеально подходил для обучения курсантов. Сяо Хай, слушая объяснения вместе с Моли, за десять минут понял, что этот инструктор Хуан действительно мастер своего дела. — Перед поворотом сбрось газ и слегка притормози, вот так... На педаль дави совсем чуть-чуть, ни в коем случае не жми в пол. И не забывай про сцепление... Движения инструктора Хуана были четкими и уверенными, машина шла плавно и быстро. Кроме объяснений по делу, он не произносил ни слова. Был час пик, и большинство машин ехало из города. На дороге в сторону центра было почти пусто. Он остановил машину на обочине и обернулся к Моли. — Лишние слова не заменят практику. Машин тут мало, почему бы тебе не сесть за руль? Моли закивала и, весело распахнув дверцу, направилась к водительскому месту. Сидевший рядом Сяо Хай с замиранием сердца поспешил пристегнуться. — Ну всё, я готова начинать! — Моли глубоко вздохнула и крепко вцепилась в руль. Инструктор Хуан кивнул: — Выжми сцепление, включи первую передачу, приготовься отпустить ручник. Команды были четкими и понятными. Но улыбающаяся Моли продолжала смотреть на него с невинным видом. — Тренер, можно один вопрос? — тихо спросила она. — Слева — тормоз или справа — тормоз? — Слева тормоз, справа газ. Давай, поехали, — не раздумывая, ответил инструктор Хуан. Моли протянула «о-о», убрала правую руку с руля и положила её на ручник, но так и не сдвинулась с места. — Я опять забыла... — виновато произнесла она. — Слева тормоз или справа? Инструктор Хуан выдохнул: — ...Слева — тормоз. Она снова приготовилась, глубоко выдохнула, её руки на руле то расслаблялись, то сжимались мертвой хваткой. — Инструктор Хуан... простите... — голос Моли был тихим, как жужжание комара. — Я снова забыла... так какой из них тормоз, а какой газ? — Ты издеваешься надо мной? — даже самый терпеливый человек не выдержал бы. Инструктор Хуан в ярости хлопнул по сиденью. — Если ты даже тормоз с газом запомнить не можешь, какого черта ты учишься водить? Я повторил трижды, даже свинья бы запомнила! Он высказался довольно грубо. Моли, понимая свою вину, виновато сжалась. Однако сидевший сзади Сяо Хай холодно произнес: — Моя сестра платит вам сто шестьдесят в час. Если она чего-то не понимает, вы можете объяснять спокойно. Оплата идет за время, так что вы не теряете ни копейки. — Сестренка, запомни: слева тормоз, справа газ. Не волнуйся, я сижу прямо за тобой, — голос Сяо Хая звучал ровно. Он был таким же мягким и застенчивым, как обычно, но в то же время в нём чувствовалось что-то, совершенно не похожее на того по-детски непосредственного мальчика из салона мытья головы. Моли подняла глаза, пристально уставилась на дорогу впереди и, наконец, тронулась. Сяо Хай и инструктор Хуан одновременно выдохнули с облегчением. Но в следующую секунду белая «Сантана», словно запущенная ракета, с ревом рванула вперед. Скорость была такой огромной, что Сяо Хая с чудовищной силой вжало в спинку сиденья. Лишь через несколько секунд он смог закричать: — Сестрица, помедленнее! Она испугалась еще сильнее него. Неистово вопя, Моли бросила руль и закрыла глаза руками. К счастью, инструктор Хуан в критический момент сохранил самообладание. В учебных машинах под ногами пассажира установлены дублирующие педали, и он в экстренном порядке выжал тормоз в пол, резко остановив машину. Моли по инерции бросило вперед, но ремень безопасности рывком вернул её назад. Сяо Хай, всё еще дрожа от страха, вцепился в ремень на плече. Моли нервно хихикнула и, заискивающе улыбаясь, повернулась к инструктору Хуану: — Тренер, мне правда очень жаль, я снова перепутала газ и тормоз. Кстати... тот, что слева, это всё-таки тормоз или газ? * * * В девять вечера инструктор Хуан, измотанный до предела, вернулся домой. Звук открываемого ключом замка привлек внимание домашних. Из своей комнаты выглянула восемнадцатилетняя дочь Хуан Ли. — Пап, почему сегодня так поздно? — нахмурилась она. — Ох, сегодня попалась ученица... такая бестолковая, одно расстройство, — ответил инструктор Хуан, снимая куртку. — А ты как? Как день прошел? — Нормально, — Хуан Ли не была настроена на долгие разговоры. Она тихо прикрыла дверь и села за письменный стол. Экран её телефона, лежащего на столе, то и дело загорался уведомлениями. Инструктор Хуан молча посмотрел на закрытую дверь дочери и тихо вздохнул. Днем он занимался с учениками в автошколе, вечером брал частные уроки. Он уже привык возвращаться домой поздно и почти забыл, когда в последний раз нормально беседовал с дочерью. Подростки часто бывают бунтарями, но его Лили всегда была беспроблемным ребенком. Добрая и спокойная, она никогда не ввязывалась в неприятности в школе, и учителя отзывались о ней как о самой послушной девочке. Инструктор Хуан перевел взгляд на черно-белую фотографию, висящую на стене, и замер на мгновение: — Мама Лили, не волнуйся. Дочка выросла... просто замечательной. Вот закончу этот период, накоплю ей на учебу и больше не буду так упахиваться, буду проводить время дома с ребенком. На черно-белом снимке мама Лили лучезарно улыбалась. Каждый, кто видел её улыбку, невольно начинал улыбаться в ответ. Инструктор Хуан тоже слегка приподнял уголки губ и ушел в свою спальню. Той ночью ему впервые за долгое время приснилась жена. С тех пор как они расстались навсегда, супруга годами не тревожила его сны. Но именно прошлой ночью он её увидел. Во сне всё было призрачным и размытым, она была словно окутана легкой дымкой. Черты лица были точь-в-точь такими, как в его памяти. Но во сне она вела себя странно: шевелила губами, словно задавая ему вопрос. — Мама Лили, что ты говоришь? — во сне инструктор Хуан бросился к ней и схватил жену за руку. Её улыбка стала жутковатой, и, когда она чуть повысила голос, он, наконец, расслышал вопрос. Она спросила: — Слева — тормоз или справа — тормоз? — А-а! — Инструктор Хуан резко сел в кровати, вытирая холодный пот со лба. — Это всё... всё из-за этой девчонки Моли. Такую психологическую травму мне нанесла. Если она снова позовет меня, буду брать с неё по двести в час, не меньше, — пробормотал он, перевернулся на другой бок и снова уснул.