Что-то врезалось мне в спину. Я сделал шаг вперед, но удержался.
Девушка. Черные волосы, пронзительный взгляд. Она появилась стремительно, взгляд скользнул по мне, оставив странное ощущение. Взгляд был резким и прицельным, в нем чувствовалась оценка, внимательное измерение, которое не скрывали. Меня будто мгновенно препарировали, вытащив наружу все, чем я являюсь. А следом презрение.
«Никчемный». Я это мог видеть. Она, вероятно, подумала об этом. Эй! Кто дает тебе право так думать о людях!
Она не остановилась. Даже не повернула головы, чтобы проверить, все ли со мной в порядке. Просто побежала дальше, прямо на дорогу, оставляя меня с этим странным ощущением.
Обычный прохожий, обычное столкновение. Но взгляд, этот взгляд въедался в память, и не исчезает, сколько ни моргай.
— Извините ее… она…
Не останавливаясь, он побежал за ней.
— Проклятые дети...
Резкий визг шин. Свет ударил в глаза.
Я увидел его лицо. Мальчишка замер в страхе.
Черт.
Рывок. Ветер в ушах. Мгновение. Девушка. Парень. Мое плечо врезается в его тело, толкая в сторону.
Боль.
Белый потолок, стены. Чужое место, но знакомое.
Я моргнул.
Лучи солнца пробивались сквозь занавески.
— Ч-что…
Я проснулся.
***
Резкий вдох. Спина липкая от пота, сердце колотится в груди, как будто я только что снова умер. Дыхание сбивается. Но я жив.
Опять этот сон. Опять этот момент. Тот же свет фар, то же ощущение падения.
— Что за идиотская смерть... — бормочу себе под нос, откидываясь на подушку.
Попробовал подняться и тут же скривился от боли.
Каждая мышца ноет. Тело ломит так, будто меня всю ночь забивали палками.
Ну, в принципе, так оно и было. Полу, возможно, стоило бы полегче обращаться с собственным сыном, но он явно не из тех, кто заботится о подобных мелочах. Решил, что сделает из меня мечника, и теперь каждый день гоняет туда-сюда. Надеюсь, это хотя бы не зря.
Я потянулся, отчего мышцы на спине и руках напряглись.
Это безумие.
Кажется, совсем недавно я жил обычной... ну, наверное, вполне обычной жизнью.
А теперь я размахиваю деревянным мечом и получаю удары по голове. Надеюсь, мне не придется им воспользоваться. От мысли о том, что мне придется воспользоваться оружием и убить кого-то, меня бросает в холодный пот. В прошлой жизни я даже не умел драться, и вряд ли я смог бы победить кого-то с таким телом.
В углу стоял меч. Тот самый, который мне подарили на пятый день рождения.
Он казался тяжелым. Слишком тяжелый для такого, как я. Но я начал к нему привыкать.
Зачем вообще ребенку в пять лет дарить меч? Или это традиция такая у воинов?
У меня не было желания использовать его в бою. Но правда в том, что если я собираюсь выжить в этом мире, то мне лучше знать, как махать им.
Взяв рукоять в руку, я вытащил клинок из ножен. Несмотря на то, что я этой штукой никогда не пользовался, она как будто сама легла мне в руку.
Лезвие блеснуло в свете, тонкие мифриловые узоры на металле поймали отблеск солнца.
Острое стальное лезвие. Хотя этот кусок железа был смертоносным, его вес в моей руке успокаивал.
— Артефактное оружие... — пробормотал я.
Артефактное оружие было основой вооружения всех элитных воинов. Все хотели заполучить что-то подобное. Такие вещи редко можно найти в продаже, так как большинство из них принадлежат богатым людям или дворянам. Они стоят очень дорого, как сказал мне Пол, ему пришлось потратить половину своих сбережений на такой меч.
Мне даже стало неловко.
Такое оружие требует источника магической энергии. Оно черпает ее у своего владельца, накапливает и высвобождает в самые важные моменты. Большинство артефактного оружия обладает уникальными способностями, которые проявляются только тогда, когда оно резонирует со своим владельцем.
Как и клинок, который мне дали, он пока ничего не показал, и его единственное умение — занимать место в углу.
Вздох.
Я вздохнул, вложил клинок обратно в ножны и отложил. Вставать все равно пришлось. Тело протестовало, но сдаваться я не собирался.
Осторожно ступая, чтобы не разбудить весь дом скрипом половиц, — хотя кого тут будить? — я вышел на улицу.
Холодный утренний воздух, но я втянул его полной грудью. Хорошо. Здесь всегда чисто и свежо, в отличие от душных улиц моего мира.
Вдох. Выдох.
Я сделал шаг вперед. Затем еще один. Почувствовал, как мышцы разогреваются, как тело постепенно подчиняется ритму. Сначала медленно, но потом быстрее.
Вдох. Выдох.
Мои ноги двигались все быстрее и быстрее, неся меня вперед. С каждым днем моя выносливость улучшалась.
Я бегал каждый день. Не знаю, сколько километров я пробегал, но расстояние казалось внушительным. Но это было не самое сложное. Когда холм начинает подниматься, нужно ускориться. Крутой подъем отнимает силы. Каждый шаг требует больше усилий, чем предыдущий.
Сто шагов.
Двести.
Пятьсот.
Семьсот.
Поднявшись на холм я почувствовал, как кровь прилила к моим ушам. Мое дыхание участилось, а зрение слегка затуманилось. Пару минут я отдыхал, упершись руками в колени, чтобы перевести дыхание.
Холм и огромное дерево на нем. Листья успокаивающе шелестели. В последнее время это место стало моим любимым местом отдыха. Трудно найти вид лучше.
Отсюда я видел все. Деревню, раскинувшуюся внизу, поля, уходящие к горизонту. Лес Буэна, который казался темной массой на дальнем плане. Обычный пейзаж. Мой новый мир. Моя новая жизнь.
Этот вид явно стоил того, чтобы выйти из дома и переступить за ограду. В прошлом мире прошлый я даже носа своего боялся высунуть из комнаты. Из-за трудного перерождения я вспомнил об этом только тогда, когда уже свободно ходил сюда любоваться видами. Это и помогло мне самому преодолеть страх выйти наружу.
Каждый день я просыпаюсь в одно и то же время. Я выхожу на улицу и бегу сюда, а потом Пол гоняет меня с деревянным мечом. Это ужасно скучно, и я просто хочу ничего не делать. Может быть, посидеть за компьютером, зайти в интернет и... их здесь нет.
Ну и скука.
Единственное, что меня интересовало, — это магия. Магия, которая была недоступна в прошлом мире, теперь была здесь. В этом мире. Буквально на расстоянии вытянутой руки, и я...
Я не могу ее изучать.
Зенит сотни раз говорила мне одно и то же, сколько бы я ее ни просил.
«Магия не для детей».
Черт.
Самое обидное — она сама умеет колдовать.
Я видел, как она наполняет чашку водой, лечит мелкие и крупные раны, после тренировки меня с Полом, зажигает свечи без огнива. Но стоит мне заговорить о том, чтобы она меня научила, как сразу слышу одно и то же:
«То, чем владею я, слишком сложно для ребенка. Нельзя просто взять и начать творить заклинания. Это требует подготовки».
Но где мне взять эту подготовку, если никто не хочет мне объяснять?
Идя к дому, я вспомнил о книге. В доме их было не так много. Но одна была совсем другой.
Гримуар.
Книга, в которой записаны заклинания. Зенит не позволяла мне брать ее. Говорила, что мне еще рано.
Значит, придется найти способ прочитать ее тайно.
Зенит запретила? Ну и ладно. Я разберусь сам.
Вдох. Выдох.
Когда я пробегал возле колодца, мне встретилась невысокая девушка. Но ее большие... Просто огромные груди не могли не привлечь внимания. Я даже не заметил, как засмотрелся, и оттого чуть не врезался в нее...
Звяк.
— Ой-ой, осторожнее! — девушка с корзинкой только сейчас заметила меня, чуть не выронив корзинку, она нахмурилась, но затем тепло улыбнулась, увидев, кто перед ней. — А-а... Привет, Руди-и-и...
Она взяла меня за щеку и потянула в сторону. Ну хватит! Я ведь не ребенок... но так приятно. Ладно, я и не против.
— Здравствуйте, Сьюзи! — поприветствовал я её, ярко улыбнувшись. — А вы от нас идете?
— Конечно... Миледи Лилия велела отнести кое-что, — она улыбается, на щеках появился румянец. — А Миледи Зенит мне даже бутылочку вина дала! «Рецилотто»!
Мы еще немного поговорили, я старался шутить, а она смеялась даже над самыми нелепыми моими шутками, от смеха ее груди то и дело вздымались и опускались. Ну не могут же они быть настолько большими!
Она еще что-то сказала про «да пить они будут до ночи снова», но я слабо слушал, потом мы разошлись.
***
Жаркие лучи солнца падали на маленький домик на окраине деревни Буэна.
Зенит проснулась с резким выдохом. Тело ломило, виски сдавливала тупая боль.
Она села на кровати, массируя виски. В углу на прикроватном столике стояли пустые бутылки и бокалы. Вчера она выпила слишком много. Опять.
Ей потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя.
Солнце, светившее за окном, говорило о том, что утро прошло и наступил день.
«От этой духоты в голове будто вата», — подумала она про себя, вставая с кровати и направляясь к комоду.
Надев повседневное легкое платье, она посмотрела на свое отражение в зеркале: темные круги под глазами и опухшие щеки, жирные волосы и бледная кожа.
«Просто замечательно. Выглядишь как мокрая курица», — вздохнула она и налила воды в миску.
Прохладная вода на лице принесла некоторое облегчение, но головная боль только усилилась. Она хотела, чтобы это прекратилось. Похмелье напомнило ей о вечере, проведенном за бокалом вина.
Она спустилась на первый этаж и обнаружила, что холл пуст. Взяв кусок хлеба и немного вяленого мяса, она вышла на крыльцо.
Снаружи пахло сухой травой, деревья лениво шелестели на горячем ветру, а Лилия усердно подметала дорожку, ведущую к дороге. Она была сосредоточена на своей задаче, и ее лоб покрылся капельками пота.
— Добрый день, госпожа, — сухо произнесла она, бросив короткий взгляд на нее.
Похмелье не отступало, но хотя бы немного прояснилась голова. Лучше заняться чем-то полезным, чем просто валяться и пить дальше. Хотя...
— Лили, мне нужно что-то свежее. Что-то… бодрящее.
— Конечно, госпожа.
Лилия кивнула и удалилась. Вернулась она уже с подносом: сыр, хлеб и бутылка вина.
Зенит прищурилась.
— Ты решила, что под «бодрящим» я имела в виду вино?
Лилия спокойно откупорила бутылку, одним ловким движением пальцев.
— У вас, госпожа, очень предсказуемые предпочтения.
— У тебя сильные пальцы…
Лилия на секунду застыла.
— Спасибо?
— Напомни, не давать тебе массаж делать. А то потом буду неделю по полу перекатываться.
Лилия подняла бровь, взгляд остался ровным, но в уголке губ дрогнула едва заметная тень улыбки.
— Как прикажете, госпожа. Если только вам не нравится перекатываться.
Зенит взяла бокал, но не пила, разглядывая Лилию чуть внимательнее.
— Ты ведь знаешь, что мне это не на пользу, да?
— Я знаю, что вы все равно сделаете, как вам угодно.
Зенит усмехнулась, покрутила бокал в руках.
— Заботливая ты моя.
Лилия склонила голову.
— Забота - часть моих обязанностей.
Зенит сделала глоток. Один, другой. Вкус вина растекся по языку, оставляя терпкое послевкусие. Она отставила пустой сосуд и рассеянно посмотрела на зеленую лужайку, раскинувшуюся перед ней. Она была неидеальной — по краям пробивались сорняки, — но огромный сад цвел.
— О, Лили. Как там Руди?
— С утра юный господин был на холме возле деревни.
Зенит безразлично махнула рукой.
— Конечно, где же еще. Все смотрит в пустоту... Может, ему стоит найти друзей? В школу его отправить, например?
— Было бы неплохо, если бы юный господин начал общаться с детьми своего возраста, — тихо сказала Лилия.
— Никто и не спорит, — Зенит откинулась в кресле. — Но Пол наверняка решит, что в этом сразу нужен план, стратегия и меч...
Зенит задержалась еще ненадолго, наслаждаясь легким вкусом вина и размышляя о проходящих мгновениях. Краем глаза она заметила высокую фигуру, осторожно выглядывающую из-за угла. Копна растрепанных волос, мускулистое телосложение.
Пол широко улыбнулся ей и помахал рукой, словно приветствуя кого-то важного, а затем удобно устроился в кресле.
— Ты сегодня рано, — заметила Зенит. — Что, Роулз вышвырнул тебя?
— Знаешь, на улице такое пекло, что я решил не жариться там дольше нужного и уйти раньше. Завтра все равно добьем дело.
В ответ Зенит лишь слегка приподняла бровь.
Он схватил кувшин и залпом выпил, заедая сыром.
— Кстати, где наш любимый гений?
— На холме, — ответила Зенит, прищурившись. — Думаю, ему скучно. Надо бы отправить его в школу.
— Школу? — Пол фыркнул. — Ты про пансионат для благородных? Мы с ним уже говорили. Он не в восторге.
— А может, ему все же нужны друзья...
— Я не против друзей. Но не в таких местах, где ему придется носить маску каждый день. Я сам найду, куда его отдать или сам займусь. Верно, Лилия? — повернулся он к ней.
— Конечно, господин, — ответила она, и хоть голос был ровным, в нем все же чувствовалась тень сомнения.
Зенит хмыкнула.
— Видишь, даже Лилия со мной согласна! Не нужно никаких школ.
— Было бы неплохо, если бы юный господин начал общаться с детьми своего возраста, — холодно ответила Лилия, сохраняя официальный тон.
Зенит лишь ухмыльнулась.
Пол вздохнул и откинулся на спинку кресла.
— Да я бы и рад, — буркнул он. — Но он сам не хочет. Сказал, дети тупые, и с ними скучно...
И тут...
ВЗРЫВ!
Дом сотрясся от оглушительного грохота.
— ЧТО ЗА?! — Пол вскочил, хватаясь за меч.
Они обменялись взглядами и кинулись внутрь.
***
Перелистывая страницы книги, я снова погружался в ее содержание. С каждым словом она открывалась мне все яснее, а ее смысл менялся, становился понятнее, но все равно непонятно.
Гримуар.
Магическая книга Зенит, в которой записаны, как она говорила заклинания. Очень дорогая и редкая книга. Их нельзя было легко приобрести просто так ни в одном магазине. Так мне рассказала Зенит.
Но прочитать я ее, к сожалению, не мог.
Язык, на котором она была написана, был особым — магическим. На котором были написаны все заклинания и который был специально создан для магии. Так зачем же я взял ее, если не могу даже прочесть?
Все просто — если я сосредоточусь и всмотрюсь, то смогу понять короткие фразы и почувствовать, как смысл проступает сквозь буквы. Довольно странно читать, не умея читать. Возможно, это и была магия? Может, гримуар так и работал? Если я закрою глаза, то смогу представить себе действия. Но это трудно. Как будто смысл текста постоянно меняется в зависимости от того, на какую часть я смотрю.
Когда я впервые взял ее в руки, Зенит сразу же выхватила книгу у меня. Она тогда сказала что-то такое:
— Нет. Тебе это не нужно.
— Почему?
— Это волшебный гримуар. Чтиво не для детей.
Тогда я не отступил.
— Но ты же сама владеешь магией?
— Да. Но магия, которой владею я, не та, которую можно просто взять и передать другому.
— Почему?
— Потому что есть те, кто решает, кому позволено владеть этой магией.
— Церковь? — Она молча кивнула.
— Я не могу учить тебя церковному языку, — сказала она наконец. — А магический… я знаю его не до конца.
Тогда мне этого объяснения хватило.
Но это не означало, что я откажусь от идеи понять что там написано! Если бы Зенит узнала… лучше даже не представлять.
Осторожно развернув пожелтевшие страницы, я снова вгляделся в странные символы. Чем дольше я смотрел, тем сильнее охватывало странное чувство. Как будто я не учился этому языку, но когда-то его знал. А сейчас просто вспоминал сам собой.
Однако я так и не понял, почему Зенит не разрешила мне взять эту книгу. Магические заклинания ведь не опасны, верно?
И вот я прочел:
— Воздух. Стань клинком. — Читая незнакомые символы, слова сами слетали с моих губ.
Заклинание было очень длинным. Из-за чего я не до конца понимал его и просто повторял то, что само собой возникало у меня в голове. Как будто кто-то шептал нужные слова на незнакомом языке.
— Рассекай. Воздух. Плоть.
Меня пробрал холод. Звучало… не слишком дружелюбно. А вдруг это действительно опасно? Я сглотнул. Может, стоит остановиться?
— Серп ветра!
Внутри меня что-то щелкнуло, будто кто-то провернул ключ. Затем резкая легкость, следом из меня что-то вытянули. Воздух вокруг завибрировал. Я почувствовал, как вихрь ударил в ладонь, подняв пряди волос. Перед глазами закружились тонкие нити ветра, обвиваясь вокруг моей руки.
Но это было все.
Я ожидал чего-то большего. Грома, молний, водяного шара, который бы пробил стену, чего угодно, но это был лишь короткий толчок ветра. Даже свеча рядом не качнулась.
Я выдохнул. Страх сменился разочарованием. Значит, ничего страшного. А разговоров-то было. Пффф...
— Ну же, я справлюсь.
Я закрыл глаза, сосредотачиваясь, снова вытягивая руку…
И вдруг — боль. Острая и мгновенная, будто тысячи крошечных лезвий врезались в кожу.
— Ах! — Я вскрикнул, книга выпала из рук.
Взгляд метнулся, и на моей ладони была рана. Красные капли упали на пергамент. Порывы ветра, которые я удерживал, вдруг вышли из-под контроля. Они начали расти и бешено кружиться.
— Стой… Черт, стой!
Но ветер меня не слушался.
В последний момент я вспомнил слова Зенит.
«Руди, магия очень опасна. Она требует особых знаний и подготовки. Лучше не пытаться ничего делать самому».
С этой мыслью я услышал чудовищный грохот, который, казалось, оглушил меня. А потом все пропало. Звуки смешались, стали неразличимыми. Откуда-то издалека доносились приглушенные крики и возгласы.
***
Я очнулся от звонкого писка в ушах. Комната кружилась, перед глазами плыли тени. В горле стоял неприятный привкус чего-то, как будто я наглотался крови. Я глубоко вдохнул, но в нос ударил резкий и странный запах.
Чердак был разрушен. Следы порезов покрывали стены, пол и мебель. Повсюду тянулись хаотичные линии, будто само пространство порезало невидимое лезвие.
Магия действительно опасна. В следующий раз нужно быть осторожнее...
Мысль, которая возникла у меня в голове, тут же исчезла, как только я посмотрел на свою руку.
Пальцы. Кости. Мясо.
Кожа разорвана, сухожилия спутаны, словно кто-то пытался разобрать мою плоть на части. В некоторых местах сквозь кровавые ошметки виднелись белые осколки костей.
Это… что? Моя рука? — В голове появился абсурдный вопрос.
И только сейчас я заметил — все вокруг меня было залито кровью. Моей кровью?
— К-кровь! А-А-А!
От страха у меня перехватило горло. От запаха крови у меня закружилась голова. Боль охватила мой разум, не давая мне думать.
— Н-нет…! Этого… не может быть…
Слезы застилали глаза, превращая все в размазанный кошмар. Я зажмурился, пытаясь не смотреть. Но это не помогало. Картинка врезалась в сознание. Этот кошмар уже не исчезнет.
Я знал это. — Я умру!
Комната поплыла, стены сжались, мир сошел с ума. Меня затягивало, удары сердца гремели в ушах, смешиваясь с паническим дыханием.
— РУДИ!? ЧТО ЗА…
Крик. Последнее, что я услышал. Потом мир рухнул во тьму.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Обновлено: 19.01.2026