Глава 28 — Глава 26

Глава 26: Незванный гость На следующий день после возвращения из Топей курьер «Алхимического Синдиката» доставил третий Корень Ирриса. Элиот принял сверток в каменном вестибюле, молча кивнул и закрыл дверь, не вступая в разговоры. Посылка была чистой, без следов вскрытия. Значит, Виктор держал слово, и «Стальной Клык» пока не дотянулся до этих каналов. Теперь у него было всё. В центре тренировочной площадки, на расчищенном от снега каменном круге, лежали три компонента. Бледно-лиловый Корень Ирриса, испускающий едва уловимый мистический аромат. Четыре зазубренных, отливающих хитиновым блеском Жала Шершня. И главный элемент — изогнутый, цвета старой слоновой кости Клык Ядовитой Змеи, от которого даже на расстоянии щекотало в носу. Рядом, сохраняя неестественную неподвижность, сидел Сокол. Его муравьиное тело, отлитое в тёмно-коричневый хитин, было напряжено до дрожи. Через ментальную связь шёл непрерывный поток: нетерпение/жажда/сила/сейчас. — Спокойно, — мысленно приказал Элиот. — Это не бой. Это метаморфоза. Будет больно. Ты должен выдержать. В ответ пришла волна уверенности, почти наглой: выдержу. Шепот, расположившись у края площадки, следил за происходящим всеми своими фасеточными глазами. Его собственная эволюция была ярким, болезненным воспоминанием, и теперь он наблюдал, как его младший собрат готовился пройти тот же путь. Элиот развернул Фолиант. На странице, посвящённой эволюционным протоколам, уже светилась готовая схема: диаграмма сходимости энергий, точки приложения реагентов, предупреждения о ментальной нагрузке. Он коснулся ладонью страницы, и чернила заструились, спускаясь с пергамента и формируя на камне светящийся контур — сложную геометрическую фигуру, в узлах которой лежали реагенты. — В круг, — проговорил он вслух. Сокол, не колеблясь, шагнул в центр светящейся конструкции. Элиот сконцентрировался. Ядро маны в его груди отозвалось горячим пульсом, и тонкие нити энергии потянулись от его пальцев к Фолианту, а оттуда — к контуру на земле. Круг вспыхнул ярким синим светом. Реагенты в узлах зашипели, начали плавиться, превращаясь в густой, разноцветный пар. Фиолетовый от корня, ядовито-жёлтый от жало, мутно-белый от клыка — все три клуба дыма сплелись в единую вращающуюся спираль и устремились к Соколу. Термит замер, затем его тело дёрнулось в судороге. Хитин затрещал. Из всех сочленений, из ротового аппарата, из желёз на брюшке вырвалась пенистая, зеленовато-чёрная субстанция. Она не капала, а липла, обволакивая его, как живая плоть, формируя пульсирующий, полупрозрачный кокон. Внутри сразу же началось буйное движение: слышался хруст ломающихся хитиновых пластин, бульканье перестраивающихся внутренностей, резкие, щелкающие звуки роста. Через ментальную связь ударила волна такой чистой, нефильтрованной агонии, что у Элиота потемнело в глазах. Он едва удержался на ногах, упёршись ладонями в холодный камень Фолианта. Это было хуже, чем со Шепотом. Гораздо хуже. Не только потому, что теперь он поддерживал две глубокие связи, но и потому, что сама суть Сокола — его дерзкий, ненасытный разум — сопротивлялась перестройке, цеплялась за старую форму. — Не борись, — мысленно прошипел Элиот, чувствуя, как его собственная воля трещит по швам. — Прими это. Это твоя новая сила. Поглоти её. Идея «поглощения» сработала. Мучительное сопротивление в ментальном потоке сменилось яростной, всепоглощающей жадностью. Боль не утихла, но теперь она стала топливом. Кокон на площадке забился в конвульсиях, из его стенок полезли шипы, брызги кислоты и яда шипели на камне. Воздух наполнился едким, сладковато-гнилостным запахом эволюции. Процесс занял два часа. Когда светящийся круг наконец погас, а ядовитые пары рассеялись, на камне лежала оболочка лопнувшего кокона, похожая на высохшую шкуру странного существа. И над ней, медленно расправляя сегменты, поднималась новая форма. Сокол перестал быть просто термитом. Его тело вытянулось, став более стройным и гибким. Хитин, прежде темного цвета, теперь был глянцево-чёрным, с угрожающими зелёными прожилками, проступающими, как ядовитые сосуды. Голова стала уже, жвалы — острее и длиннее, с капельками липкой, мутной субстанции на кончиках. На спине, там где раньше были лишь зачатки крыльев, теперь чётко проступили две пары плотных, перепончатых пластин — не для полёта, но для мощных прыжков и планирования. Но главное изменение — кончик брюшка. Теперь он заканчивался не тупым сегментом, а острым, полым жалом, цвета обсидиана. Питомец потянулся, и раздался тихий, скрипучий звук — как точат кинжал. Его фасеточные глаза, теперь отливающие ядовито-изумрудным, уставились на Элиота. В ментальной связи бушевал ураган новых ощущений: сила/скорость/яд/господство. Фолиант на столе сам перелистнул страницу. Текст налился чётким, золотистым светом. **[ЯДОВИТЫЙ ТЕРМИТ [E+, 5★, УНИКАЛЬНЫЙ МУТАНТ] ** **ФИЗИОЛОГИЯ(New): Гибридная. Сохранена базовая структура термита с усиленной мускулатурой и модифицированным экзоскелетом. Молодая особь. ** **ОСНОВНАЯ МУТАЦИЯ: «КИСЛОТНЫЙ ФАГОЦИТ» (New! Ранг D). Питомец способен не только нейтрализовывать чужеродные кислотные и ядовитые агенты, но и кратковременно ассимилировать их свойства, усиливая собственную резистентность и адаптируя свой яд. ** **СПОСОБНОСТИ**: **1. Секреция комплексного яда (нервно-паралитический + гемолитический + кислотный). Доставка через укус или удар жалом.** **2. Ускоренный метаболизм яда: может производить и хранить большие запасы токсина.** **3. Усиленные мышцы: возможность совершать рывки на дистанцию до 8 метров. Возможность сжимать мышцы для распределения повреждения.** **4. Пассивное испарение: в состоянии агрессии выделяет слабое ядовитое облако, дезориентирующее мелкую фауну.** **ОПИСАНИЕ: Интеллект на уровне развитого хищника. Повышенная агрессивность и территориальность. Нестабилен в присутствии других доминантных существ. Требуется постоянный жёсткий ментальный контроль. ]** Элиот медленно выдохнул, чувствуя, как нагрузка на сознание спадает, переходя в привычное, но возросшее напряжение двух полновесных связей. Он подошёл к новому питомцу. Сокол повернул к нему голову. В его ментальном присутствии теперь чувствовалась не просто дерзость, а уверенность хищника, занявшего свою нишу. — Принято, — сказал Элиот вслух, касаясь тёмного хитина. Хитин был тёплым и вибрировал от внутренней энергии. — Теперь мы проверим твою новую форму на практике. --- Тестовая тренировка была короткой и жёсткой. Элиот использовал старые деревянные щиты и тюки соломы в качестве мишеней. Сокол двигался как тень — резкий прыжок, удар жалом, отскок. Дерево там, куда попадал удар, моментально чернело и начинало пузыриться, будто его полили крепкой кислотой. При атаке на солому та не просто пробивалась — она быстро пропитывалась ядом, становясь хрупкой и рассыпаясь в зловонную труху. Шепот участвовал как живая преграда и контроллер. Когда Элиот смоделировал ситуацию «против группы», Сокол носился между воображаемыми противниками, нанося точечные удары и отвлекая, а Шепот одним точным выстрелом концентрированной кислотной струи выжигал «якорь» — самую крупную цель. Синергия была, но давалась нелегко. Управлять двумя столь разными тактиками в реальном времени было равноценно игре в сложнейшие шахматы, где фигуры двигались со скоростью мысли, а цена ошибки — их жизни. К концу двадцатиминутного упражнения на висках Элиота выступил холодный пот. После тренировки он отправился в «Лесные угодья». Цель была проста: добыть базовые ресурсы для продолжения эволюций термитов, полезные корма для стимуляции аппетита и роста у насекомых питомцев, и попутно обкатать связку в полевых условиях. Он не искал боя. Но бой нашёл его — небольшая стая Лесных Шершней [E], защищавших своё гнездо. Раньше Элиоту пришлось бы тратить время на осторожный манёвр. Теперь он дал одну мысленную команду. Сокол ринулся вперёд, его пассивное ядовитое облако окутало передних шершней. Те замедлились, дезориентированные. Шепот сзади выжег кислотой само гнездо, лишив их укрытия. А затем началась методичная, жестокая зачистка. Сокол не сражался с каждым — он калечил, наносил удары по крыльям, отравлял, оставляя их беспомощно падать на землю, где их добивал Шепот. Бой закончился за три минуты. Споры были собраны, дополнительно Элиот взял несколько желёз шершней — пусть и низкого ранга, но как материал для будущих экспериментов. Возвращение в питомник было ознаменовано тихим, но ощутимым удовлетворением. Два контрактника. Эффективная, пусть и требующая оттачивания, боевая пара. Это был качественный скачок. --- Прогресс по «холодному проекту» составлял 22%. Паук-ткач в модифицированной клетке преображался. Его хитин из прозрачно-хрустального стал молочно-белым, матовым. Паутина, которую он плел, уже не просто блестела — она была усыпана мельчайшими кристалликами инея. Температура в клетке стабильно держалась на отметке, от которой стекло покрывалось узорами. Паук двигался медленнее, но целенаправленнее. Фолиант прогнозировал стабилизацию признаков через 90 часов. В тот же день пришла искательница, та самая пограничница. Ей нужен был сторож для небольшого поста у реки — выносливый, не боящийся влаги, желательно с сюрпризом. Элиот показал ей одного из пауков из «Водного» ряда — особь [E, 2★], чей хитин в ходе естественной адаптации приобрёл выраженные гидрофобные свойства. Паук стоил 280 крон. Женщина, не торгуясь, отсчитала деньги. Десять минут — и сделка была завершена. Чуть позже на коммуникатор пришло сообщение от алхимика Антэ. Он предлагал бартер: партию редких, сложных в культивации семян «Призрачного мха» [E] в обмен на гарантированную ежемесячную поставку единицы Яда Хрустального Паука [D]. Элиот изучил каталог Фолианта. «Призрачный мох» при правильном выращивании мог служить отличным естественным кормом и фильтром для воздуха в клетках и, что важнее, привлекать определённых ночных насекомых, которых можно было бы использовать как кормовую базу для будущих специализированных питомцев. Предложение было выгодным и стратегически верным. Он ответил кратко: «Согласен. Первую поставку яда — через две недели». Казалось, день шёл по накатанной, эффективной колее. И тогда пришёл курьер из Гильдии Искателей. Молодой человек в аккуратной, но неброской униформе вручил плотный конверт с восковой печатью Гильдии. Элиот расписался в получении, не задавая вопросов. Когда дверь закрылась, он вскрыл конверт. *«Уважаемому Элиоту Торну, аккредитованному специалисту по боевой фауне.* *В соответствии с программой «Преемственность ремесла», утверждённой Советом Гильдии, и в целях поддержки молодых талантов, Вам направляется для прохождения месячной практики стажер: Кай Веллар.* *Цель практики— приобретение стажером базовых практических навыков в области содержания, кормления и первичного осмотра боевой фауны низких рангов.* *Гильдия обязуется компенсировать затраты на питание стажера в размере 5 крон в день.Вы обязуетесь предоставить стажеру рабочее место, обеспечить его безопасность (в соответствии со стандартами Гильдии) и по окончании срока представить краткий отчёт о проделанной работе.* *Отказ от приёма стажера без веских,документально подтверждённых причин (карантин, ремонт, тяжёлая болезнь владельца) рассматривается как невыполнение социальных обязательств аккредитованного члена Гильдии и может повлечь пересмотр уровня вашей аккредитации с соответствующими последствиями для репутации и списка доступных услуг.* *Стажер явится завтра,8 утра.* *С уважением, зам. директора Гильдии, Мария Элеонора Штраус»* Элиот перечитал письмо ещё раз. Каждая фраза была отточена, как лезвие. «Социальные обязательства». «Пересмотр уровня аккредитации». «Последствия для репутации». Веских причин для отказа у него не было. Питомник работал. Он был здоров. Это была юридическая ловушка, красиво упакованная в бюрократическую бумагу. «Стальной Клык»? Возможно. Через свои связи в Гильдии они могли протолкнуть эту бумажку. Или же сама Гильдия, получившая от него несколько интересных мутантов, решила заглянуть «под капот», понять, как работает этот молчаливый, слишком успешный юноша. В любом случае, это был новый вид давления. Не экономический, а кадровый. В его святая святых внедряли чужого человека. Он сложил письмо и положил его в стол. Эмоции были бесполезны. Надо было анализировать и адаптироваться. Отказ — это открытый конфликт с Гильдией, потеря репутации, что на руку «Клыку». Принятие — риск утечки информации, трата времени, постоянный контроль. Но в нём была и возможность. Стажер — это бесплатные руки для рутины. И живой тест на бдительность. Элиот выбрал второе. --- На следующее утро в 7:55 у ворот питомника стоял юноша. Лет семнадцати. Худощавый, но не тощий. Тёмные волосы, коротко подстриженные, серые, внимательные глаза. Одежда — простая, поношенная, но чистая. За его спиной висел скромный рюкзак. Когда Элиот открыл дверь, юноша выпрямился. —Господин Элиот Торн? Я Кай Веллар. Меня направили к вам на практику. Голос был ровным,без подобострастия, но и без вызова. В нём чувствовалась лёгкая напряжённость. Элиот молча окинул его взглядом с ног до головы, затем шагнул назад, пропуская внутрь. —Правила, — сказал он, когда дверь закрылась. Голос был плоским, как поверхность воды перед штормом. — Их три. Запомни. Кай кивнул,не отводя взгляда. —Первое: выполняешь только то, что я говорю, когда говорю и как говорю. Никакой инициативы. —Второе: есть зоны, куда тебе хода нет. Инкубационная. Комната хранения реагентов. Мой рабочий стол. Дверь туда закрыта — не подходи. Не пытайся заглянуть. —Третье: вопросы задаёшь только если от этого напрямую зависит выполнение задачи или существует прямая угроза твоей жизни. Всё остальное — молчи и работай. Он сделал паузу,давая словам впитаться. —Нарушишь раз — получишь выговор. Нарушишь два — отчисление обратно в Гильдию с отчётом о полной профессиональной непригодности. Такой отчёт закрывает двери во все уважающие себя мастерские города. Понятно? Лицо Кая побледнело, но взгляд не дрогнул. —Понятно, уважаемый господин Торн. — «Командир» достаточно. Рабочий день начинается сейчас. Твоя задача — уборка в главном зале. Подмети пол, протри пыль со стеллажей, которые я укажу. Затем — чистка поддонов в пустых клетках третьего ряда. Инвентарь там. Элиот махнул рукой в сторону ведра,щёток и совка, стоявших у стены. —Приступи. Сам он развернулся и ушёл в инкубационную комнату, щёлкнув замком. Весь день Элиот наблюдал, рассеянно занимаясь своими делами. Он проверял инкубатор с яйцами пауков (ещё один день до вылупления), корректировал диету Термиту-Ветерану (прогресс адаптации к минералам — 40%, потенциал D+ стабилен), изучал через Фолиант рецепты эволюций для Шепота, требующие реагентов ранга C-B. Но часть внимания всегда была прикована к Каю. Юноша работал методично, без суеты и нытья. Подметал тщательно, вычищая каждый угол. Чистка поддонов — грязная, вонючая работа — не вызывала у него отвращения, только сосредоточенность. Его взгляд иногда задерживался на питомцах. Особенно на Шепот, который, свернувшись, наблюдал за ним из своей клетки, и на Сокола, который, будучи контрактником, свободно перемещался по залу, изучая нового человека своими ядовито-зелёными глазами. Но Кай не приближался, не пытался заговорить с ними, не нарушал границ. Инцидент случился вечером, когда Элиот кормил Термита-Ветерана. Особь ранга D+ была сильной и имела скверный характер. Учуяв пищу, она рванулась к решётке с такой силой, что металл задрожал, а её мощные жвалы щёлкнули в сантиметре от прутьев. Кай в этот момент проходил мимо с полным ведром мусора. Он не закричал. Не отпрыгнул в панике. Он резко замер, оценив дистанцию, затем быстрым, чётким шагом отступил на безопасное расстояние и повернул голову к Элиоту, ожидая команды или реакции. В его глазах была не паника, а расчёт. Элиот ментальным приказом успокоил взбешённого термита, дав ему двойную порцию корма. —Слишком близко, — бросил он Каю, не меняя интонации. — В следующий раз смотри под ноги. И держи дистанцию. —Виноват, — коротко ответил Кай и, не меняя выражения лица, понёс ведро к выходу. Вечером, когда Кай был отправлен в подсобку (Элиот выделил ему походную койку), хозяин питомника остался один в главном зале. Он проверил Фолиант. Прогресс «холодного проекта» — 38%. Сообщение от Гарда: *«Заказчик доволен промежуточным отчётом. Напоминает о сроках». * Пришёл и счёт на 200 крон — «целевой взнос на развитие инфраструктуры Гильдии для аккредитованных членов». Совпадение? Нет. Элиот подошёл к клетке, где на ветке отдыхал Сокол. Ядовитый термит повернул к нему голову, в ментальной связи чувствовалась готовность, острый, как жало, интерес. Шепот, уловив настроение хозяина, издал тихое шипение. Игра действительно усложнилась. Но Элиот Торн, в чьих жилах текла воля Горета, а в голове работал безошибочный механизм Фолианта, не собирался проигрывать. Он научился управлять чудовищами. Теперь предстояло научиться управлять людьми, оставаясь при этом в тени. Это было просто новой задачей. А задачи были созданы для того, чтобы их решать. ---- Пы. Сы. Хотелось бы узнать ваше мнение. Как вам вообще эта история? Оставьте комментарий под главой -Было бы славно - "один неизвестный герой"