Соён вошла в комнату, окутанную густым туманом, и удивилась, откуда здесь взялся дым. Она огляделась по сторонам, опасаясь пожара, но запаха гари не почувствовала. В комнате было настолько туманно, что невозможно было разглядеть ничего даже на расстоянии вытянутой руки.
В этот момент до её слуха донёсся тихий звук, словно кто-то полз по полу. Соён прищурилась и пристально посмотрела в ту сторону, откуда шёл шум. Она думала, что находится здесь одна, но кто-то приближался. Сосредоточив всё своё внимание, она смотрела вперёд.
Вдруг что-то дернуло её за подол платья. Соён резко опустила взгляд и едва не закричала. Маленький ребёнок — на вид ему было чуть больше года, — необычайно крохотный, держался за её платье и смотрел снизу вверх. Удивительно, но хотя она видела его очертания, лицо рассмотреть не удавалось. В то же мгновение, словно вспышка молнии, в памяти всплыло забытое: она отчаянно искала своего сына.
— Тхэюль!
Она наклонилась, чтобы обнять его. Но в тот самый момент, когда кончики её пальцев почти коснулись Тхэюля, откуда-то появилась большая рука, схватила мальчика, и он исчез.
— Нет!
Закричав, Соён резко открыла глаза. Она в панике приподнялась и огляделась. Но Тхэюля нигде не было. Соён сидела в знакомом салоне автомобиля, чувствуя полное опустошение.
— Соён, ты пришла в себя?
Она увидела Чжэхуна, который смотрел на неё с тревогой. Только тогда Соён вздохнула с облегчением. Всё ещё не до конца осознав, что это был сон, она подумала, что именно он забрал Тхэюля.
— ...Где Тхэюль? Наш сын... Это ты забрал его, верно? Чжэхун, он же только что был здесь.
— Приди в себя, Соён. Ты на мгновение потеряла сознание, тебе это приснилось.
— ...Сон?..
— Да. Ты всё время звала Тхэюля.
— Ах... Так это был сон... А та женщина?
Голос Соён дрогнул от отчаяния, когда она вспомнила, что потеряла сознание во время разговора с Чжонвон.
— Ты что-нибудь узнал от неё? Я хочу встретиться с ней снова.
Соён попыталась оттолкнуть Чжэхуна и выйти из машины.
— Приют «Утренняя звезда». Говорят, он там. Мы едем туда прямо сейчас.
Голос его звучал тяжело, но Соён почувствовала, как он дрожит. Она медленно подняла глаза на Чжэхуна.
В его тёмных зрачках бушевал вихрь самых разных эмоций. Он тоже с трудом сдерживал волнение от мысли, что скоро встретит Тхэюля, и едва мог сохранять спокойствие.
— Та женщина... правда так сказала? Что наш Тхэюль там?
— Она сама не знала. Но она дала контакты социального работника, который забрал Тхэюля, и я позвонил ему, чтобы всё выяснить.
— Нужно было встретиться и расспросить лично. А вдруг это ложь?
Соён чувствовала: если она снова разочаруется, её сердце не выдержит. Хотя она дала себе слово не плакать и держаться стойко до самой встречи с Тхэюлем, каждый раз, когда надежда рушилась, казалось, её сердце переставало биться.
Временами ей даже было стыдно за то, что она всё ещё жива. Но сейчас Соён понимала: она не имеет права сдаваться.
— Сказали, что он в Пусане. Я не мог поехать туда и расспрашивать. А приют «Утренняя звезда» находится в Инчхоне.
— Ах...
Соён не нашлась что ответить. По его выражению лица, взгляду и голосу она поняла — каждое его слово было правдой. Не в силах вздохнуть, она сглотнула сухую слюну и вцепилась в руку Чжэхуна.
— Ты... звонил, чтобы подтвердить?
Соён спросила, не отрывая от него взгляда.
— Да.
— Он... он там?
— Там есть ребёнок, у которого день рождения совпадает с днём рождения нашего сына.
— Ха-а...
Соён задыхалась и забарабанила ладонью по груди. Услышав, что Тхэюль найден, она забыла, как дышать. Ей было так больно, и она злилась на неподвижную машину. Глядя на пустое водительское сиденье, она ударила Чжэхуна.
— Дыши.
— ...
— Соён, дыши. Ты меня слышишь?
Встревоженный Чжэхун погладил её по спине и выглянул в окно. Чжэмун, ожидавший снаружи, открыл дверь и заглянул внутрь.
— Что случилось?
— Кажется, она не может дышать.
— Погоди, Соён?
Когда Чжэхун попытался уступить место Чжэмуну, она крепко схватила его.
— Ха-а...
Соён, которая до этого не могла вдохнуть ни капли воздуха, издала короткий всхлип и начала медленно приходить в себя.
— Соён, ты в порядке?
— Чжэ... Чжэхун.
— Говори.
— Просто... поехали быстрее.
— Сначала я должен убедиться, что с тобой всё хорошо.
— Со мной всё в порядке, умоляю, поехали скорее. Я больше... не могу ждать.
Слова Соён прозвучали приглушённо, словно она задыхалась от них, и из самых глубин её сердца хлынули слёзы. Чжэхун молча смотрел на её слёзы и тихо позвал:
— Хёнсик.
Хёнсик, который ждал снаружи вместе с Чжэмуном, без лишних слов сел на водительское сиденье.
— Я поеду следом. Если что-то случится, сразу звони. Соён, не дыши так часто, старайся делать это медленнее.
Как только Чжэмун закрыл дверь, машина тронулась. Соён, забыв о всяком стыде, продолжала сжимать руку Чжэхуна. Её сердце билось так сильно, что ей было трудно даже просто сидеть. Ей нужно было за что-то держаться, иначе она бы не выдержала.
Она никогда не видела его лица, поэтому даже в снах Тхэюль оставался безликим. При мысли о том, что теперь она сможет увидеть сына собственными глазами и почувствовать его тепло, Соён боялась даже лишний раз моргнуть.
— Скоро вы встретитесь.
— ...Правда встретимся?
— Да, адвокат Юн уже ускоряет все процедуры.
— Какие еще процедуры?
— Нужно доказательство того, что мы — биологические родители.
— Значит, мы не сможем забрать его до получения результатов теста ДНК?
Она не могла оставить Тхэюля там ни на один лишний день.
— Нет. Адвокат Юн как раз для того и нужен, чтобы этого не случилось. Сегодня ночью Тхэюль будет спать в моём доме.
Чжэхун крепче сжал руку Соён. Боль в его сердце была такой, будто его раздавливали прессом. И эта боль, казалось, немного утихала от тепла её тела.
Однако их маленькому сыну, должно быть, пришлось еще тяжелее. Хотя Хёнсик гнал машину, выбирая самые короткие пути, Соён казалось, что они движутся бесконечно медленно, словно едут по зоне с ограничением скорости.
Когда в поле зрения показалась вывеска приюта «Утренняя звезда», напряжённый Хёнсик взглянул в зеркало заднего вида. После того разговора те двое не проронили ни слова.
Хёнсик понимал, что означает это молчание, и от напряжения его руки, сжимавшие руль, задрожали.
Чтобы успокоиться, он перевёл дыхание, стараясь, чтобы сидящие сзади его не услышали. Его взгляду предстали адвокат Юн и другие люди, вышедшие к крыльцу приюта.
— Это адвокат Юн.
— Вижу.
Сердце Чжэхуна, которое до этого бешено колотилось, при виде ворот приюта «Утренняя звезда» удивительным образом успокоилось.
Он посмотрел на Соён. Она была настолько бледной, что казалась почти прозрачной. Но, вопреки его опасениям, в её глазах читалась решимость.
— Не волнуйся. Я не буду плакать при сыне.
— Я об этом и не думал.
Соён хотела вести себя естественно, чтобы не напугать Тхэюля. Насколько страшно должно быть ребенку, если вдруг появится незнакомый взрослый и начнет рыдать, хватая его за руки? Эта мысль мгновенно привела её в чувство.
Она знала, что не сможет улыбнуться, но дала себе слово не пугать его, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.
— Ты слишком бледная.
— Тхэюль испугается?
Соён была настолько потрясена, что даже не подумала о цвете своего лица, и испуганно переспросила.
— Не настолько.
— Тогда хорошо.
Когда машина остановилась, Соён глубоко вздохнула и отстегнула ремень безопасности. Чжэхун вышел первым и подождал Соён. Она взяла его за руку и вышла из машины.
Адвокат Юн быстро подошёл к ним и низко поклонился. Он долго не поднимал головы, и Соён заметила, как мелко дрожат его плечи.
— Про-простите меня.
Когда он поднял голову, его глаза были налиты кровью.
— Ты его видел?
Чжэхун с трудом выдавил слова, застрявшие в горле.
— Да. Сейчас он в игровой комнате. Я был поражён — он так похож на Вице-председателя.
При виде ребёнка, в котором так гармонично сочетались черты Чжэхуна и Соён, адвоката Юна захлестнули эмоции. И это прорвалось наружу, стоило ему увидеть Чжэхуна.
— Чжэхун, пойдем скорее.
Соён никогда не сомневалась, на кого будет похож Тхэюль. Это был его сын, поэтому сходство было естественным.
— Кто сейчас в игровой комнате?
— Там воспитательница. А вон та женщина — директор этого заведения.
Соён прошла мимо шестидесятилетней женщины, на которую указал адвокат Юн, даже не взглянув на неё.
— Здравствуй...
Директор приюта хотела что-то сказать, но, увидев выражение лица Соён, осеклась. Чжэхун прошел мимо директора, догнал Соён и взял её за руку.
— Соён, подожди минутку.
— Я не могу ждать.
— Директор говорит, что хочет что-то сказать.
Соён перевела дыхание, посмотрела на Чжэхуна, а затем перевела взгляд на директора.
— Вы что-то хотели сказать?
— Я Чи Сукхён, директор приюта «Утренняя звезда». Прежде чем вы встретитесь с Мину... Ах, мы называем мальчика Мину.
— Его зовут Тхэюль. Хан Тхэюль.
Соён резко поправила её. Она не хотела, чтобы её сына больше называли именем, которое неизвестно кто ему дал.
— Понятно. Что ж... Сначала встретьтесь с ним. Сами всё увидите.
Директор ласково улыбнулась и указала на игровую комнату. У Соён екнуло сердце: взгляд женщины показался ей полным сочувствия.
Она испугалась, не случилось ли чего с Тхэюлем. Соён посмотрела на адвоката Юна, который видел мальчика первым. Когда он отвел взгляд, Соён с застывшим лицом повернулась в сторону игровой комнаты. И бросилась бежать.
— Соён!
Чжэхун позвал её, но Соён уже ничего не слышала.
Обновлено: 20.02.2026