Фу Юньшэнь на секунду замер, улыбка медленно сошла с его лица, а по шее и щекам расплылись яркие красные пятна.
Лицо Ши Му тоже покраснело, но не от стыда, а от неловкости.
— Фу… Фу Юньшэнь, дай мне объяснить, это… не то, что ты подумал.
Он ничего не сказал, просто встал и ушел, а потом быстро лег на противоположную кровать.
Пиздец!!!
Ши Му яростно схватилась за волосы. У нее же… Она же «встала» перед Фу Юньшэнем! Даже если она скажет, что не гей, он, скорее всего, не поверит.
Что делать? Дружба, которую она с таким трудом построила, вот-вот рухнет.
Ши Му было обидно, Ши Му было горько, Ши Му хотелось плакать.
Она натянула одеяло, незаметно вернула кнопку на место и принялась уныло размышлять, как же задобрить того юношу.
В этот момент в ее сторону прилетела подушка, сделанная в форме задницы.
Ши Му замерла, подняла голову, но увидела только его спину.
В тот же момент раздался голос системы: [Задание не выполнено, очки братства уменьшены на 500.]
Ши Му: «???»
Ши Му: «Что за чушь ты несешь? Фу Юньшэнь же сделал мне массаж! Я честно заработала эти очки, почему ты их вычитаешь?»
Система: [Дорогой хост, рекомендую вам еще раз внимательно прочитать задание.]
С этими словами на экране появилось задание. Увидев выделенное жирным слово «полный», Ши Му погрузилась в молчание.
«Это «полный» включает…»
Система: [Да, именно так, хост правильно понял, что это включает все тело полностью.]
Ши Му нахмурилась: «Осмелюсь спросить, а ты уверена, что это задание для братства?»
Система: [Конечно. У нас все официально, есть все необходимые документы. Вы можете проверить в информационном разделе. Мы — сертифицированная организация.]
Ши Му едва сдержалась, чтобы не закричать: «Какие друзья будут массировать друг другу член, а? Ответь мне, а?»
Система больше не отвечала.
Ши Му закатила глаза: «Тогда почему вычли очки? В задании не сказано, что за невыполнение будут штрафовать».
Система: [Отношение объекта задания к вам также влияет на получение очков братства. Ваши действия, похоже, вызвали недовольство объекта, поэтому были вычтены уже заработанные очки. Пожалуйста, продолжайте стараться. Мне пора заканчивать рабочий день, до свидания, хост.]
С этими словами она исчезла.
Ши Му лежала на боку, чувствуя себя обманутой.
Она уже умирала однажды и очень хотела жить. Те дни, когда она была призраком, были не самыми приятными. Мир был прекрасен, жизнь ярка, но все это не имело к ней никакого отношения. Поэтому, получив этот шанс снова жить, она особенно дорожила им.
Ши Му надула губы и снова швырнула в него анатомическую подушку, которая приземлилась ему точно на лоб:
— Если б ты не давил так сильно, разве у меня встал бы?
Фу Юньшэнь промолчал, а через некоторое время убрал подушку на стол.
Обманутая в своих ожиданиях Ши Му была в отчаянии. Видимо, из-за чрезмерного стресса у нее ночью разболелся желудок.
Глубокой ночью, не в силах уснуть, Ши Му ворочалась, время от времени постанывая.
Фу Юньшэнь спал чутко, а громкий храп Чжоу Чжи на верхней койке и вовсе лишил его сна.
Его глаза были ясными, без намека на сонливость:
— Ты снова дрочишь?
Ши Му, сжимавшая живот:
— Мог бы ты думать о чем-то более нормальном? У-у-у…
*Щелк*
Он включил ночник.
Фу Юньшэнь приподнялся, и тусклый свет лампы, словно теплая вуаль, окутал его черты, смягчив холодную отстраненность и придав им юношескую мягкость и расслабленность.
Ши Му закусила нижнюю губу, нахмурив брови:
— У меня болит желудок.
— Что ты ел?
— Мм… — она задумалась и неуверенно сказала: — Ну… твою мачеху и руку Лу Фэна.
Фу Юньшэнь с трудом сдержал желание закатить глаза и терпеливо продолжил:
— Я спрашиваю про нормальную еду.
Ши Му тихо пробормотала:
— Для меня твоя мачеха — нормальная еда…
Юноша сузил глаза, и Ши Му тут же сделала серьезное лицо:
— Девчонки, которые передавали мне любовные письма, заодно угостили сладостями.
— Ты все съел? — в голосе Фу Юньшэня прозвучало удивление.
Как сосед по парте, он прекрасно знал, что именно Ши Му дарили — в основном шоколад и пончики, от одного взгляда на которые становилось слишком сладко.
Ши Му слегка смутилась:
— Н-немного осталось…
— Сколько именно?..
Она показала пальцами расстояние размером с ластик:
— Вот столько.
— Блять! — Фу Юньшэнь наконец не выдержал и выругался. — Ты что, идиот?
В гневе он выглядел пугающе, словно тот самый хладнокровный убийца из манги.
Ши Му непроизвольно втянула шею в плечи:
— Девочки… сами готовили на кухне, я не мог отказать.
Они были такими милыми, а их чувства — такими искренними. Как она могла отвергнуть их подарки? Даже если она не отвечала взаимностью, сам факт того, что их дар приняли, уже был для них утешением.
Фу Юньшэнь даже не стал ее ругать.
Молча встал и начал одеваться.
— Т-ты куда?
Он накинул куртку и буркнул:
— В медпункте есть дежурный, позову его проверить тебя.
— Не надо, — замахала руками Ши Му. — Мне уже лучше, сейчас же полночь, если разбудишь воспитателя, будет неловко…
Фу Юньшэнь бросил на нее беглый взгляд:
— Лежи и не болтай лишнего.
Ее… отчитали. Как маленькую!
Но Ши Му не посмела больше пикнуть.
Фу Юньшэнь вышел из комнаты.
Стрелки часов медленно двигались, и, когда она уже начала дремать, чья-то рука потрясла ее за плечо, разбудив. Ши Му моргнула, встретившись взглядом с узкими глубокими глазами Фу Юньшэня.
От него веяло прохладной ночной сыростью.
Он поднял сонную Ши Му, вручив ей стакан горячей воды и несколько белых таблеток:
— Я спросил. Врач сказал, что ты переел сладкого, ничего страшного. Выпей лекарство, я еще принес грелку, приложи — и скоро пройдет.
С этими словами он положил на живот Ши Му теплую грелку с изображением миньонов.
Глядя на этого холодного с виду юношу, который так сильно заботился о ней, Ши Му вдруг захотелось заплакать.
Обновлено: 02.02.2026