Глава 85 — Тайсон?

“На этом пути каждый теряет что-то важное… вопрос лишь — теряешь ли ты себя.” — Джирайя. Саня проснулся затемно. За окном ещё царил мрак, только первые лучи рассвета едва касались черепичных крыш. Был выходной. Не дожидаясь пробуждения уставшей матери, он решил прибраться. В доме давно ощущалась пыльная тишина, будто сама обстановка копила грусть в углах. — Техника Клонирования… — пробормотал он и сложил печать. — Буншин но Дзюцу. Пять теневых клонов с лёгким хлопком возникли рядом. Без слов разошлись по дому, каждый со своим заданием: один — на кухню, другой — в ванную, третий — в кладовку, четвёртый и пятый — на второй этаж. Дом, несмотря на свою аккуратность, был немаленьким, и без техники они бы копались в нём до полудня. Но клоны, как машины, начали генеральную уборку. Через полчаса всё блестело. И всё это время Саня стоял у окна, не отрывая взгляда от улицы, погружённый в свои мысли. Было пять утра. Он не мог больше спать. Не из-за шума. Не из-за утреннего света. Кошмары ушли… но оставили шрамы. Он больше не видел монстров, не кричал во сне, но стоило лишь закрыть глаза — он снова был там. Мать. Висела в темноте. Как марионетка, чьим кукловодом стал страх и усталость. Сигаретный дым висел в воздухе, а тело, безжизненно покачиваясь, стучало о дверной косяк. — Прекрати, — прошептал он и сжал кулаки. Это было в прошлой жизни. В другой реальности. Но боль жила здесь, в этой. И воспоминания, как занозы, никак не исчезали. Он покачал головой и направился на кухню. Сегодня он приготовит завтрак. Не был фанатом протеина, как Джонни. Не ел по десятке яиц в день, как Абдул. Он любил лёгкую пищу — салат с омлетом. Пока всё готовилось, он присел на табурет и коснулся глаз. — Никогда не думал, что у меня будут эти глаза так рано… — прошептал он. —Мангёкё шаринган… Трёхтомоэ. Они крутились медленно, в отражении чайника. — На что вы способны?.. Он помолчал. В голове вертелись слова Шина. Способности новой стадии Шарингана часто связаны с желаниями владельца. — Моё желание… спасти друзей. Исправить всё. Я был готов отдать жизнь ради этого. Значит, моя способность связана с этим? Он вздохнул. — Вечный Мангекё… Где его достать? Не могу же я убить мать. Конечно, нет. Отец… Пропал во время Третьей Мировой войны шиноби. Признан без вести. Никакого тела. Никакой могилы. Только боль матери и пустота в его детстве. — Чёрт… — пробормотал Саня. — Почему я не пробудил эту чёртову систему, как Джонни? Или хотя бы инвентарь, как Абдул… Меня обделили, что ли? Он тряхнул головой и закончил с завтраком. Тарелки были сервированы. Лёгкий салат с зеленью и омлет с сыром. В этот момент за спиной послышались лёгкие шаги. — С добрым утром, матушка, — улыбнулся он. — С утречком, Идзума… — зевнула она. — Вижу, ты сегодня энергичный. Саня только кивнул, избегая встречи взглядов. Мать смотрела на него внимательно. Уже давно она замечала его усталость. Его мешки под глазами. Его судороги ночью. Иногда она сидела у его кровати и гладила волосы, когда он кричал во сне. Но сегодня… сегодня он был спокоен. — Я приготовил завтрак. Иди поешь. — Ой, не надо было, я бы сама… — Всё, всё, ешь. Они сели. Тишина. Только стук палочек о тарелки. — Мам… Он посмотрел на неё серьёзно. Голос стал ниже, тверже. — Через шесть дней я выпускаюсь. Стану шиноби. Звук упавших палочек. Она замерла. Глаза наполнились ужасом. — Нет… Нет… Я не могу потерять тебя, как твоего отца! Он заглянул ей в глаза. — Прости, мам. Но я не умру. — Но… Идзума, ты ещё ребёнок! Там — война! Снаружи только боль и смерть! — голос её дрожал. Он встал и активировал Шаринган. Глаза алым светом вспыхнули в утреннем полумраке. — Смотри на мои глаза, мама. Я не слаб. Я — шиноби. Это мой путь. Она знала, что его хвалили. Учителя говорили, что он — гений. Но она не знала… не знала, что он уже пробудил трёхтомоэ. Она прижала руку ко рту. — Я должен. Мне не выбрать. Этот мир… Я должен выжить. Она молчала. Слёзы текли по щекам. Её лицо было мягким, как у Хинаты. Добрым. Печальным. Беззащитным. Саня подошёл и убрал слёзы ладонью. — Не плачь. Я обещаю. Я буду жить. … Он вышел из дома. День только начинался, но небо уже осветилось. Он чувствовал — внутри стало легче. Он сказал правду. Или хотя бы часть правды. Он знал: мать грустит. Он предложил ей остаться дома, но она пошла на работу. — Эх… — выдохнул он. — Как же я устал. Мысленно он ощущал перемены. Его разум стал чище. Тело — крепче. Душа… свободнее. Он подошёл к базе. Ожидал тишины. Но увидел Абдула. А на его руках — малыш. — Абдул?.. — удивлённо начал он. — О, Саня! Знакомься, — Абдул улыбнулся. — Это мой младший брат. Тайсон. — Новый член банды, значит? — улыбнулся Саня, погладив малыша по щеке. Тот засмеялся и схватил его за палец. — Получается, нас теперь четверо! — рассмеялся Абдул. — Жаль, Джонни не видит. — У него серьёзная миссия. Говорил что-то о шпионах на границе с Сунагакуре. — Как всегда в дерьме… Саня подошёл к дереву с печатью. — Сейчас… — он сложил печать. — Кай. С вихрем чакры трое переместились в храм Узумаки. Там их уже ждал знакомый силуэт. — Этот мелкий опять не пришёл?! — прогремел Шин. — Опять пропускает! Я его, блин, прибью! Он посмотрел на троицу. И на младенца. — Это ещё кто? — Это мой брат, Тайсон, господин Шин, — ответил Абдул. — Странное имя. — Все так говорят… — Ладно. Но не думайте, что из-за малыша я отменю тренировки! Он повернулся к Сане. — Идзума… Ты не хочешь мне чего-то сказать? Саня улыбнулся. — От вас ничего не скроешь, мастер. Он активировал Мангекё Шаринган. Глаза, как два вращающихся лезвия, вспыхнули. Абдул замер. — Это… ты?.. — Да, — тихо ответил Саня. Шин кивнул. — Я чувствую чакру. Истинную чакру этих глаз. Немногие достигли её. Я знал Учиху Мадару и его брата Изуну. Учиху Рая, Бару, Нака… была также очень известная Наори — единственную женщину из твоего клана, пробудившая Мангекё. Она была моей ученицей. Тогда был пик клана Учиха. Пик силы. Саня и Абдул переглянулись. Фамилии, которые они слышали… были из филлеров. Значит, этот мир — смешение. Истина и вымысел перемешались. — Мастер Шин, — спросил Саня. — Как узнать способности моих глаз? — Со временем поймёшь. Тебе повезло. В библиотеке клана Узумаки сохранились записи. Мы были… любопытным народом. — В голосе Шина прозвучала печаль. Абдул положил руку ему на плечо. — Не грустите. Мы поможем Джотаро возродить клан. Вы не один. Шин вздохнул. — Спасибо, дети мои. Но пока… пора тренироваться! … И пока в храме звучали удары, команда смеялась и тренировалась, где-то далеко, на границе жизни и смерти, Джонни находился в полной заднице, с желанием выжить…