На следующий день. Здание Хокаге.
Джонни стоял у подножия здания, которое в глазах обычного шиноби казалось величественным. Но только не для него. Он смотрел на него с прищуром строителя, прикидывающего, где стоит укрепить, что снести, что перестроить.
— Какая же всё-таки слабая инфраструктура, — хмыкнул он про себя. — Заработаем денег — сделаем по-нормальному. Всё переделаем.
У входа его встретили двое шиноби. Один шагнул вперёд:
— С какой целью вы пришли?
Джонни молча протянул им письмо с гербом и подписью Хокаге. Один из них взглянул, кивнул, и дверь распахнулась.
— Проходи.
Коридоры здания встречали запахом дерева, бумаги и старого времени. Джонни шёл медленно, по-хозяйски. Он ощущал, как будто пришёл не в гости — а в своё будущее.
Вскоре он добрался до приёмной. За небольшим столиком сидела куноичи с лёгкой улыбкой. Она подняла взгляд:
— Чем могу помочь?
— У меня назначена встреча, — сказал он, протягивая письмо.
Она прочитала и слегка приподняла брови:
— Подождите секунду.
Постучала в массивную дверь с эмблемой Огня. Ответ последовал сразу, изнутри:
— Войдите.
Она кивнула, давая знак — можно.
Джонни вошёл.
Это была их первая официальная встреча. До этого они лишь наблюдали друг за другом. Старик — из-за шара. Джонни — тоже, по-своему. Два наблюдателя в мире, где все привыкли шуметь.
Хирузен Сарутоби сидел за рабочим столом, заваленным бумагами. На стенах — портреты Первого и Второго. На полке — книги. В углу — старый диван. Всё было скромно, по-солдатски. Но и по-настоящему.
— Присядь, — сказал Хокаге.
Джонни сел, не торопясь. Он ничего не говорил. Старик его знал. Знал, что это молчание — не бравада, а привычка. Он сам когда-то был таким.
— Значит, ты хочешь выпуститься, — начал Хирузен. — Один. Без друзей. Ты уверен?
— Да, — коротко кивнул Джонни.
— Почему?
— Я хочу на войну, — ответ был прост и прям.
Старик чуть приподнял брови. Слишком знакомая фраза. Где-то он это уже слышал. Где-то — слишком давно.
— Ты ведь знаешь, что это не игра? Ты не просто потеряешь шанс на детство — ты можешь потерять жизнь.
— Я знаю.
— Зачем?
— Я хочу понять, ради чего умирают люди. Если мир невозможен — тогда пусть будет победа. Настоящая. Я хочу быть частью этой победы.
Хирузен смотрел на него внимательно. В голове всплывали обрывки прошлого. Он видел себя в таком же возрасте. Те же глаза. Та же решимость. Та же уверенность.
— Ты не похож на ребёнка, Джонни, — тихо сказал он. — Но ты им являешься. Ты знаешь, что тебя не будут опекать. Там, за пределами деревни, всё по-настоящему. Одна ошибка — и никто не спасёт.
— Я и не рассчитываю.
— Что ты хочешь на самом деле? — спросил Хирузен. — Скажи прямо.
Джонни посмотрел прямо в глаза Хокаге.
— Я хочу в Анбу.
Повисла тишина. Старик задумался. Он не ожидал этого. Он ожидал просьб, требований, амбиций. Но не этого. Он выдохнул, почесал подбородок и усмехнулся.
Джонни молчал.
— Гении редкость
— Хатаке Какаши. В шесть лет стал генином. В семь— чунином. Таких как ты — единицы. Ты думаешь, ты готов?
— Да.
— И ты понимаешь, что это не просто маска и черная форма. Это тень. Это жизнь без имени, без славы. Это мир, где ошибки стоят не только жизней — но и душ.
Джонни кивнул.
— Мне не нужна слава. Нужна правда. Но внутри он думал:
Да без славы… а
Копирующий ниндзя
Красноглазый дьявол это шутка.
Хирузен долго смотрел на него. В его взгляде не было ни злости, ни страха. Только печаль. Такая, какую могут видеть только те, кто хоронил слишком многих.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Но ты пройдёшь испытание. Не экзамен генина. Не игра. Это будет трёхступенчатая проверка — настоящая. Письменная часть, стратегия, бой.
—Ты слышал про лес смерти.
Джонни приподнял бровь.
— Туда не пускают даже обычных генинов.
— Для тебя сделаем исключение, — спокойно сказал Хокаге. — У тебя будет трое противников. Остальное ты узнаешь в день экзамена.
Джонни встал.
— Я готов.
— Не спеши, — ответил Хирузен. — У тебя три дня. Подготовься. И запомни — это путь без возврата.
— Я не собирался возвращаться, — бросил Джонни через плечо и вышел, как будто это был не кабинет лидера деревни, а его собственная комната.
Хирузен остался сидеть. Он взял трубку, затянулся и выдохнул тяжёлый дым.
Ох уж это молодёжь…
Обновлено: 19.01.2026