вь
Черный рынок "Муравейник".
Здесь можно было найти всё: самые прочные доспехи, острейшее оружие, редчайшие пряности и, разумеется, прекраснейших рабынь.
У Мин даже заметил у одного из торговцев указ о помиловании за подписью виконта и свидетельство о статусе свободного человека. В графе "имя" зияла пустота, зато внизу красовались подлинные дворянская печать и подпись.
Если документ был настоящим, его покупателю достаточно было вписать своё имя, чтобы в одно мгновение обрести новую личность.
Такая вещь наверняка пользовалась спросом у разбойников, атаманов конных банд и главарей шаек, желающих обелить себя и начать всё с чистого листа.
И действительно, У Мин не успел отойти, как увидел нескольких богатых покупателей, сошедшихся за документ в яростной драке. Вскоре появился какой-то толстосум и, не торгуясь, выложил за свидетельство двести золотых делонов.
"Лорд, выдавший документ, обязан гарантировать его подлинность… Неудивительно, что подобные бумаги так редки и ценны", – размышлял У Мин, оглядываясь по сторонам.
Он прошелся по рынку, но нигде не нашел святого масла. Центральная площадь пустовала, лишь несколько слуг что-то на ней обустраивали. "Впрочем, людей становится всё больше. Неужели все ждут аукциона?"
Решив не торопиться, он замер в ожидании.
Внезапно со стороны невольничьих рядов донесся шум, в котором У Мин различил изумленные возгласы о "голубой крови".
Сердце его дрогнуло. Он растолкал толпу и протиснулся вперёд.
Перед его глазами раскинулся невольничий рынок. Здесь продавали сказочно красивых рабынь. Наряженные в откровенные одежды, они сохраняли на лицах ангельское выражение молящихся монахинь. Некоторые с высокомерием королев взирали на толпу, но во взгляде их сквозило искушение. Очевидно, их обучал весьма искусный работорговец – любой аристократ заплатил бы за такой товар высокую цену.
На доске объявлений рядом было выведено: "Высококлассные рабыни, обучены всем правилам этикета и искусству ублажать мужчин. Честью клянусь, каждая – невинная дева. Цена – пятьдесят золотых делонов!".
Но сейчас не они были в центре внимания.
У Мин увидел маленькую девочку лет двенадцати-тринадцати, которую громко расхваливал работорговец:
– Голубокровная знать из павшего рода Рос! Гарантирую, никаких проблем с ней не будет! Всего пятьдесят золотых делонов – и она ваша!
Голубокровная знать! Наследница крови самого Талера! Теперь У Мин понял причину переполоха. Однако цена в пятьдесят золотых делонов для представительницы голубокровной знати была подозрительно низкой. Толпа, впрочем, лишь улюлюкала – желающих купить не находилось.
Одного взгляда хватило, чтобы понять почему.
Девочка была больна. И больна тяжело.
Её почти нагое тело покрывали тёмно-красные гнойники, некоторые из которых уже сочились зловонной жижей.
– О боги… Её что, проклял дьявол? – донесся до У Мина чей-то возглас. – Это же грязное и уродливое чудовище! Купишь такую, а она и ночи не проживёт!
Молодая и здоровая представительница голубокровной знати стоила целое состояние, но эта, едва дышавшая и готовая в любой миг умереть, ничем не отличалась от куска гниющего мяса.
– Какое ещё чудовище? – побагровел работорговец, словно его оскорбили.
Он схватил девочку за руку и нашёл на ней место без язв.
– Посмотрите! Какая белая и нежная кожа! А эти голубые вены!
В свете факелов рука девочки казалась полупрозрачной – под бледной кожей отчётливо проступали синие сосуды. Для многих это было главным доказательством благородного происхождения.
– И впрямь голубая кровь! Этот признак… не подделать, – тихо согласился кто-то в толпе. – Но она же при смерти! Да и кто знает, не заразна ли эта хворь?
– Что за вздор? Посмотрите на меня, я же в полном порядке! – возмутился работорговец.
На самом же деле он мысленно проклинал свою судьбу. Он хорошо помнил, какой была последняя наследница рода Рос, когда попала к нему в руки: кожа белее лучшего фарфора, красота ангельская. Он был уверен, что после его "обучения" девочка сведёт с ума любого покупателя.
Но уже на второй день она заболела, покрылась этими ужасными гнойниками, которые не пощадили даже лицо, и превратилась в уродливое чудовище.
"Будь проклят тот ублюдок, что сгинет в девяти кругах ада!" – в который раз мысленно ругался торговец, вспоминая наёмника, продавшего ему девочку. – "Он наверняка всё знал!"
– Род Рос пал, их земли давно переданы другим… – раздался в толпе придирчивый голос. – Так что, кроме титула голубокровной знати, в ней не осталось ничего ценного…
Глаза работорговца блеснули: если критикуют, значит, есть интерес.
– Но она по-прежнему голубых кровей, а это стоит не меньше сотни золотых делонов! Пятьдесят – это почти даром!
Он отчаянно пытался сбыть с рук этот убыточный товар, это чудовище, один вид которого вызывал у него тошноту.
– Десять золотых делонов! – предложил человек, с головой укутанный в чёрный плащ.
– Ни за что! – отрезал работорговец.
– Она же вот-вот умрёт, – настаивал человек в плаще.
– Она просто больна! Возможно, учёный или лекарь смогут её исцелить… – с преувеличенным восторгом воскликнул торговец. – А тогда, о небеса, её можно будет перепродать с десятикратной, стократной выгодой!
На самом деле он уже перепробовал все доступные средства и давно отчаялся.
– Невозможно. Максимум двадцать золотых делонов, – не сдавался покупатель. – Я просто ищу новую забаву для своих питомцев…
– Пятьдесят золотых делонов! – сделал последнюю попытку торговец и развёл руками. – И ни монетой меньше! Иначе я лучше дам ей умереть прямо здесь!
Годы торговли научили его никогда не снижать цену первым. Стоило уступить раз, и итоговая сумма заставила бы его кровью плакать.
– Очень жаль, – пожал плечами человек в плаще и удалился.
Зеваки, поняв, что представления не будет, тоже начали расходиться.
– Подумать только, настоящая голубая кровь!
– Не будь она больна, уверен, попала бы на ежемесячный аукцион!
– А помните, что было в прошлом году? Ту рабыню голубых кровей продали за пять тысяч золотых делонов! Невероятно, это же цена рыцарского поместья!
– Чтоб ты сдохла, тварь! Проваливай в ад! – крикнул работорговец и, видя, что покупатель ушёл, со злостью хлестнул девочку кнутом. Та лишь глухо застонала.
– Даже говорить не умеет, немая тварь… И зачем только я, слепец, купил тебя…
Он сокрушённо схватился за голову, но тут заметил, что один человек всё ещё стоит рядом.
– Что, господин, заинтересовались? – с надеждой, словно утопающий за соломинку, ухватился он за последнюю возможность.
– Род Рос? – низким голосом спросил У Мин. – После покупки с ней не будет проблем?
– Конечно нет! Все её прямые наследники мертвы! Можете навести справки, никто не станет предъявлять вам права на эту девочку… Впрочем, из уважения к чести голубокровной знати, я бы советовал не выставлять её напоказ!
Последние слова работорговец счёл излишними – девочке и так оставалось жить всего несколько дней. Но профессиональная этика требовала предупредить.
"Чистая голубая кровь…"
У Мин присел на корточки и всмотрелся в полупрозрачную кожу девочки, в синеву её вен.
Изуродованное язвами лицо дрогнуло. Девочка метнула на него холодный, как у мёртвой рыбы, взгляд. В нём было столько безразличия, что оно поразило бы любого взрослого, не говоря уже о ребёнке.
"Отлично, – мысленно кивнул У Мин. – Давно искал материал для исследований…"
Он попытался поторговаться. Работорговец, очевидно, был на грани нервного срыва из-за неудачной покупки. После череды разочарований он впервые в своей карьере пошёл на уступку:
– Сорок пять золотых делонов! И ни гроша меньше!
– Договорились, – сказал У Мин, достал монеты и без промедления расплатился, приобретая права на девочку.
– Её зовут Беатрис, – сказал работорговец, пересчитывая делоны. – Впрочем, теперь она ваша, можете дать ей любое имя.
Он приподнял голову девочки, показывая железный обруч на её шее.
– Вот её рабский ошейник и ключ!
– Удачной сделки, – ответил У Мин, принимая ключ и подхватывая девочку на руки.
Она была почти невесомой. Её безразличный взгляд ни разу не дрогнул, словно она и не заметила, что её только что купил незнакомец.
"Бедняжка", – покачал головой У Мин и посмотрел в центр рынка.
Там уже возвели большой помост – близился ежемесячный аукцион. На нём продавали лишь самые дорогие и редкие товары. Если где-то и можно было найти святое масло, то только здесь.
У Мин, однако, прекрасно понимал: даже если бы он не потратился на Беатрис, его скромных средств вряд ли хватило бы на покупку святого масла. Поэтому он с самого начала собирался действовать нечестными методами.
– Итак, аукцион объявляется открытым! – раздался громкий крик, и толпа хлынула к помосту. Даже некоторые торговцы, бросив свои дела, спешно сворачивали лавки.
На помосте стоял распорядитель. Он поклонился на все четыре стороны и сдёрнул красную ткань с первого лота:
– Полный комплект рыцарских доспехов! Выкован из легчайшей стали мастерами с высокогорья! Лёгкий, прочный, а по защите превосходит обычные латы! Стартовая цена – две тысячи золотых делонов!
Обновлено: 10.02.2026