Глава 12 — Глава 12

Тот, кто стоял за нападением Девятихвостого? Шиноби из клана Учиха, едва не убивший Орочимару? Мангекё Шаринган? В нескольких фразах Орочимару уместилось пугающее количество информации. Если об этом узнают жители… При мысли о последствиях у Фугаку Учиха по спине пробежал холодок. Нельзя допустить, чтобы эта весть разошлась. Взгляд Фугаку стал колючим, в нем промелькнула тень угрозы. Если убить его… Если избавиться от единственного свидетеля… «Орочимару» спокойно встретил этот полный жажды крови взгляд. Улыбка не сошла с его лица. Эта невозмутимость заставила Фугаку вздрогнуть, на его лбу выступила испарина. Убийство одного из Саннинов по своим последствиям едва ли уступило бы вчерашней катастрофе. Как он мог вообще об этом подумать? Слова Орочимару еще нужно было проверить, но если он прикончит его сейчас, то точно столкнет свой клан в бездну. Прошло немало времени, прежде чем Фугаку заговорил. В его голосе слышалась горечь. — Господин Орочимару, это правда? — Подобный вопрос недостоин главы клана, вы теряете самообладание, — «Орочимару» задумчиво потер подбородок. — Важна ли правда? Пока я готов подтверждать её, она будет истиной. Третий уже запустил маховик слухов, и он не станет опровергать мои слова, чтобы не позориться. Для лидера менять свои же решения – фатальная ошибка. — Вам следовало спросить: почему я помогаю Учиха скрывать это? Какова моя цель? И какова цена моего молчания? Фугаку лишь беззвучно открывал рот, не зная, что ответить на эту ироничную отповедь. Он шел сюда с надеждой, что Учиха ни при чем, хотел узнать детали, чтобы очистить имя клана. А в итоге открыл ящик Пандоры, доверху набитый грязью. Новость была слишком шокирующей. Фугаку оказался совершенно не готов к такому повороту. Он замер в нерешительности, не зная, как поступить. «Орочимару» лишь покачал головой. Фугаку определенно не был рожден для роли лидера. За суровой, решительной маской скрывался человек, которого слишком легко сбить с толку парой фраз. Он был из тех, кому лучше подчиняться, чем вести за собой. — Почему вы молчите, Фугаку-доно? Неужели весть о том, что в мире шиноби есть еще один обладатель Мангекё из вашего клана, так вас обрадовала? Тон «Орочимару» стал многозначительным. — Тот, кто способен противостоять мне и нанести такие увечья… Наличие столь могущественного сородича должно воодушевлять. Разве нет? Фугаку вздрогнул и поспешно возразил: — Не говорите глупостей, Орочимару-сама. У нашего клана нет таких людей. Мангекё Шаринган – великая сила, способная возвысить клан в глазах деревни. Но тот, кто натравил Девятихвостого на Коноху, стал причиной гибели Четвертого и множества людей, – этот человек был врагом. Связь с таким чудовищным нукэнином не сулила ничего хорошего. — Прошу вас, не сообщайте об этом деревне, — Фугаку низко поклонился. — Это нужно не только для Учиха, но и ради самой Конохи. Какими бы ни были мотивы Орочимару, сейчас было жизненно важно удержать крышку этого котла закрытой. — Хорошо, — кивнул «Орочимару». — Я согласен. Фугаку продолжал стоять в поклоне, ожидая, когда Орочимару озвучит свои требования. Однако следующие слова заставили его резко выпрямиться от изумления. — Вы не ослышались, — «Орочимару» сохранял бесстрастное выражение лица. — У меня нет условий. Даже если бы вы не пришли сегодня, я бы продолжил хранить эту тайну. — Но думаете, на этом всё закончится? Как вы объясните Томоэ в глазах Девятихвостого? Что будете делать, если этот отступник нападет снова? — Эту тайну не спрятать под замком лишь по вашему желанию. Ступайте и хорошенько подумайте над этим. — … Фугаку невольно сжал кулаки. Его лицо стало еще мрачнее, чем до прихода. Тяжелой поступью он покинул палату. … — А я-то думал, ты затребуешь с него втридорога, — Орочимару был искренне удивлен. Теперь-то он понимал: Джинн нашел в Клане Учиха новых спонсоров. — Смотри шире, это ведь только начало, — рассмеялся Джинн. — Если воспользоваться чужой бедой, можно получить желаемое, но отношения неизбежно испортятся. У нас сейчас нет нужды в деньгах, так что незачем прибегать к крайностям. — К тому же, — добавил он, — ты ведь на самом деле пострадал не от рук Учиха. Орочимару покачал головой. — Твой язык… мне кажется, ты любую ложь способен превратить в истину. — Я не владею силой воплощать слова в реальность, — улыбнулся Джинн. — Всего лишь умело использую информационный разрыв. Какаши и Гай, Третий и Данзо, Фугаку Учиха – у каждого из них была своя картина мира. Третий мог узнать правду от Какаши и поверить в неё, но Фугаку – никогда. Даже если бы ему сказали истину, он бы не поверил. В этой игре Фугаку не потерял ничего, кроме крупицы доверия. С его точки зрения, если бы Орочимару лгал ему, он бы обязательно попытался на этом нажиться. Осознав суть этой манипуляции, Орочимару облизнул губы. Он был под впечатлением. Джинн ничего не скрывал от него, он видел всё от начала до конца, но если бы дух не объяснил мотивы, Орочимару бы ни за что не догадался о его истинных целях. Сердца людей оказались куда сложнее любых запретных техник. Орочимару подавил любопытство и не стал расспрашивать дальше. Методы Джинна, несомненно, приносили максимальную выгоду, но они были ему не совсем по душе. … На следующий день, в полдень, Орочимару открыто покинул Центральный госпиталь Конохи. Жители и шиноби – и те, кто восхищался им, и те, кто боялся, – вздохнули с облегчением. По сравнению с угрозой самой жизни, его мрачная и холодная аура казалась сущим пустяком. Напротив, грозная мощь Орочимару теперь дарила им чувство безопасности. Своеобразный стокгольмский синдром в масштабах деревни. Если бы Орочимару сейчас действительно захотел побороться за пост Хокаге, его шансы были бы весьма велики. Перемены в настроениях деревни не укрылись от Данзо. Он понимал: дело принимает скверный оборот. Поэтому, едва Орочимару вернулся в свое поместье, ниндзя из Корня доставили ему всё, о чем они договаривались. Орочимару сидел за столом, лист за листом изучая отчеты об исследованиях Клеток Первого. Здесь была далеко не вся информация – по крайней мере, технологий, примененных на самом Данзо, там не было, – но эти данные могли сэкономить ему уйму времени и сил. Поэтому Орочимару читал предельно внимательно. А перед его столом стоял невысокий подросток. Несмотря на юный возраст, в его глазах застыла странная апатия. Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!